"Фантастика 2025-112". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Петровичева Лариса - Страница 163

Ноздри Ангелины нервно дрогнули, и она протянула руку в сторону Анны: то ли хотела обрушить на нее содержимое очередной чашки, то ли собиралась выцарапать глаза. Анна не поняла, что произошло дальше. Вроде бы Ангелина только что смотрела на нее, кто-то из второкурсников, обретя просветление ума, приготовился ловить свою владычицу и спасать от драки, а Лиза подалась вперед, собираясь нанести встречный удар — и вдруг Ангелины не стало. На полу в дымном сером вихре закрутилась лохматая черная кошка: взвизгнула, мявкнула, вздыбила шерсть, испуганно крутя головой.

Напряжение последних минут бесследно исчезло: все расхохотались, и Лиза подхватила кошку на руки и принялась обнимать, тискать и гладить, прекрасно понимая, насколько страдает от этого уязвленное самолюбие Ангелины. Анна хотела было отобрать кошку и отнести ее к Лаверну — Ангелине, конечно, намного лучше в облике животного, но все-таки ей следовало вернуть человеческий облик — но в этот миг пол ушел у нее из-под ног, и Анна без чувств рухнула на ковровое покрытие.

…голоса пробивались сквозь густой слой ваты, и Анна опознавала их как-то отстраненно.

— Это все она! Я ничего не делала вообще!

Это Ангелина. Похоже, она перестала быть кошкой.

— Вот, извольте посмотреть, господин ректор, ведь все изгадили! Запереть их в комнатах, чтоб только на уроки выходили! И не фыркай на меня, женщина-кошка, Федор Сергеич все видит!

А это уже робот, куда ж без него… Анне хотелось лежать и не шевелиться, темнота и одиночество ее вполне устраивали, тут никто не затевал ссору просто так, из прихоти. Но знакомая рука дотронулась до ее щеки, и фейери шепнул Анне на ухо:

— Умница, девчонка. Просыпайся.

Анна открыла глаза и увидела, что лежит на диванчике в окружении студентов. Лиза и Сергей сидели рядом, и староста смотрел на Анну так, что она сразу же вспомнила, что о нем говорил Лаверн, и встрепенулась: никто не должен видеть леди в таком состоянии — растрепанной и жалкой.

— Я все видел, — серьезно произнес Сергей. — Именно Ангелина затеяла ссору, а потом Анна превратила ее в кошку… — он задумчиво дотронулся до виска и добавил: — Сам не верю, что говорю это.

Лаверн одобрительно улыбнулся.

— Ничего страшного, дружище, — сказал он, похлопав Сергея по плечу, и обернулся к остальным зевакам, столпившимся возле дивана: — Полагаю, теперь нет сомнений в том, кто лучшая студентка первой базы? И кого не стоит злить?

— В баранов их преврати, — сварливо посоветовал робот, вычищавший пятно от кофе. — Они уже бараны, так хоть шашлыка тогда нажарим и поедим.

Ангелина расплакалась, и кто-то из поклонников тотчас же принялся ее утешать. Анна осторожно села и спросила:

— То есть, я действительно превратила ее в кошку, да?

— Да! — взвизгнула Ангелина и, захлебываясь в рыданиях, простонала: — Это было у-у-ужасно..!

Анна вздохнула и закрыла лицо ладонями.

— Я не хотела, — призналась Анна. — Честно, не хотела.

Она повторяла это уже в третий раз за вечер. После того, как все смогли успокоиться и разойтись, Анна поняла, что сделала, и это понимание повергло ее в ужас.

— Я такое в кино видела, — сказала Лиза. Комета, сидевший у нее на руках, лизнул хозяйку в нос и побежал к Анне: утешать и успокаивать. — Там один парень на другого набычил, и его в хорька превратили.

— Меня больше другой момент интересует, — промолвил Сергей, сидевший рядом с Анной и заботливо обнимавший ее за плечи. — Закон сохранения вещества. Ты, скорее всего, не превращала Гельку в кошку. Ты просто придала ей вид кошки. Массовый гипноз или что-то вроде того.

Конечно, это было слабое утешение. Но Анна посмотрела на Сергея, и тусклая печаль в ее глазах стала утекать прочь.

— Хорошо, если так, — вздохнула она. Сергей ободряюще улыбнулся, но почти сразу же стал серьезным и сказал:

— Вообще, дамы, у меня есть к вам разговор. По поводу наших индивидуальных с Лаверном.

Несмотря на то, что прошла уже неделя учебы, Сергей ни разу не рассказывал о том, что делает на индивидуальных. Если остальные студенты хвалились успехами на каждом углу или громко сокрушались по поводу неудач, то Сергей сохранял таинственное молчание. Анна иногда хотела спросить его об этом, но передумывала. Порой она ловила себя на мысли, что просто боится.

— Тебе честно сказать? — спросила Лиза. — Из меня он готовит щит. Потому что собирается на войну с Царем-Вороном. Будет отвоевывать старые владения.

Это было сказано настолько прямо и с такой неприкрытой откровенностью, что Анна окончательно поняла: все, что делает Лаверн — не шутка, не сон, не какая-то затянувшаяся пакость. Он готовится сражаться, он создает свою личную армию и в один прекрасный день отправит ее на штурм цитадели Царя-Ворона.

Кто успеет вернуться из сражения — вот вопрос.

— Я не знаю, кого он готовит из меня, — сказала Анна. — Но, судя по превращению Ангелины в кошку… — она вздохнула и махнула рукой: — Не знаю. И я не ожидала всего этого. Даже подумать не могла.

На какой-то миг Анна испугалась, что ее обвинят в том, что Лаверн подался в академию именно за ней, и теперь она разделяет ответственность за все его дела. Но Лиза будто бы прочла ее мысли, потому что села рядом и сказала:

— Да ладно тебе, Ань, ты тут не при чем. Ты за него не отвечаешь.

Сергей сделал резкий выдох и вдох, словно пытался собраться с силами, и произнес:

— Вы видели Царя-Ворона? Сами, своими глазами.

— Я видела, — откликнулась Анна. Сейчас она отчетливо понимала, что Сергею страшно, он всеми силами пробует скрыть свой страх, и ему стыдно от того, что он не может с этим справиться.

Лиза только руками развела.

— Я ничего не вижу, Сереж. Сижу, жду, когда дракон вылупится.

Что Лаверн имел в виду, говоря о яйце с драконом, так и осталось невыясненным. Фейери обожал говорить загадками.

— Я тоже его увидел, — признался Сергей. — Сразу, на первом занятии. А сегодня… сегодня Царь-Ворон увидел меня. Обернулся, моргнул, и я вдруг понял, что он меня видит. И знаете, — Сергей поежился и неожиданно обхватил себя за плечи таким болезненным жестом, которого Анна никак не ожидала, — это было жутко. Как будто там не просто смерть, а что-то намного хуже. Существо, которое не знает ни жалости, ни любви, ни сочувствия — оно просто не мыслит такими категориями. А потом…

Староста полез в карман и вынул клочок бумаги, исписанный с обеих сторон.

— «Как упал ты с неба, денница, сын зари! — прочел он. — Разбился о землю, попиравший народы. А говорил в сердце своём: «Взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера; взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему». Но ты низвержен в ад, в глубины преисподней». Я услышал это у себя в голове. Словно Царь-Ворон принял меня за Лаверна и говорил с ним.

Некоторое время все настороженно молчали, затем Лиза вздохнула и с привычной прямотой сказала:

— Хреново, Сереж. А вдруг не мы к нему отправимся, а он к нам?

Сергей вздохнул и устало признался:

— Именно этого я и боюсь.

Это был сон — но настолько реальный, что Лиза никак не могла убедить себя в том, что все происходит не на самом деле. Во сне были запахи — тонкий, едва уловимый аромат цветущей сливы и свежей зелени, умытой весенним дождем. Во сне было яркое, солнечное утро, легкие шторы наполнялись морским ветром с открытого балкона, вскипая, словно паруса корабля, готового к отплытию.

Лаверн стоял рядом — то есть, этот человек был тем самым фейери, который захватил первую базу, и в то же время совсем другим. Лицо покинуло привычное высокомерие, улыбка была не язвительной, как обычно, а мягкой и почти добродушной. Сейчас фейери был очень открытым и очень человечным.

Лиза вдруг поймала себя на мысли о том, что таким Лаверн ей нравится. Это понимание было неожиданным и даже немного пугающим. Лиза и предположить не могла, что ей придется по душе такой, как Лаверн — наглая, самолюбивая и абсолютно бессовестная дрянь. Но сейчас он был другим, и Лиза окончательно поняла, что это сон.