Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 2 (СИ) - Ло Оливер - Страница 38

— Если вы хотите о чем-то попросить Дариона, — сказала она остальным, — вам надо очень постараться, чтобы заинтересовать его.

И да, теневая защита совсем не стала для меня преградой. А вот этого Эдмонд явно не ожидал, судя по изменившемуся на миг выражению его лица.

В роскошном особняке клана Монтильяр царила тишина. Риверс спускался по мраморной лестнице в подвал, где располагалась его тайная комната — место, о существовании которого не знал никто, даже ближайшие сподвижники.

Тяжелая дверь со сложными рунными замками отворилась, пропуская хозяина внутрь. Комната была небольшой, но обставленной с изысканным вкусом. Книжные полки, заставленные древними фолиантами, старинные карты на стенах, коллекция артефактов в застекленных витринах.

Но центром всей композиции был кристалл.

Он парил в воздухе в центре комнаты, заключенный в сложную конструкцию из серебряных колец и магических стабилизаторов. Размером он был с человеческую голову, темно-синего цвета с прожилками белого света, пульсирующими в такт с неслышимым ритмом.

Риверс замер, увидев состояние кристалла. По всей его поверхности расползались трещины — глубокие, зияющие разломы, которых раньше не было. Свет стал тусклее, пульсация — неровной и болезненной.

— Нет, — прошептал он, подходя ближе. — Не может быть.

Но факты были неумолимы. Кристалл умирал. А вместе с ним угасала и сила, которую он давал Риверсу последние шесть лет. Сила, которая позволила ему стать одним из самых влиятельных людей в Империи.

Риверс потянулся к амулету на своей шее — небольшому осколку того же кристалла, заключенному в серебряную оправу. Обычно он пульсировал теплом, наполняя тело владельца мощью. Сейчас камень был холодным и почти безжизненным.

— Шоггот мертв, — понял Риверс, и его лицо исказилось от ярости. — Эти идиоты! Они убили мой источник силы!

Он прошелся по комнате, пытаясь совладать с гневом. Столько лет планирования, столько жертв — и все насмарку из-за группы неудачников, которых он послал зачищать следы.

Риверс остановился перед кристаллом, глядя на свое отражение в его гранях. Множественные отражения смотрели на него из трещин — искаженные, неопределенные, как будто показывающие возможные варианты будущего.

И вдруг он услышал Шепот.

Сначала едва уловимый, словно ветер, протиснувшийся сквозь едва открытое окно. Потом все отчетливее, проникающий прямо в сознание, минуя уши.

— Мой слуга пал…

Риверс замер, не веря своим ощущениям. Голос звучал прямо внутри его головы, полный такой мощи, что от одного звука волосы встали дыбом.

— Но это не конец, смертный. Это новое начало.

В трещинах кристалла начало формироваться нечто невообразимое. Сначала просто тьма, более глубокая, чем ночь. Затем в этой тьме заблестело что-то огромное — Глаз.

Не человеческий глаз, не глаз любого земного существа. Это было нечто космическое по своим размерам, древнее галактик, наблюдающее за мирами с безразличием бога. Вокруг Глаза простирались глубины межзвездного пространства, где плавали неопознанные формы — то ли планеты, то ли живые существа размером с солнце.

Риверс упал на колени, пораженный увиденным. Ужас сковал его сердце, но одновременно он чувствовал странное притяжение — желание склониться перед этой немыслимой силой.

— Ты жаждешь власти, смертный, — прошептал голос, и каждое слово отдавалось болью в черепе. — Я чувствую твою алчность.

— Кто… кто ты? — прохрипел Риверс, не в силах отвести взгляд от Глаза.

— Я тот, кто правил до рождения звезд. Я — Слепой Безумный Бог, чьи сны создают реальность. У меня много имен, но смертным языкам не выразить их.

Видения начали проноситься в сознании Риверса. Целые цивилизации, склоняющиеся перед алтарями из черного камня. Армии существ, не принадлежащих этому миру, марширующих по выжженным равнинам. Города, превращенные в некие биомеханические конструкции, где плоть сочеталась с металлом в немыслимых формах.

— Мой слуга Шоггот служил мне тысячи лет, — продолжал голос. — Но даже древние погибают. Мне нужен новый апостол в вашем мире.

— Я… я готов служить, — выдохнул Риверс, чувствуя, как рассудок балансирует на грани безумия.

— Покажи, что достоин. Принеси мне силу других магов. Только те, в ком есть искра, могут сослужить мне. Чем больше ты принесешь в жертву, тем больше власти получишь взамен.

В кристалле начали формироваться образы — некий ритуал. Риверс видел, как нужно чертить руны, какие слова произносить, как направлять поток жизненной энергии от жертвы к древнему богу. Все эти знания будто выжигались в его сознании, причиняя боль и одновременно даруя нечто большее…

— Сделай первый шаг, — прошептал голос, и в тоне появились повелительные нотки, которым не может сопротивляться простой смертный. — Покажи свою преданность.

Видения исчезли, Глаз закрылся, тьма рассеялась. Кристалл снова выглядел обычно, если не считать трещин. Но знания остались в голове Риверса — четкие, детальные, словно он изучал этот ритуал годами.

В этот момент дверь комнаты резко распахнулась.

— Господин Риверс! — в комнату ворвался Маркус Флинт, помощник Риверса. Невысокий, жилистый мужчина с проницательными глазами и вечно озабоченным выражением лица. — Я искал вас повсюду! Не знал, что у вас есть еще одна комната.

Маркус огляделся, отмечая роскошную обстановку и парящий кристалл. Риверс на это лишь досадливо поморщился.

— У меня срочные новости по поводу экспедиции в «Забытые Глубины». Только что прибыл информатор…

Но Риверс уже не слушал. В его глазах появился странный блеск — смесь безумия и холодного расчета. Слова Слепого Безумного Бога эхом отдавались в сознании: «Сделай первый шаг».

— Маркус, — спокойно сказал Риверс, поднимаясь на ноги.

— Да, господин?

— Ты слишком много знаешь.

Помощник моргнул, не понимая.

— Простите, что вы имеете…

Риверс взмахнул рукой, и воздух вокруг Маркуса мгновенно кристаллизовался. Ледяные иглы пронзили тело с десятка направлений, но не убили — только парализовали, лишив возможности двигаться или кричать.

— Не принимай близко к сердцу, — сказал Риверс, начиная чертить в воздухе светящиеся руны. — Ты послужишь великому делу.

Глаза Маркуса расширились от ужаса, но даже так он не понимал, что происходит. Но лед сковал его горло, не давая издать ни звука.

Риверс завершил рунический узор и произнес слова на языке, которого секунду назад не знал. Древние слова, полные силы и ужаса, заставлявшие воздух дрожать от их звучания.

Тело Маркуса начало светиться — сначала тускло, потом все ярче. Его жизненная сила, магическая энергия, сама сущность начали покидать физическую оболочку, превращаясь в светящиеся нити, которые тянулись к рукам Риверса.

Процесс был болезненным для плененного — Риверс видел это по выражению лица помощника. Но он не испытывал ни капли сочувствия. Только нетерпение от предвкушения силы.

Когда последняя искра жизни покинула тело Маркуса, плоть просто рассыпалась в прах. На полу остался лишь небольшой кристалл — темно-красный, размером с грецкий орех, пульсирующий собственным внутренним светом.

— Прекрасно, — прошептал знакомый голос в голове Риверса. — Первый шаг сделан. Теперь возьми мой подарок.

Риверс поднял кристалл, ощущая заключенную в нем мощь. Это была не просто энергия — это была перегнанная сущность Маркуса, очищенная от всего человеческого и превращенная в нечто более полезное.

— Моему апостолу нужна верная армия, — продолжал голос. — Этот кристалл поможет тебе создать ее. Используй его мудро.

Знания снова хлынули в сознание Риверса с новой порцией боли. Теперь он понимал, как использовать кристалл, как превращать обычных людей в покорных слуг, лишенных собственной воли, но сохранивших все способности.

Риверс поднял кристалл к свету, наблюдая, как в его глубинах играют красные всполохи. Затем запрокинул голову и рассмеялся — долго, безумно, пока звук не заполнил всю комнату.