Милан. Том 3 (СИ) - "Arladaar" - Страница 54

Музыка в стиле хэви металл стала ещё более энергичная, и Люда могла бы сказать, что раньше уже слышала её, кажется, эта зарубежная группа называется AC/DC. Это была третья склейка! У Самсонова было очень сложное музыкальное сопровождение, склеенное из трёх частей.

— Он уже всё отпрыгал, — мрачно сказала Смелая. — Брать баллы ему уже нечем.

После вращения Самсонов начал исполнять дорожку шагов. Проехал он её от левого короткого борта к правому, по ходу исполнения сделал много разворотов, смен направлений движения, смен рёбер, и в целом, дорожка смотрелась очень красиво. После дорожки шагов исполнил вращение в либеле. Либелу в восемь оборотов сменил на пистолетик, пистолетик на флажок, и закончил вращение в винте.

Опустившись на колено, Самсонов проехал на нём пару метров, вытянул правую руку в сторону судьи, словно указывая на что-то, и закончил прокат. Как только музыка перестала играть, в отчаянии схватился обеими руками за голову и даже постучал по ней, словно говоря: «Что же я, дурак, наделал?»

Ошибки были, но ничего не поделать, нужно было вставать и идти дальше. Самсонов выглядел очень смущённым и даже покрасневшим, стоял, раскланивался перед зрителями, которые тем не менее, всё равно приветствовали его бурными аплодисментами и приветственными криками. Парень, несмотря на ошибки, произвёл впечатление, в первую очередь, железным характером. Не сдался, не бросил прокат, продолжил борьбу.

Однако как продолжил? По среднему. Выступавший в этой разминке Казуки Томоно тоже падал и тоже с четверного прыжка. Но при этом потом собрался, исполнил прыжки ульта-си и чисто откатал оставшуюся произвольную программу, потери при падении были минимальны. При этом Казуки Томоно постоянно демонстрировал очень хорошую хореографию и артистизм.

Самсонов слил всю прыжковую часть, из сложных прыжков чисто исполнив лишь тройной аксель. Да и катанием особо не впечатлил. Хотя… Он показывал более спортивный и силовой стиль катания. Да и музыка, под которую он катался, подразумевала именно такой прокат, поэтому сказать, кто конкретно был лучше, японец, итальянец или русский, было совершенно невозможно, все они были разные и все по-своему притягательные парни.

У калитки, выходящей к кисс-энд-краю, Диму встречали Бронгауз и Аделия Георгиевна. Их лица не выражали досаду или недовольство, на них отражалась лишь холодная улыбка, как будто показывающая, что всё относительно хорошо, хотя на самом деле ничего хорошего не было.

— Ну ты что натворил-то? — криво улыбаясь, спросил Брон, подавая чехлы спортсмену. — Так хорошо шёл. Что случилось-то?

— Не знаю, — пожал плечами Самсонов. — Упал, потом всё развалилось, дыхания не хватило.

Кажется, у фигуриста действительно возникли проблемы с дыханием: он сидел на скамейке в зоне кисс-энд-края, и тяжело дышал. Затем взял бутылку с водой, открыл её и сделал несколько глотков.

У калитки выхода на лёд стояла Марина Соколовская в пёстрой куртке, со своим учеником Марком Середюком. Они внимательно смотрели за прокатом конкурента по сборной и воочию видели его невнятное выступление. Когда Самсонов покинул лёд, волонтёр открыл калитку и указал рукой, чтобы Середюк выходил на разминку.

Середюк снял чехлы, отдал их тренеру, и быстрыми подсечками стал разгоняться вдоль длинного борта. Разогнавшись, проехал какое-то расстояние обычно беговыми прыжками, потом сделал несколько пируэтов и прыгнул четверной сальхов. Прыгнул очень легко и непринуждённо, как будто на тренировке. Публика отреагировала на удачный прыжок активными аплодисментами. Российский фигурист продолжил разминку.

Середюк не боялся прыгать на раскатке прыжки ультра-си! После сальхова прыгнул четверной лутц и тоже удачно. Публика ещё громче отреагировала на удачное приземление. Самсонов с тренерами в это время сидели в кисс-энд-крае и уныло смотрели на конкурента, которому дали сейчас большую фору. Да что там большую фору, сейчас они реально беспокоились, не уйдут ли не только под итальянца, но и даже под японца! Там всё висело на грани!

— Дмитрий Самсонов, Россия, за прокат произвольной программы получает 160,24 баллов, общий результат 251.48 баллов, на данный момент это второе место.

Болельщики традиционно встретили это объявление аплодисментами и возмущённым свистом, хотя, пожалуй что, возмущаться тут было нечему. Самсонов получил то, на что накатал. Четверной сальхов — падение. Два повтора флипа с понижением базы на одном. Из всех элементов ультра-си чисто исполнен только один тройной аксель. Остальное всё — по среднему. Самсонов сделал что-то, но самое основное-то он не сделал! Естественно, ушёл под Даниэля Грассля и проиграл ему целых 17 баллов общей суммы, несмотря на то, что имел задел после короткой в 5 баллов. Но Грассль перебил их. За произвольную же программу Грассль привёз Самсонову целые 21 балл! Это уже было много и не совсем прилично!

1. Daniel Grassle, Italy SP 86.56 FP 181.84 TS 268.40

2. Dmitry Samsonov, Russia SP 91.22 FP 160.24 TS 251.48

3. Kazuki Tomono, Japan SP 70.50 FP 172.78 TS 243.28

4. Ivan Shmuratko, Ukraine SP 69.89 FP 161.60 TS 231.49

5. Walter Virtanen, Finland SP 69.27 FP 152.34 TS 221.61

14. Andrey Kokura, Ukraine SP 53.59 FP 149.23 TS 202.82

Хорошо хоть Самсонов не ушёл под японца, который в произвольной программе напрыгал получше и получил за свою произвольную программу на 12 баллов больше, чем Дима. Однако надо учитывать, что японец тоже упал, а если бы откатал чисто, получил бы как раз те недостающие 8 баллов, что отделяли его теперь от Самсонова. И тогда он стал бы выше.

За технику Самсонову поставили 80.24 балла, а за компоненты программы — 80.02. Это были не большие и не маленькие цифры. Они как раз означали то, на что Дима реально накатал.

Зато стали ясны две вещи: Даниэль Грассль завоевал на этом турнире как минимум, бронзу, а Дмитрий Савосин и Казуки Томоно всё ещё не утратили на неё шансы. Осталось посмотреть, как откатаются два их конкурента.

— На лёд приглашается Марк Середюк, Россия, — сказала женщина-информатор.

Середюк, выслушав что-то от тренера, покатил к центру арены, широко раскинутыми руками приветствуя зрителей. Был он одет в чёрные брюки и чёрную майку-худи с интересным рисунком в левой середине груди. Там словно была изображена синяя космическая туманность, свет от которой разлетался в разные стороны, постепенно теряясь в темноте. На рукавах тоже было изображено что-то подобное. Люда не могла отсюда разглядеть, что именно.

Стартовая поза Середюка была оригинальная, непохожая на других. Он стоял прямо, расставив ноги на ширине плеч, левая рука опущена вниз и касается бедра, правая рука согнута в локте и кулаком касается источника света, изображённого на левой стороне груди. Людмиле наконец стало видно, что означает рисунок на рукавах худи. Это не были звёзды или нечто подобное. Рукава оказались сделанными из чёрного полупрозрачного бифлекса, по которому шли пересекающиеся в разных направлениях линии из обычной ткани. Смотрелся костюм очень стильно, оригинально и вдобавок был сложен в изготовлении.

Раздались первые аккорды музыки, и это тоже было нечто подобное неоклассике. При первых звуках фортепиано Середюк отставил правую руку от груди и вытянул её вперёд, как будто предотвращая какую-то опасность, потом повернулся влево, взмахнул обеими руками вперёд, вверх и назад, потом опять выставил правую руку вперёд, показывая ладонью куда-то вдаль, и вышел из стартовой позиции.

Сделав несколько шагов в сторону левого короткого борта, Середюк резко взмахнул руками вверх. В это время проиграл очень сильный музыкальный акцент с присутствием синтезаторов и барабанов.

— Что это за музыка? — поинтересовалась Людмила.

— Группа называется The Dark Tenor, а композиция Ode an die Freude, по-русски «Мрачный тенор», а песня 'Ода к Радости, — через какое-то время ответила Смелая, при этом частично отвернувшись от Люды и что-то тайком делая за собой.