Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 2 (СИ) - Ло Оливер - Страница 33

Шоггот попытался ринуться назад к безжизненному телу Леона, но я был быстрее. Одним ударом ноги отправил мальчишку скользить по полу в самый дальний угол зала, а сам встал между ним и древней тварью.

— Ты не понимаешь! — теперь Шоггот принял форму гигантского паука с человеческим торсом. — Я дарую тебе великую силу! Мой хозяин — древний бог, старше даже звезд! Присоединись к нам, и получишь власть над всеми мирами!

— Ну да, конечно, — с усмешкой съязвил я, вспоминая фразу героини из дорамы. — А потом ты случайно решишь, что я тебе больше не нужен, и найдешь более молодое тело. Классическая схема.

— НЕРАЗУМНОЕ СУЩЕСТВО! — взревел Шоггот и атаковал меня.

На этот раз он не сдерживался. Черная масса превратилась в настоящий кошмар — гибрид спрута, паука и дракона с головами всех существ, которых он поглотил за свою долгую жизнь. Десятки щупалец, сотни зубов, глаза повсюду.

Я принял стойку Морозного Предела и встретил его атаку ледяным клинком. Холод против древнего зла — не самый эффективный вариант, но для начала сойдет.

Первый удар отсек два щупальца, но они мгновенно отросли заново. Второй прошил одну из голов насквозь, но та просто растворилась и образовалась в другом месте. Регенерация у этой твари была еще лучше, чем у его слуг.

Шоггот попытался обхватить меня со всех сторон, но я перешел к стилю Буревестника. Молнии не только рассекали его плоть, но и причиняли реальный вред — разряды плохо сочетались с влажной субстанцией древнего существа.

— Больно, да? — продолжал подначивать я, уклоняясь от особенно неприятного щупальца с присосками. — А ведь это еще цветочки.

Но даже молнии не причиняли критического урона. Шоггот был слишком древним, слишком сильным. Против такого противника нужны более серьезные меры.

Я посмотрел на свой меч. Старый добрый клинок, выкованный Арией по чертежам ее предка. Служил верой и правдой, не подводил ни разу. Жаль расставаться, но выбора не было.

— Прости, дружище, — тихо сказал я мечу. — Мы не так много с тобой прошли, но, видимо, пришло время расстаться.

Я принял стойку, которую использовал лишь один раз в жизни.

Тогда мой клинок был окроплен кровью всех его предшественников, и этого хватило, чтобы разрезать саму реальность и вернуться домой. Да, без крови семидесяти двух лордов-демонов пространство не разрежешь. Но для этой твари должно хватить и обычного лезвия.

Правая нога впереди, левая отведена назад. Меч на уровне сердца, лезвием вниз. Концентрация на грани возможного.

— Что ты делаешь⁈ — завопил Шоггот, видимо, почувствовав исходящую от меня опасность.

Вместо ответа я вложил в удар все, что у меня было. Не только физическую силу и энергию, но и саму суть: десятилетия тренировок, столетия сражений. Все мои знания, весь опыт.

Клинок вспыхнул светом, который не был похож ни на молнии, ни на огонь, ни на холод. Это был свет чистого разрушения.

— АБСОЛЮТНЫЙ РАЗРЕЗ! — тихо, но неостановимо произнес я, нанося удар.

Реальность треснула.

Воздух разошелся как занавес, обнажив пустоту. Удар прошел через Шоггота, не встретив ни малейшего сопротивления — его защита, регенерация, древняя магия, все стало бесполезным перед техникой, которая отрицала само существование цели.

Древнее существо разделилось на две части ровно по центру. Каждая половина секунду еще пыталась двигаться, а затем начала распадаться на составляющие элементы.

— НЕТ… — прохрипел Шоггот десятком ртов одновременно. — Я… древний… бессмертный…

— Был древним, — поправил я, наблюдая, как черная масса теряет форму. — Теперь мертвый.

Мой меч треснул, затем рассыпался на тысячи осколков. Даже рукоять превратилась в металлическую пыль, которая просыпалась сквозь пальцы. Абсолютный Разрез требовал жертвы.

Изо рта потекла тонкая струйка крови. Да уж. Еще тренироваться и тренироваться. Я еще явно не в форме.

— За мной… — булькнул умирающий Шоггот, — придут другие… Я лишь слуга… могущественного бога… Люди должны страдать… вознося молитвы… старшим богам…

— Ага, — кивнул я. — А когда придут, я их тоже покрошу. У меня много свободного времени, а развлечений не так много, как хотелось бы.

Я наступил на самый большой кусок еще дергающейся массы и раздавил его. Остальные фрагменты тут же перестали шевелиться — без центрального сознания Шоггот был просто скопищем протоплазмы.

— Вот и все дела, — пробормотал я, вытирая ботинок о пол.

Там, где находилось тело древнего существа, начали материализовываться предметы. Сначала появился огромный кристалл Астралита — но не обычного цвета, а черного, пульсирующего темной энергией. Размером он был с мою голову и явно стоил целое состояние.

Следом проявилась руна — каменная табличка с вырезанными символами, которые болезненно резали глаз. Подобная штука у меня уже была, но я так и не разобрался, что они делают. Может, Ария поймет или пора уже Анису запрячь?

Затем из остатков Шоггота выделились два предмета, которые заставили меня присвистнуть от удивления. Первый напоминал сердце — пульсирующий орган размером с кулак. Второй был похож на коготь — изогнутый, черный, острый как бритва и длиной с мою руку

— Надеюсь, Ария разберется, куда это можно пристроить, — заключил я, складывая все в сумку.

Но это было еще не все. На алтаре в центре зала лежал небольшой кристалл — не больше куриного яйца, но излучающий такую энергию, что воздух вокруг него мерцал. Источник силы Шоггота, та самая штука, которая питала весь Разлом.

Я забрал и его. А чего добру пропадать? Да и боюсь, остальные члены нашего рейда не смогут противостоять тому шепоту, что исходит от этого предмета.

Покончив со сбором, направился к дальнему концу зала, где лежал без сознания Леон. Мальчишка выглядел бледным, но дышал ровно. Никаких внешних повреждений, если не считать синяка на затылке от моего удара рукоятью.

Я подошел к нему и отвесил ему пощечину.

ХЛОП!

Звук разнесся по всему храму. Леон резко открыл глаза — обычные, голубые, без малейшего зеленого свечения.

— Ну и проблем с тобой, мелкий, — сказал я.

Леон моргнул несколько раз, приходя в себя, затем резко сел, хватаясь за голову.

— Дарион? — Его голос был хриплым, но человеческим. — Что… где эта тварь?

— Убил, — коротко ответил я.

— Я… я помню отрывки, — прошептал Леон, и на его лице появилось выражение ужаса. — Все, что он заставлял меня делать… Я не мог ничего поделать, был заперт в собственном теле и… Ай! Почему так болят ребра?

Он потер место, куда я пнул его, чтобы защитить от второго вторжения Шоггота. Пусть радуется, что не задница болит, а то мало ли как эта тварь в него вошла.

— Бывает, — пожал плечами я. — Главное, что живой остался. Многим везет меньше.

— Прости, — сказал Леон, глядя мне в глаза. — Я не смог ему сопротивляться. Он предложил мне силу в обмен на жизни моих товарищей, а когда я отказался…

— Сожрал тебя сам, — закончил я. — Классический ход. Не заморачивайся, с древними существами такое случается сплошь и рядом. Не получая желаемого, они тут же меняют правила игры в угоду своим хотелкам.

Леон попытался встать, но тут же покачнулся и схватился за стену.

— Голова кружится, — пожаловался он. — И тело какое-то ватное.

— Побочка от одержимости, пройдет через пару дней. Все же, считай, в тебя впихнулось куда больше, чем ты мог выдержать. Ладно, — я поднялся и направился к выходу, — идем. Снаружи нас, наверное, заждались.

Но Леон не последовал за мной. Я обернулся и увидел, что он все еще сидит, неловко кашляя.

— В чем дело? — поинтересовался я.

— Тут такое дело, — неуверенно начал он, — мое тело меня не слушается. Я… я не могу двигаться нормально.

Я тяжело вздохнул.

— Серьезно? Я тебе что, нянька — на руках таскать?

Но делать было нечего. Подошел к нему, закинул его руку себе на плечо и помог подняться. Парень и, вправду, еле держался на ногах. Последствия пребывания древнего существа в человеческом теле — это тебе не поездка на природу.