Зодчий. Книга III (СИ) - Погуляй Юрий Александрович - Страница 27

Город Санкт-Петербург,

ресторан «Золотой Орёл»

— Вы слышали о заявке этого Павлова, Ипполит Аристархович? — проговорил вальяжного вида мужчина с идеально закрученными чёрными усиками и прилизанной причёской. В руках аристократ держал бокал дорогого шампанского, но пить не спешил.

— М-м-м? — князь Вершинин отвлёкся от созерцания танцовщицы, изгибающейся на пилоне над их столиком. Адель была его любимицей. Артистична, крепка телом и сдержана на язык. Последнее его люди проверяли особо тщательно и несколько раз. Всё, что говорится при Адели — остаётся с ней.

— Патент. Революция в энергетике.

— Очень любопытно, очень любопытно, — оживился Вершинин, и даже отвёл взгляд от груди танцовщицы. — Действительно ли революция или ради интриги? Последняя «революция в энергетике» содержала в себе критичную ошибку, приводящую к выгоранию схем. Такие революции никому не нужны, если вы понимаете о чём я, хе-хе.

— Мои люди говорят, что всё очень серьёзно. Действительно, есть все шансы. Деталей, как вы сами понимаете, я достать не могу, пока работает бюро. Официальными путями, конечно же, — загадочно добавил черноусый.

— Надо же. Павлов прекрасный специалист, пусть и грязной крови изначально, но был возвышен заслужено. Не последний человек Зодческой науки, — покачал головой князь. — Будет прелюбопытно посмотреть на его новое изобретение. Крепкий Зодчий, надёжные и удобные схемы. Академия может гордиться им.

— Он работал не один, — прилизанный наблюдал за Вершининым с непонятной улыбкой.

— Надо же? Соавторство? С самим Павловым? Не томите, Сергей Себастьянович!

— Баженов, Ипполит Аристархович. Его соавтор — Баженов, — с удовольствием следил за реакцией князя его усатый собеседник.

— Хм… Знакомое имя. Баженов… Баженов… — нахмурился Вершинин.

— Томашовский фронтир, Ипполит Аристархович, — деланно удивился Сергей Себастьянович.

Князь хорошо владел собой, и потому не дрогнул:

— О! Юноша жив? Прекрасная новость. Я не ошибся в его талантах! Изумительно. Полагаете, Академия родила ещё одного талантливого создателя схем? Я очень заинтересован! Где бы посмотреть на чертежи?

— Пока нет такой возможности, как вы понимаете. Однако я слышал, что Баженов уже использует их. Быть может, стоит к нему наведаться? — усатый продолжал издеваться, но Вершинин талантливо не замечал намёков.

— Какой умный мальчик. Может далеко пойти!

— Как рука вашего сына? — сменил тему Сергей Себастьянович, с хитрым прищуром.

Вершинин тепло улыбнулся спутнику:

— Спасибо за заботу, мой друг. Медленно, но верно, идёт на поправку. Им занимается профессор Лебединский лично!

— Очень рад, очень рад.

Они приподняли бокалы, приветствуя друг друга. Ипполит Аристархович представил, как засовывает ножку бокала в глаз усатого ублюдка, и отпил глоток дорогого напитка.

Вершинин не следил за судьбой отправленного им на смерть простолюдина. Был уверен, что сопляк не пережил назначения.

А тут ещё и патент с самим Павловым нарисовался. Кажется, князь недооценил паренька. Надо будет присмотреться к делам этого Баженова. Может, что-то получится в них изменить.

Глава 15

Квадроцикл остановился возле церкви. Я слез с машины, прошёл мимо замолчавших людей к входу. На самом верху меня ожидал бледный отец Игнатий. По бокам от него стояли два молодых помощника, и каждый держал по иконе.

Священнослужитель пристально смотрел на меня, пока я поднимался по ступеням. Над куполом церкви взлетела ворона, оглашая округу мерзким карканьем. Левый паренёк вздрогнул, покосился наверх, а затем зашептал молитву.

— Пусть Господь ведёт вас, господин Зодчий… — сказал, наконец, отец Игнатий.

Я преклонил колено, прекрасно понимая, что сейчас за мной наблюдают десятки внимательных глаз, для которых вера не пустой звук. Мужчина взял одну из икон и осторожно приладил её в специальное крепление на штандарте. Прочное древко крепилось у меня за спиной и шло вдоль позвоночника. Движениям не мешало, пусть и непривычное приспособление для многих. Однако ничего лучшего в голову не пришло.

Игнатий защёлкнул все замки, закрепив икону в раме, и я поднялся на ноги. Повернулся к ожидающим. Броню из пластикора мне подобрал лично витязь, и двигаться в ней было не так привычно, как я привык. Однако мы тут не на прогулку собирались. Бо́льшая часть людей внизу тоже опустились на одно колено, крестясь.

Объяснять, зачем мне потребовалась икона, я никому не пытался. Сила Эха, помноженная на порченое золото, поможет во время нашего путешествия. А символ веры… Он поддержит боевой дух остальных. Этого достаточно. Вряд ли нас ожидает простая прогулка.

— Время, — тихо сказал я, и воины поднялись с колен. Здесь были как охотники, так и бойцы гарнизона. Забряцало оружие. Раздалось несколько тихих команд, и моя «армия вторжения» двинулась за церковь, где находились кони.

Мне достался белый жеребец. Послушный и очень умный. Наше знакомство прошло изумительно, и, оказавшись в седле, я понял, что конюхи Фурсова не зря ели свой хлеб. Животное отзывалось на любое движение и совершенно не нервничало из-за происходящего вокруг.

— Хозяин! — вдруг оказался рядом со мной Черномор. — Вы просили сообщить, когда на подконтрольных вам землях появится барон Уильям Дигриаз! Несмотря на некоторую аномалию, я хотел бы сказать…

— Май друг! — из-за церкви вышел американец собственной персоной в сдвинутой на затылок шляпе. — Моё сердце петь о том, что ты идти в некоторый адвенчур! Будет файт?

— … что Уильям Дигриаз обнаружен. Хм. Должно быть, опять сбой, — посинел ИскИн. Голос его стал неожиданно сварливым. — Хозяин, возможно, вам покажется, что я исполняю свои обязанности без излишней спешки. Однако уверяю вас, он только сейчас здесь появился! Если вам нужны доказательства, то я готов их предоставить, ведь ещё несколько секунд назад…

— Всё в порядке, Черномор, — я кивнул Билли. Ох, сколько у меня к тебе вопросов, человечек.

— Нет, не в порядке! — плаксиво заявил Черномор. — Попрание законов физики не может быть порядком. Этот человек не может здесь находиться! Если только…

Он вдруг стал фиолетовым.

— Если только точка реальности есть субъективное отражение ментального заряда? А находитесь ли вы здесь, Хозяин? И кто на самом деле находится здесь? И что такое здесь⁈ Как осознать нахождение? Что такое нахождение и где начинается его осознание?

Рожица меняла цвета так, словно превратилась в новогоднюю гирлянду. Всё быстрее и быстрее. Чёрточка рта то превращалась в улыбку, то кривилась в печальном выражении.

— Отключись, пока не перегрелся, ладно? — остановил я забуксовавшего Черномора, наблюдая за приближением американца.

Между нами ненавязчиво оказался Турбин, верхом на гнедой кобыле. Воздушник перегородил дорогу барону, а Билли сделал шаг в сторону и вытянул шею, хитро глядя на меня поверх лошадиного зада. Затем взгляд американца поднялся на штандарт с иконой, и Дигриаз вздёрнул бровь в вопросительном жесте.

— Какой занятный флаг, май френд! Ты стал служить церкви? Я так много пропустить?

— Прости, Билли, действительно нет времени, — повторил я, махнул рукой и пришпорил коня. — Позже поговорим.

Американец почесал затылок.

— Эти гайс так серьёзны! Вам риали не нужна моя хелп? — спросил он удивлённо.

— Не сегодня, Билли, — сказал я. — Не сегодня.

— У нас просто нет больше лошадей, ваше благородие, — проговорил Вепрь.

Мы с Дигриазом пересеклись взглядами. И тут он неожиданно подмигнул.

— Окей-окей! Пусть эта слава будет ваш! Дигриаз уходит! Прямо сейчас, ю ноу! И не би бак!

Американец зашагал к церкви.

— Приглядывай за ним, — сказал я Черномору.

— Слушаюсь, Хозяин, — немедленно ответил ИскИн. — Пусть я его и боюсь.

Когда мы пересекли старый автомобильный мост через реку и оказались в Изнанке, то в горле сразу появилось неприятное першение. Сила осквернённого Колодца пронзала человеческие тела, отравляя плоть. Я кивнул Вепрю, и тот свистнул, после чего сразу четверо охотников подогнали коней и умчались вперёд по дороге. Витязь тем временем выстроил своих людей так, чтобы они организовали некоторое подобие каре и закрыли меня со всех сторон. Больше походило на конвой, конечно.