"Фантастика 2025-113". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Троян Михаил - Страница 190

Они выехали из города, на несколько минут по обочинам замелькали стройные березы и могучие ели. Въехав в Красногорск, специально попетляв по городу, Михаил довез их до базы, научно-медицинского центра, замаскированного под лабораторию для работы с особо опасными инфекциями. О приезде генерала знали, в дверях встречал полковник Баргузин, тучный мужчина с залысиной на голове. Миновав три барьера химической, радиационной и биологической защиты, генерал, в сопровождении Баргузина и Никитина, зашел в стеклянный бокс, посреди которого стояла криокамера, заполненная белесоватым газом: это была нормированная подача азота, регулирующая температуру.

Через стеклянную поверхность была видна девушка. Интубированная, она получала дыхательную смесь. От множества присосок на ее теле тянулись провода, к мониторам за пределами криокамеры. Лицо девушки было очень красивое, чувственные губы, стройные брови и белый цвет кожи. Он помнил эту девушку с четырнадцати лет, когда заприметил по милицейской сводке: при пожаре детского дома четырнадцатилетняя девочка умудрилась вывести из горящего здания почти сорок детишек. На следующий день генерал забрал девочку в спецшколу-интернат для одаренных детей. Шесть лет ее обучали всему: в камере лежала настоящая кладезь знаний и мастер рукопашного боя, лежала как мумия, бледная и неживая.

— Прости нас, Жанна. — Генерал положил руку на камеру и сразу запищали мониторы. — У нее есть шансы?

Баргузин, нервно сглотнув, ответил:

— Ни единого, товарищ генерал. Кома. Настолько глубокая, что даже не знаем к какой классификации отнести.

— Может, гуманнее будет ее отключить от ИВЛ? — Проскурнов вопросительно посмотрел на полковника, но ответил Никитин:

— Тогда умрет Светлых Александр!

Глава 18

Живыми не брать

На вторые сутки после побега с места бойни я чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Вчера Бадр устроил мне экскурсию по дому и двору: парень явно готовился к небольшому апокалипсису. Кроме запаса продуктов, в доме была разная военная форма, еще два пистолета Беретта модель «Бригадир», калибр 9мм, Люгер, винтовка неизвестной мне модификации, набор тактических и туристических ножей, комплект походной алюминиевой посуды, фильтр для очистки воды «Катадин», запас консервированных продуктов в погребе. Но самой удивительной находкой был спортивный байк YAMAHA TENERE 700 с удлиненной передней вилкой и с большим ходом амортизаторов, оптимальный для преодоления песков и бездорожья. Кроме того, в распоряжении Бадра имелись тактические рюкзаки, разгрузки и еще множество вещей, о предназначении которых я даже не догадывался.

Вчера мы радостно проводили ревизию вещей и предметов, прикидывая их возможное практическое применение в нашей ситуации. А сегодня, во время приготовления завтрака, мы поссорились. Скорее, это была размолвка. Смирившись с тем, что готовит тот, кто в женском теле, я нарезал бутерброды, когда неожиданно подошедший сзади Бадр обнял меня, прижимая к себе. От испуга я вздрогнул, затем, осознав, что случилось, пришел в ярость, резким движением высвобождаясь из объятий.

— Никогда, никогда, слышишь меня, не смей меня трогать! — Я угрожающе поднял нож, готовый всадить ему в сердце.

Бадр удивился, но сумел не ответить мне резко и, извинившись, отошел, чтобы включить телевизор, оставив меня копаться в своей голове. Почему я так резко ответил, для меня самого было загадкой. Этот парень убил двоих полицейских, спасая меня, привез и укрыл в своем потайном месте. С момента нашей первой встречи в лагере он был мне симпатичен и пытался помочь. Да, в доме Зияда, опасаясь за свою жизнь, напившись, я расслабился и позволил ласкать себя этому мерзкому ублюдку, получив при этом сказочный оргазм. Потом меня двое суток насиловали охранники, избивая для разнообразия. Но все это было против моей воли, предотвратить все это было не в моих силах. Будь я обычная девушка, а не кукушка по чужим телам, я еще в первую ночь сам изнасиловал бы Бадра. Но я не девушка, я парень. Я все еще помню ощущения секса с женщинами, все еще тоскливо смотрю на промежность по утрам, надеясь за ночь увидеть там вернувшееся мужское достоинство.

Бадр мне симпатичен, даже очень. Находясь рядом с ним, я плыву в его запахе, предательски увлажняется низ живота, но это лишь физиология. Это чужое тело так реагирует на крепкого симпатичного самца, а в моей голове он, скорее, друг, товарищ, брат, но никак не любовник. Телом хочу его, вот и сейчас соски затвердели и напоминают боеголовки ядерных ракет, нацеленных на США, а в голове все ассоциируется с гейпорно.

Дальше будет еще тяжелее и ему, и мне. Нам предстоит провести практически взаперти не меньше двух недель, если ситуация не изменится. Каково это здоровому крепкому мужику — неделями находиться в одной комнате с любимой девушкой, вдыхать ее запах, любоваться ее фигурой, видеть ее после душа и представлять с собой в постели? Неизвестно, как будет реагировать и мое тело: это сейчас, истерзанное, оно сжимается до боли при мысли о сексе, но впереди ПМС, а в эти дни я готов лезть на стенку.

Бадр слушал новости. Взглянув на него, я понял, что парень сильно обиделся. Здоровый крепкий амбал, а дуется как ребенок, которому не дали игрушку. «Вообще-то ему как раз и не дали игрушку, любимую живую игрушку», — ехидно ответил мне внутренний голос.

— Бадр! — Он оглянулся. Подойдя ближе, я продолжил: — Понимаешь, там, в доме Зияда, меня двое суток насиловали без перерыва. Били и насиловали, насиловали и били. Я при мысли о сексе готова убить любого. И сейчас мне с трудом удалось удержать себя и не ударить тебя ножом. — Заметив, как вытянулось разочарованное лицо араба: «Кина не будет», я поспешил его успокоить: — Мне просто нужно время, не торопи меня, ты мне очень нравишься, и ты единственный мужчина, с которым я готова разделить ложе. Но не сейчас, сейчас я не готова. Ты же не насильник, правда?

Я положил ему руку на голову и погладил по густым смоляным волосам. Он чуть не замурлыкал от удовольствия. Видно было, как сильно парень старается держать себя в руках. «У него что, год не было секса?» — мелькнуло в моей голове, когда Бадр привлек мое внимание и добавил громкости на телевизоре. На экране была ненавистная мне морда Зияда, который давал интервью телеканалу «Аль-Джазира»:

Кадр сменился. Теперь с экрана смотрела я. Чертовски фотогенично! Зияд тем временем вернулся на экран и продолжал своим гнусавым голосом:

Затем камера показала трупы охранников Зияда, монотонный закадровый голос бубнил, что остальные трупы изувечены настолько, что от их показа пришлось отказаться, чтобы не травмировать психику женщин и детей. Вот лжецы, там всего один труп, а не трупы, что в моей каморке без штанов лежал.

Бадр, почувствовав мое состояние, успокоительно взял мою руку, но тотчас отдернул, вспомнив нашу недавнюю размолвку.