Мечник Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 2 (СИ) - Ло Оливер - Страница 23

Тени под ногами копейщика ожили, превратившись в липкую трясину. Гаспар начал проваливаться, но в ответ ударил копьем в землю. Плазменный взрыв испарил темную магию и создал вокруг него воронку из расплавленного камня.

Эдмонд взмахнул рукой, и воздух наполнился тенями — сотнями мелких, быстрых сгустков тьмы, которые атаковали со всех сторон. Каждая тень была размером с кулак, но все вместе они представляли смертельную опасность.

Гаспар принял вызов. Его копье засветилось как маленькое солнце, и он начал крутить его вокруг себя со страшной скоростью. Плазменные дуги разлетались во все стороны, испепеляя тени десятками.

— Ты думаешь, твои фокусы меня остановят? — прорычал он, продолжая вращение. — Я сжигал целые армии!

— Армии орков, — поправил Эдмонд, наблюдая из безопасного укрытия. — Не слишком умных противников. Но с интеллектом у тебя тоже, кажется, не все в порядке.

Копейщик взбесился. Он прекратил оборонительные маневры и рванул в атаку, его оружие пылало белым огнем такой интенсивности, что воздух вокруг начал плавиться.

— СГОРИ! — заорал Гаспар, обрушивая копье на то место, где стоял Эдмонд.

Плазменный столб пробил землю на десять метров вглубь, расплавив камень и превратив его в лаву. Но Эдмонда там уже не было.

— Мимо, — спокойно констатировал аристократ, появляясь за спиной копейщика.

Черная лиана обвилась вокруг шеи Гаспара, но тот успел схватиться за нее руками. Плазма вспыхнула прямо на его ладонях, сжигая темную магию и одновременно обжигая его самого.

— Болтлив же ты, — прорычал он, разворачиваясь. — Пора заткнуть тебе рот!

Копье пронзило воздух там, где секунду назад стояла голова Эдмонда, но аристократ снова растворился в тенях.

— Любопытная тактика, — раздался его голос сразу с нескольких сторон. — Сначала убиваешь свидетелей, потом пытаешься сжечь улики. Но что-то мне подсказывает, что не впервые ты этим занимаешься.

Гаспар остановился, тяжело дыша. Постоянные атаки истощали его силы, а противник все время оставался неуловимым.

— Что ты хочешь узнать? — процедил он сквозь зубы, стараясь отследить, где находится его цель.

— Вот это уже интереснее, — одобрил Эдмонд, материализуясь в полной видимости. — Итак, что случилось шесть лет назад? Что Риверс приказал тебе скрыть?

— Ничего особенного, — огрызнулся Гаспар. — Экспедиция провалилась. Монстры оказались сильнее ожидаемого. Риверс нашел алтарь в центре храма! Древний артефакт! И решил его изучить!

— И что же произошло дальше?

Гаспар замолчал, явно борясь с собой от злости и не давая себе сорваться с места, начав все крушить. Эдмонд терпеливо ждал.

— Алтарь потребовал жертв, — наконец выдавил копейщик. — Для активации. Риверс сказал, что это единственный способ получить силу, необходимую для закрытия этого Разлома, иначе монстры бы прорвались наружу.

— Какие благородные мотивы, — саркастически заметил аристократ. — И сколько «жертв» потребовалось?

— Двадцать семь, — прошептал Гаспар. — Они умерли ради того, чтобы исполнить свой долг.

— Ах, великая цель, — кивнул Эдмонд. — И заключалась она в том, чтобы Риверс получил власть?

— Ты не понимаешь! — рявкнул Гаспар. — Разлом был нестабилен, если бы не Риверс, эти твари прорвались бы наружу.

— Интересная версия событий, — мягко произнес Эдмонд. — Жаль только, что отчеты Гильдии говорят совсем о другом. Разлом был полностью стабилен до момента появления Риверса и того отряда, в котором он был.

Гаспар побледнел. Эти сведения были у ограниченного круга лиц и Эдмонд точно не мог их читать.

— Ты… ты читал секретные документы?

— У меня есть свои источники, — улыбнулся аристократ. — И что самое интересное, согласно этим документам, у меня совершенно другая картина происходящего: экспедиция шесть лет назад вызвала нестабильность Разлома. Алтарь был частью системы сдерживания, а не источником силы. По крайней мере, так предполагалось аналитиками, которых заставили замолчать.

— Врешь!

— Боюсь, что нет. Более того, похоже, что Риверс прекрасно об этом знал. Вопрос лишь в том, знал ли ты? Ты поверил ему, либо же покрываешь убийцу.

Копейщик стоял, тяжело дыша. В его глазах читалась смесь ярости и растерянности.

— Неважно, — наконец процедил он. — Слишком поздно что-то менять. Риверс получил то, что хотел. И теперь он самый влиятельный человек в Гильдии. И клан Монклер у него на хорошем счету.

— Вот как, — кивнул Эдмонд. — Но теперь я знаю правду, по крайней мере, ту часть, которую Риверс скормил своим союзникам…

— И с ней ты умрешь, — закончил за него копейщик.

Его оружие засветилось с невиданной яркостью. Плазма стала не белой, а синей — признак того, что температура достигла критических значений.

— Жаль, — вздохнул Эдмонд. — А я-то надеялся на цивилизованный разговор.

Тени вокруг него сгустились, образуя плотную завесу. Но на этот раз Гаспар был готов. Он выпустил плазменную волну во все стороны одновременно — массированную атаку, которая должна была испепелить все вокруг.

Огонь пожрал тени, расплавил камень, превратил воздух в пылающую бурю. Когда пламя рассеялось, от окрестных построек остались только груды расплавленного камня.

— Наконец-то, — пробормотал Гаспар, опуская копье.

Но праздновать было рано. Из-за одной из немногих уцелевших колонн показался Эдмонд. Его костюм был опален, монокль треснул, но сам аристократ выглядел целым и невредимым.

— Впечатляющий фейерверк, — заметил он, стряхивая пыль с пиджака.

— Как ты…

— Темная магия, доступная мне, не ограничивается тенями, дорогой мой, — объяснил Эдмонд, со вздохом снимая поврежденный монокль. — Есть еще пространственные искажения, поглощение энергии, создание карманных измерений… Весьма полезные навыки в подобных ситуациях.

Гаспар взревел от ярости и рванул в атаку. На этот раз он не стал полагаться на дальние атаки — копье превратилось в сгусток чистой плазмы, которым он начал наносить удары в ближнем бою.

Эдмонд отступал, парируя атаки материализованными из тьмы клинками. Но было видно, что долго такой темп он не выдержит — копейщик был сильнее и быстрее в прямом столкновении.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — сказал аристократ, уклоняясь от очередного удара. — Ты слишком прямолинеен.

— А твоя — что ты слишком много болтаешь! — рявкнул Гаспар, нанося серию ударов.

Плазменное копье прошло в нескольких миллиметрах от лица Эдмонда, оставив ожог на щеке. Аристократ отскочил назад, его дыхание участилось.

— Кончаются фокусы? — злорадно усмехнулся Гаспар. — Давай, покажи еще что-нибудь!

Он атаковал с удвоенной яростью. Плазма пылала так ярко, что смотреть на нее было больно. Каждый удар оставлял расплавленные борозды в камне.

Эдмонд попытался снова раствориться в тенях, но Гаспар был готов к подобному, все же за время боя можно неплохо изучить своего противника. Он выпустил плазменную волну в том направлении, где должен был появиться противник.

Аристократ материализовался прямо в эпицентре взрыва. Его крик боли эхом разнесся по руинам.

— Попался! — торжествующе заорал Гаспар.

Эдмонд рухнул на колени, его костюм дымился от ожогов. Левая рука была серьезно повреждена плазмой.

— Знаешь, — сказал копейщик, подходя ближе, — мне почти жаль. Ты был достойным противником пусть и несколько болтливым.

— Не… еще не конец, — прохрипел Эдмонд.

Он поднял правую руку, и воздух вокруг начал темнеть. Но не от обычных теней — на этот раз тьма была другой, более плотной и угрожающей.

— Что за… — начал Гаспар, но договорить не успел.

Тьма обрушилась на него, как цунами. Не материальная атака, а что-то более фундаментальное. Словно сама реальность в этом месте начала разрушаться.

Копейщик попытался сжечь наступающую тьму, но плазма просто поглощалась, не причиняя никакого вреда. Более того, с каждой секундой тьма становилась гуще.

— Пустота, — прошептал Эдмонд, поднимаясь на ноги. — Одна из самых опасных разновидностей темной магии. Она не уничтожает — она стирает. Полностью.