"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 413

Кинжал попал в воздушный барьер, только это не было для меня помехой. В глазах мага, который стоял за барьером, читался страх. Ну еще бы, всего сантиметр, и ты труп…

— Убрать барьер, — велел второй голос. — Он убьет тебя и откроет прорыв, Гриша. Не бойся.

Маг, на которого я нацелился, лишь коротко кивнул и в следующий миг упал на землю с кинжалом в глотке. Когда в его глазах угасала жизнь, второй маг подошел ко мне. Театрально положил руку на плечо и заявил:

— Ты чей будешь, мальчик? Где остальные, где твоя подмога?

Кинжал с легкостью вышел из тела и попал магу прямо в бедро. С противным «проскальзывающим» звуком.

Когда я обернулся на мага, который думал, что у них все получается, на том и лица не было. Он завалился на спину и, крича от боли, пытался выдернуть артефакт из своей ноги. Увы, сегодня на его жизнь были совершенно другие планы. Пять, а может и все десять раз, я ударил по ногам и рукам, напрочь отбивая у него желание пользоваться магией и захлебываясь в приступах болезненной агонии.

— Где, где прорыв? — зарычал он, после того как его «друг» перед гибелью вспыхнул сиреневой вспышкой. — Твою мать, что происходит?

— Несостыковочка, — подмигнул я. — О, да я вижу, ты из рода Голициных, верно?

Порывшись по карманам мага, я нашел очень замечательный предмет. Артефакт записи. Он не мог передать информацию на далекое расстояние, но был в некотором роде — черным ящиком. И чтобы его активировать, нужно было только окропить его кровью. Что я и сделал, ударив камнем мага точно по зубам.

Плюясь и матерясь, Голицын попытался перевернуться, за что получил еще один удар кинжалом.

— Слушай сюда, утырок гребаный, — прошипел я. — Отвечай на вопросы быстро и четко. И тогда я избавлю тебя от боли. Зачем вам прорыв здесь? Он должен состояться именно тут? И почему вы собираетесь убить Штерна?

Только вот попаданец не собирался мне ничего рассказывать.

А я не собирался сдаваться.

На кону слишком много. Много невинных жизней. Огромное количество судеб. Судьба всей империи зависит от меня.

Поэтому…

Первым делом на его груди появился порез. Я разрезал ткань очень грубо, вонзив кинжал аж на полсантиметра в кожу.

Маг заверещал сквозь стиснутые зубы… только вот он всё равно не собирался раскрывать рот. Но в целом я ожидал подобного. Ведь попаданцы уверены, что их лучшие дни ещё впереди. Поэтому они не боятся ничего и чинят такие беспорядки.

Хм. Только вот у меня для них плохие новости.

— Это конец. — Тихо произнес я глядя в глаза попаданца.

И перед тем, как нанести свой последний удар, я заметил в его взгляде нечто новое. Казалось бы, что он начал о чем-то догадываться. В его глазах промелькнуло сомнение. Но я не стал выжидать.

Удар.

Вспышка.

Прилив сил.

И тело иномирца полетело в овраг на пару со вторым членом заговора против Российской империи.

По итогу всё оказалось не так уж и плохо. Ведь у меня появилось уже два артефакта записи. Поставить их на воспроизведение не составляло труда, зная, как ими пользоваться.

Только вот услышанное, пока я шел обратно к своим, мне очень не понравилось.

Алексей Голицын, так звали второго мага, был участником меженной тройки. Так они прозвали друг друга перед получением миссии. Их задачей было уничтожение трех крупных игроков Клира. А именно Штерна, его сына и почему-то Миланы. И это было идеальное место. Но как тогда, так и сейчас кое-что они не учли.

Третью силу в моем лице.

Я получил четыре дворянские фамилии и был уверен, что хотя бы один из этих «магов» будет попаданцем. А значит, у меня был шанс добраться поголовно по списку и найти хотя бы намек на местонахождение Черного Лиса. А также полноценно пройтись по его армии, вырезая род предателей одного попаданца за другим.

А через секунду, когда я вышел в ту точку, где должны были быть Клировцы, случилось нечто. Я даже видел, где сидели мои, когда в точку на пустыре ударил огромный световой луч. Атака была настолько мощной, что после удара до меня долетели осколки камней и земли.

На месте, где был один из отрядов, зияла воронка.

Моя голова после ударной волны гудела, в глазах, кажется, двоилось, но…

Обошлось. Я насчитал по меньшей мере семь групп по флангу, среди которых находился Штерн и его сын. А маг, который спустился к воронке, разочарованно вскрикнул.

И тогда я побежал. Настолько быстро, что, наверное, тратил не только физический ресурс, но и немногочисленную ману в моём теле.

Маг задумчиво повернулся, посмотрел на меня и вскинул руку. Только это его не спасло.

Понимая, что Голицыны, а может и другие дворяне, придумали запасной план, меня охватила ненависть. Они хотели любым способом добиться смерти одного из главных бойцов Клира. И ради этого, нагло, уже не скрываясь, ударили прямо по засаде!

Приблизившись к нему на огромной скорости, я, в прыжке влетел в иномирца, сбив его с ног к чёртовой матери. Послышался хруст. Мы вместе с ним упали на землю.

Попаданец попытался запустить в меня чем-то более убойным, но я быстро перехватил его руку и, создав рычаг, неестественно её выгнул, сломав сразу в двух местах.

Маг завыл от боли.

— Сдохни, тварь! — с этими словами я дважды ударил со всей силы кулаком, превращая его лицо в отбивную. Но иномирец лишь заулыбался, захлёбываясь кровью.

— Думаешь, что-то изменишь? — прохрипел он. — Случится прорыв! — улыбаясь, прошепелявил он. — Прорыв в самой столице! Вам не отмыться после такого! — Он попытался засмеяться, но снова лишь чуть не захлебнулся в крови.

Я взялся за вторую руку чужака и снова вывернул её в таком положении, чтобы при всём старании он не смог направить её на меня. Попаданец снова завыл. А теперь настало моё время улыбаться.

— Ты готов⁈ — обратился я к нему. — А то твои друзья, когда сдохли, толком-то ничего и не рассказали. Но вот это, — я показал ему один из артефактов записи, — оказалось кое-чем интересным. Так что пошли, родной, я тебя разговаривать без зубов научу.

Взяв его за волосы, я потащил мага в сторону. Несколько раз чужак снова пытался произнести какие-то заклинания, и я опять ударял его по лицу, выбивая оставшиеся зубы. А позже продолжал тащить.

Когда мы удалились на достаточное расстояние, я швырнул его перед собой и огляделся. Никого. Ни единого человека вокруг.

— В общем, я уже научен тем, что вы не особо разговорчивы, — начал я. — Так что, если ты не заговоришь, я вырву тебе язык, чтобы у тебя была на то веская причина! — я ударил кулаком по лицу, а затем, рукоятью кинжала начал оттягивать челюсть.

Это сработало как нужно. Только вот он был настолько уверен в том, что после смерти он вернётся, что продолжал сопротивляться, показывая при этом своё безразличие. Но на этот раз я действовал жестче.

По факту, ничего нового я не узнал. Был приказ свыше, всё курировал один из Голицыных, чья усадьба была в пригороде Москвы. Я узнал имя, а большего мне знать и не нужно было.

На все мои дальнейшие вопросы он больше не отвечал. Тогда я перевернул кинжал и одним быстрым движением ударил иномирцу прямо в лоб.

Когда я вернулся на место, где отсиживались Клировцы, то узнал лишь об одной жертве. Одного студента второго курса зацепило осколком камня. И было неизвестно, сможет ли он выбраться или нет.

Практически все были на ногах, и если не считать лёгких ссадин, мы обошлись вообще до смешного — царапинами.

Информация, которую я передал в этот же вечер в руки Сергея Петровича, а также Белова и Штерна, прояснила очень много моментов. Например, род Голицыных был не единственным родом предателей, и из названных фамилий все были удостоены наград от императора.

В том, что вокруг империи, как и Клира, просто воняет сменой власти и переворотом, больше сомнений не было. И эта вылазка, где я сжёг один из мостов и спас от смерти дорогого мне в прошлой жизни человека, наконец, нашла отдушину.

Я не расслабился, нет. Я прекрасно понимал, сколько работы впереди, но, по крайней мере, Штерн старший — был жив, а значит, сопротивление попаданцам всё ещё сильно. Чего очень опасается Темный Лис. Иначе бы он не пытался убрать их в первую очередь.