Моя простая курортная жизнь 8 (СИ) - Блум М. - Страница 9

— Да не стесняюсь, — покачала здоровыми сиськами в воздухе моя управляющая, — просто не люблю быть единственной голой в комнате…

— А, ну раз дело в этом… — понимающе протянула наша Венера. — Похоже, я знаю, как тебя расслабить. Надо подать тебе пример…

И следом — без всякого смущения и утайки — стала обнажаться до своей божественной сути. Полина, немного растерянная таким поворотом, с обалдеванием следила за открывающимися прелестями нашей идеальной красотки, пока они не предстали перед ней во всей первозданной красоте.

— Марианка, ты такая красивая… — выдохнула моя хаус-леди, словив синдром Стендаля от этих безупречных форм.

— Спасибо, — улыбнулось наше голубоглазое чудо, уже привыкшее к такому эффекту, — и ты, я уверена, тоже… Теперь твоя очередь!

И следом прекрасный обнаженный фотограф потянулся к аппарату, подробно на камеру запечатлевая, как Полина снимает с себя кружевной верх, а затем и низ, по количеству одежды все стремительнее приближаясь к белокурой подружке. Оценив открывающиеся красоты, Марианка еще яростнее защелкала фотоаппаратом.

— Неловко-то как! — засмеялась ее натурщица, не забывая при этом выставлять сиськи для лучших ракурсов.

— Зато красиво! Твоему парню понравится! — подбодрил ее увлеченный фотограф. — А теперь сядь на стул и разведи ноги.

— Уверена?

— Доверься мне! Я знаю, от чего твой парень будет в восторге…

И вот уже фотоаппарат, как огромный напрягшийся стояк, начал тыкаться фокусом прямо в разведенное Полинино лоно. Моя красотка постарше от такого пристального внимания к своей киске заметно зарумянилась и от этого стала еще краше.

— Нет, так не пойдет! — наконец выдала наша богиня, отложила фотоаппарат, подошла к своей модели и быстрым ловким движением провела по волоскам, растущим у той внизу.

От неожиданности моя хаус-леди даже не успела свести ножки.

— Марианка, а ты чего?..

— Надо это убрать, Полин, — экспертным тоном выдала наш бьюти-эксперт. — Парням гладкие киски нравятся больше…

— Ром, — пощелкали перед моим лицом острые голубые ноготки, возвращая из фантазии в реальность, — о чем замечтался?..

Конечно, описанную сцену я не видел. Может, на самом деле все было несколько иначе, гораздо проще и чуть менее игриво — но мне нравилось думать, что все было именно так. В конце концов, это моя фантазия — могу себе позволить!

— О тебе, — честно признался я, глядя в лукавые голубые глаза, — и о Полине…

— Ну да, — тихо ухмыльнулась Марианка, за миг превращаясь в демоницу, — хороша наша Полиночка, очень хороша… Нам повезло, что она у нас есть… Полин! — чуть громче произнесла она, поворачиваясь к нашей хозяюшке, все это время хлопотавшей у плиты. — А можно мне еще добавочки?

— Конечно! — охотно отозвалась та, готовая всем поделиться с новой подружкой.

Вот так мы теперь и жили. Пока я вовсю осваивал мою заботливую управляющую как женщину, наша Венера вовсю осваивала ее как лучшую подружку — вернее сказать, лучшую игрушку — получая с ней удовольствие доминировать, которое другая ее лучшая подружка никогда бы ей не позволила. Можно сказать, Марианка отрывалась сейчас за все годы общения с Катериной — или точнее, моя хаус-леди отдувалась за все годы общения нашей богини любви с надменной тираншей. Правда, сама Полина ничуть не возражала по этому поводу, получая все больше одобрения за эксперименты и, как следствие, раскрепощаясь все сильнее.

— Что Ромк, нравится? — жарко шептала она по вечерам, пока я вовсю натирал ее гладкую эпилированную промежность своим горящим пахом. — Нравится трахать такие киски?.. Знаю, что нравится!..

Да не то слово! Я был просто в восторге! Трахать девственно гладенькую Полину было отдельным удовольствием, а главным удовольствием было то, что она так расстаралась для меня — для своего парня.

— Блин, а Марианка-то повелась! Трахаю тебя прямо под ее носом, трусы для тебя с ней выбираю, киску эпилирую, — постанывала моя хаус-леди, которой нравилось считать себя самой умной, — а она даже не в курсе! Даже не догадывается!..

И под эти приговорки мою самую умную можно было в любую позу, в любую дырку. Так глубоко, как только получается. Я сам офигевал, как Полина, такая строгая и неприступная для меня до этого, резко поменяла вектор, позволяя мне иметь себя везде и всюду.

— И девушка твоя… подружка, — поправилась эта любительница поболтать, пока ее берут, сладко выгибаясь подо мной.

— Девушка, — долбясь в нее, поправил я.

— И подружка твоя, — упорно проигнорировала она, звонко припечатывая зад к моему паху, — тоже даже не догадывается! А прикинь, что будет, если она узнает… Интересно б даже было посмотреть! Не, я, конечно, не хочу ей говорить, вдруг бросит тебя опять… Но интересно же!..

— Ну так давай, — подначил я, попутно насаживая ее все глубже, — все им и скажем…

— Ха, Ромк! Никому ты ничего не скажешь! Ты слишком ценишь вот это, — отозвалась моя болтливая красотка и выразительно подвигала бедрами на мне. — Слишком хочешь меня… — еще жарче задышала она. — И не хочешь это потерять… — ее пальчик многозначительно показал на место нашей стыковки. — Так что никому… ах!.. ничего… ааах!.. не говори!.. Ооооооо…

Не переживай, Полин, этот секрет я продолжу хранить — надежно и глубоко, еще глубже, чем я сейчас забрался в тебя. Правда, хранить его надо не от Даны и Марианки — они и так уже знают, — а от тебя самой. Что поделать, если твои собственные мозги нужно в первую очередь защищать от тебя же. Благо, любой разговор с моей красоткой постарше рано или поздно заканчивался тем, что ее упоротая логика отключалась, а слова заменялись стонами.

— Ааа! Дааа! Хорошо!.. Ромк, как же хорошо! Сладкий мой… сладкий…

Ep. 160. Валентинки, шоколад и немножко ревности

Наконец наступил он — заветный день всех влюбленных и просто трахающихся.

— С праздником, Ромк! — торжественно изрекла Полина, едва я спустился к завтраку.

Следом вручила мне свежеиспеченное песочное сердце и быстренько, оглядевшись по сторонам, чмокнула меня в губы, пока вдруг не запалил кто.

— С праздником! — я подарил ей красный цветок и большое красное бумажное сердце.

— И сколько таких купил? — расплылась моя хаус-леди в ехидной лыбе, принимая дары. — Да ладно, не важно! Такой день ведь, для всех надо стараться… Я тут что подумала, Ромк…

Выдвинув стул, эта роскошная болтливая задница плюхнулась рядом.

— Можешь отмечать сегодня со всеми своими подружками, я не возражаю. Подели этот день на всех них, — усмехнулась моя щедрая управляющая. — Но завтра… — ее рука плавно скользнула к моему паху. — Завтра ты абсолютно мой! — женские пальчики начали ловко мять мое достоинство, заставляя его затвердеть от таких планов на завтра. — Марианка пообещала, — жарко зашептала хозяйка этих шаловливых пальчиков, разогревшись и сама, — что завтра дом будет только мой аж до самого глубокого вечера, и я смогу встретиться со своим парнем так, как захочу… И шуметь так, как мне захочется…

Да ты и обычно-то не сдерживаешься, а в таких условиях тебе и вовсе сорвет резьбу…

— Скорей бы завтра, — шепнул я, забираясь ей под маечку.

— Ха! Знала, что так скажешь! — горячо сверкнула она глазами.

В любом случае то, что моя красотка не претендовала на меня сегодня, мне было даже на руку — день и так обещал быть насыщенным. А она у меня, в конце концов, не одна, кого надо поздравить.

Стоило только подумать о других девушках, как на кухню зашла Марианка. Моя хаус-леди мигом треснула меня по руке, выгоняя из-под своей маечки, и быстренько убрала свою с моего паха.

— Ты вовремя! Завтрак почти готов! — выпалила она нашей Венере и, торопливо вскочив со стула, метнулась к плите, как будто все время там и была. Ай да Полина, ай да мастер конспирации!

Разумеется, свободное место рядом со мной тут же заняли одной божественной попой.

— Ты прям сияешь, — заметил я, любуясь лучезарной улыбкой нашей богини.