Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 2 (СИ) - Ло Оливер - Страница 27

— Неплохо, — признал я, продолжая наступление, несмотря на дискомфорт. — Но я бы поддал огоньку.

Лицо Освальда исказилось от изумления. Его магия должна была, судя по его прошлому торжеству, свалить любого противника за считаные секунды, а я продолжал идти вперед.

— Как ты…

— Опыт, — коротко ответил я, сокращая расстояние до последних метров.

Освальд в панике попытался отступить, создавая на ходу новые кровавые барьеры. Но было поздно — я уже был в зоне атаки ближнего боя.

Стойка Одного Удара. Концентрация, точность, максимальная сила в одном движении. Клинок нацелился прямо в сердце мага.

Но в последний момент Освальд сделал то, чего я не ожидал. Он не попытался уклониться или поставить защиту. Вместо этого он шагнул вперед, навстречу удару, и коснулся моей груди ладонью.

Мой меч прошел рядом — всего в паре сантиметров от цели. А прикосновение Освальда достигло своей цели.

Мир внезапно перевернулся. Что-то сжало грудь изнутри, дыхание прервалось, в глазах потемнело. Ноги подкосились, и я рухнул на одно колено, пытаясь понять, что происходит.

— Не бьется, да? — усмехнулся Освальд, стоя надо мной. — Твое сердце остановилось. Моя кровь теперь контролирует твою.

Я, действительно, не чувствовал сердцебиения. В груди словно образовалась пустота, кровь перестала циркулировать, кислород не поступал в мозг. Через минуту-другую наступит потеря сознания, а затем смерть.

— Я лучший маг крови в Империи, — продолжил Освальд, наслаждаясь моментом своего триумфа. — Мне ничего не стоит остановить сердце даже у S-рангового Охотника. Что уж говорить о каком-то мечнике, пусть даже и талантливом.

Его техника была, действительно, совершенной. Прямое воздействие на сердечную мышцу через кровеносную систему — мгновенно и эффективно. Любой обычный противник уже был бы мертв.

Но я не был обычным противником.

— Знаешь, — сказал я, медленно поднимая правую руку, — если бы меня было так просто убить…

Освальд нахмурился, не понимая, о чем я говорю. Но тревога уже начала закрадываться в его глаза — человек с остановленным сердцем не должен был говорить так спокойно.

Я вложил меч в ножны — для того, что я собирался сделать, клинок не понадобится. Затем принял стойку Буревестника, но не для оружия. Для самой руки.

Молнии начали собираться между пальцами, концентрируясь в ладони. Искры пульсировали и трещали, создавая вокруг руки ореол из чистой энергии.

— Что ты делаешь? — прошептал Освальд, и в его голосе впервые прозвучал страх.

Вместо ответа я резко ударил себя в грудь рукой, пронизанной разрядами молний.

Электрический удар прошел прямо через сердце. Остановившаяся мышца дернулась, сжалась, начала биться снова — сначала неровно, потом все увереннее. Кровь снова потекла по венам, кислород достиг мозга, зрение прояснилось.

Я поднялся на ноги, отряхивая пыль с плаща. Контроль Освальда над моей кровью был полностью разрушен — нельзя управлять тем, что движется под воздействием электрических импульсов.

— Невозможно! — завопил Освальд, отступая. — Ты не можешь запустить собственное сердце таким образом! Никто не может!

Лицо мага исказилось от ужаса. То, что он видел, противоречило всем законам магии крови. Никто не мог самостоятельно разорвать установленный контроль, особенно таким способом.

— Кто ты такой? — прошептал он.

Вместо ответа я принял стойку, которую давно не использовал. Стиль Пронзающей Молнии — техника, созданная специально для борьбы с магами, полагающимися на защитные заклинания и дистанционные атаки.

Меч засветился не обычными молниями Буревестника, а чем-то более концентрированным и смертоносным. Энергия сжалась в тонкий луч чистой энергии, который мог пронзить любую защиту.

Освальд попытался создать кровавый барьер, но луч прошел сквозь него, как сквозь туман. Маг попытался уклониться, но скорость молнии была выше человеческих рефлексов.

Клинок пронзил его сердце точно по центру. Мужчина, когда-то выбравший путь убийцы, замер, глядя на торчащую из груди сталь. Кровь потекла из уголка рта, а глаза начали быстро мутнеть.

— Да кто… ты⁈ — повторил он слабеющим голосом.

— Просто человек, который жил слишком долго, — ответил я, резко вынимая меч.

Освальд рухнул на колени, а затем упал навзничь. Его взгляд еще несколько секунд оставался осмысленным, но потом жизнь окончательно покинула его тело.

Наклонившись к трупу, я заметил что-то блестящее на шее Освальда — тонкую серебряную цепочку с подвеской. Медальон был старинной работы, очень искусной. На нем был выгравирован символ — переплетенные клинки в лунном свете.

Я знал этот символ. Знал эту подвеску.

Сняв цепочку с шеи мертвого мага, я внимательно рассмотрел медальон. Да, именно она. Не может быть никаких сомнений.

Память унесла меня на тысячу лет назад, в шумную таверну «Веселый дракон», где мы с товарищами отмечали очередную победу над демонами. Шейд сидел напротив меня, крутя в пальцах этот самый медальон.

— Красивая штучка, — заметил я тогда, указывая на подвеску.

— Подарила одна девушка, — ответил Шейд с мечтательной улыбкой. — Сказала, что будет оберегать меня в бою.

— И оберегает?

— Пока что да. Хотя знаешь, что она еще сказала? — Шейд показал медальон Аркариусу, который сидел рядом. — Что ничто в этом мире не вечно.

Аркариус взял подвеску в руки, внимательно изучил, а затем что-то прошептал над ней. Магия его была тонкой, почти неощутимой.

— Теперь эта вещица не разрушится, даже если землю покроет пламя демонов и выжжет ее всю, — объявил он, возвращая медальон Шейду.

— Чары вечности? — удивился я. — Зачем такие сложности?

— А чтобы что-то от нас все равно осталось, — усмехнулся Аркариус. — На память потомкам.

Я тогда рассмеялся и сказал:

— Не допущу такого. Демоны не сожгут нашу землю, пока я жив.

И ведь не допустил…

Убрав медальон в карман, я вернулся к зданию, где ждала моя группа. Голдльюис встретил меня у входа, его внимательный взгляд скользнул по моему лицу, отмечая детали.

— Все в порядке? — спросил он.

— Теперь да, — ответил я.

Снайпер кивнул, не задавая лишних вопросов. Хороший человек — понимал, когда не стоит лезть в чужие дела.

Зара все еще сидела в углу, но ее состояние заметно ухудшилось. Красные узоры теперь покрывали обе руки до плеч, а пламя вырывалось не только из пальцев, но и из трещин на коже.

— Нужно продолжать путь, — объявил я. — Ты как, справишься?

Девушка с трудом поднялась на ноги и кивнула. Двое B-ранговых Охотников выглядели обеспокоенными.

Мы покинули убежище и двинулись дальше по разрушенным улицам древнего города. Храм уже виднелся впереди — огромное сооружение, возвышающееся над всеми остальными зданиями как каменная гора.

— Знаешь, — сказал Голдльюис, поравнявшись со мной, — с таким компаньоном, прикрывающим тыл от всяких… неожиданностей, я мог бы стрелять куда точнее.

В его голосе не было прямого вопроса, но намек был более чем очевиден. Он понял, зачем я отходил от группы, и что произошло с нашим преследователем.

— У тебя зоркий глаз, Диккенс, — ответил я с легкой усмешкой.

— Профессиональная привычка, — пожал плечами снайпер. — Хороший стрелок должен видеть все, что происходит вокруг.

Мы больше не говорили на эту тему, но взаимопонимание было достигнуто. Голдльюис не станет задавать неудобных вопросов, а я буду знать, что рядом есть человек, которому можно доверить спину в бою.

Леон Монтильяр шел через развалины древнего города, оставляя за собой кровавый след. Его доспехи были изорваны когтями монстров, левая рука висела безжизненно, а из глубокой раны на боку сочилась кровь.

После того как гигантская каменная стена разделила экспедицию, он оказался совершенно один. Судьба распорядилась так, что именно его отбросило на тот маршрут, которым изначально должна была идти вся группа к центральному храму. И он добрался первым — но какой ценой.