Лекарь-палач (СИ) - Браулер М. - Страница 24

Память, и правда была феноменальной. Смешная шутка Вселенной. Село Чуковино, как я уже понял, находилось примерно в пяти километрах от Старицы. Конечно, расправа коснулась живущих там князей.

– Значит сейчас аптекой никто не пользуется? – спросил я с интересом.

– Истинно так, – сказал Никита. – Да и поле рядом не пригодным стало, потому и поросло все, поди, травой.

«Трава и правда была высокой, – я невольно вздрогнул, вспоминая привязанный к кольям труп молодой девушки посреди поля. – Вот на заброшенное здание я не обратил внимания. Понятно, почему».

– Ну пора и честь знать, – встал Степан. – Лекарь с утра в разъездах, отдых требуется. Ужинать позже будем, поди наелись все.

Все закивали и стали подниматься из-за стола. Не понимаю, как можно после такого количества еды еще и ужинать в ближайшем будущем. Интересно, если на мне не сойдется кафтан, мне надо будет искать портного и шить новую одежду? Сразу тогда закажу на два размера больше. Впрок.

Я и правда вымотался, и с огромным желанием отдохнул бы. Только в голове стояла страшная картина, и я должен был поговорить с Петром, чтобы определить географию убийств. Что-то должно подсказать, почему он выбирает именно эти места. Должны же быть какие-то зацепки.

Слишком легко я примерил на себя роль сыщика. Не к добру это.

Выйдя из-за стола, я подошел к Петру.

– Прости, что отвлекаю, – вежливо начал я. – Ты не мог бы помочь мне разобраться с одним делом?

– Вестимо, помогу, – с готовностью ответил Петр.

Мы присели обратно на лавки, с краю стола. Услышав мой вопрос, Федор решил остаться. По горнице сновала Агафья, убирая со стола.

– Расскажи мне, что важного есть в селе Покровском? – спросил я.

– Значится там и было первое смертное дело, – протянул Петр.

Я еще раз убедился, что шестнадцатый век ничем не отличается от двадцать первого в плане человеческой сообразительности. С первых слов купец прекрасно понял, что я хочу вычислить маршрут убийцы.

– Да, первое убийство было совершено совсем недалеко от Москвы, в селе Покровском, – согласился я. – Что можешь сказать про село?

– Дак знамо что, – обстоятельно сказал Петр. – Покровское от Москвы недалече, верст пять будет. На лошадях можно и за полтора часа добраться.

– Кто живет селе? – спросил я.

– Боярское село, – с готовностью вступил Федор.

Как я уже понял, младший брат из всех купцов любил посплетничать.

– Значит в селе живут знатные люди? – переспросил я.

– Так и бояре, и крестьяне живут, – сказал Петр. – Через Покровское считай все купцы проезжают, когда товар в Москву везут, али обратно.

– Так и военные отряды останавливаются на постой, когда в Москву идут или из Москвы, – уверенно сказал Федор.

«Понятно, – подумал я. – Сложно найти убийцу, когда через село проходит толпа купцов и военных. Да и как, интересно я собрался это делать?»

– Хорошо, понятно, – кивнул я, радуясь, что можно ничего не записывать. Каждое слово моментально запечатывалось в памяти.

– Что по поводу Клина? – аккуратно спросил я.

– Второе убивство в Клине было совершено, – констатировал Петр. –Подалече, верст девяносто от Москвы будет. Часто проезжаем там с братьями, с товаром из Москвы, город то на Новгородской дороге стоит.

«По пути из Москвы в Новгород, купцы проезжали Клин, – подумал я. – Тоже проходной город. Специально что ли убийца такие места выбирает, чтобы много народа было? Хочет затеряться в толпе?».

– Такожде и отряды военные через Клин идут, – сказал уверенно Федор. – Война поди какой год уже идет, на постой приходят, да лошадей менять.

«Точно, с 1558 года по 1583 год шла Ливонская война, – в который раз порадовался собственной феноменальной памяти. – Надо бы почитать. Снова мимо. Где интересно я собрался читать про войну, которая идет?».

– Понятно, – кивнул я. – Вы бывали в селе Медном?

– Проезжаем по пути из Москвы в Новгород, – спокойно ответил Петр. – Верст сорок до Твери будет. Третью девку в Медном нашли…

Последние слова Петр сказал как бы между прочим, хотя по голосу было понятно, что он догадался, что именно меня интересует.

– Дворцовое село, князя московского вотчина, – сказал Федор. – Торговые обозы чрез него идут, опять же таки военные отряды проходят.

– Понятно, – промолвил я.

– Ты, господин лекарь, не лезь в таки опасные дела, – все же решился предупредить меня Петр. – На то специальные служивые люди выделены. Видано ли, убийца бесноватый, разума лишен? Случится, не дай Бог, что.

– Я не буду искать убийцу, – заверил я купца. – Места хочу понять.

– Разъезжает он, убивец, – задумчиво сказал Федор. – Через разны города и села проезжает. Вот и примечает себе жертву.

– Да, похоже на правду, – проговорил я, пытаясь в голове собрать полученные сведения в какую-то стройную картину.

Если брать за основу убийство в моем времени, то убийства совершались шесть ночей подряд. Не понять мне никогда дьявольских ритуалов.

Предположим, живет убийца в Москве. Тогда до места первого убийства в селе Покровском он мог добраться за час на лошадях. Дальше, второе убийство в Клине, административный центр. Примерно девяносто километров от столицы. Далековато будет. Из всего, что я понимаю в скорости лошадей, даже быстрая езда заняла бы часов десять-двенадцать. Значит, сразу вернуться в Москву убийца не смог бы, остался бы ночевать в Клине.

Хорошо, уже что-то. Третье убийство в селе Медном, примерно сорок километров от Твери. Убийца должен был оказаться в Твери и потом отправиться в Медное, с учетом, что дорога займет пять-шесть часов.

И наконец Чукавино, рядом со Старицей, километров пятнадцать.

Москва, Клин, Тверь – село Медное, Старица – село Чукавино.

Маршрут убийцы составлен. Не помогло. Понятнее не стало, что именно делал в этих местах убийца и почему именно там выбирал жертв.

Даже если я вдруг превратился в гениального сыщика и составил точный маршрут убийцы, все равно понятия не имею, где его искать. Опросить всех жителей, искать свидетелей и уточнять алиби, невозможно. В силу того, что неизвестно, о ком спрашивать. В современной жизни, конечно, составили бы портрет убийцы. Стали бы проверять всех подходящих под портрет, кто где находился во время убийств, кто когда и куда уезжал или улетал.

Да, мечтать не вредно. Так и представил, как заморский лекарь ездит по городам и селам и пытается узнать, не было ли здесь другого лекаря.

Предположим, четыре места убийства определены. Если мои смутные воспоминания принять за верные, должно произойти еще два убийства. И я даже примерно не представлял, где может произойти следующее убийство.

– Надобно идти товар в дорогу собирать, – встал Петр из-за стола. – Федор, пошли, дел много. Да и лекарю отдохнуть надобно.

Мысль об отдыхе показалась здравой. С раннего утра в разъездах, да еще и по такому, прямо скажем, невеселому поводу.

– Да, и то верно, – согласился я и пошел в свою комнату.

Отдохнул я примерно два часа, потом позвали на ужин. Удивило, как местные жители стараются отвлечься от ужасов. Или привыкли уже? Никто за столом не говорит ни о моей утренней поездке, ни об убийствах.

Братья обсуждали только будущую торговую поездку – какие ткани брать, какие лучше продаются, какие бесполезным грузом лягут. Агафья только успевала приносить новые блюда, и убирать со стола.

После ужина я пошел в комнату Елисея, проверить, как обстоят дела.

Елисей, одетый уже в повседневный зеленый кафтан, сидел у окна и смотрел на улицу. Я порадовался, удивляясь, как быстро оправился подросток.

– Как ты себя чувствуешь, Елисей, – спросил я деловито, ощупывая пульс и лоб подростка. – Ничего не беспокоит?

– Все хорошо, господин лекарь, – наверное я так не привыкну к тягучему мелодичному голосу Елисея. – Встаю вот уже понемногу. На улице был. Голова немного шумит, так-то ж от слабости после болезни жестокой.

«Сам себе симптомы и объяснил», – в очередной раз удивился я нехарактерной рассудительности шестнадцатилетнего отрока.