Кодекс Императора V (СИ) - Молотов Виктор - Страница 8

Вроде бы ничего страшного, ведь корабли защищены от подобного… Но ведь в воде были мины!

Стоило волне задеть первые корабли, как прогремели взрывы. А затем волна разрослась и двинулась дальше.

Сигэру Савада беспомощно наблюдал, как новый Великий Имперско-Японский флот — корабль за кораблем — выходит из строя, даже не дойдя до своей первой боевой задачи. Взрывы были настолько мощные, что большинство судов тотчас накренились и пошли ко дну.

В этот момент Сигэру Савада очень сильно пожалел о том, что недооценил имперцев и связался с ними!

Это были его последние мысли перед тем, как волна врезалась в флагман. Раздались новые взрывы. У моряков не было ни единого шанса спастись. Как итог, последний корабль пошел ко дну вместе с адмиралом и всеми остальными…

Глава 4

Князь Дмитрий Константинович Пюрешев организовал срочное собрание посреди ночи, пригласив на него только самых доверенных людей из представителей аристократии Сахалина. Среди них было четыре местных графа и шесть баронов.

Дмитрий Константинович знал этих людей всю свою жизнь и понимал, что остров им дорог точно также, как ему самому. Они все здесь выросли, женились, завели семьи. Сахалин — их дом с самого рождения, а потому каждого из присутствующих сильно волновал вопрос о его дальнейшей судьбе.

— Наших общих сил не хватит, чтобы остановить японцев, — констатировал очевидный факт барон Муравьев.

— Не хватит, — кивнул Дмитрий Константиновичи, и строгим тоном продолжил. — А потому, пока не поздно, мы можем выйти из состава Российской империи и дать клятву японскому императору. Мы с ним уже касались этого вопроса в одном из разговоров, а потому я уверен, что он согласится на наши условия.

— На ваши, Дмитрий Константинович, — хмыкнул граф Володин.

— Господа, у всех нас есть связи в Японии, так что не стоит переживать о том, что мы останемся с носом. Нам помогут освоиться, как новым гражданам Японии. И все будет хорошо.

Князю Пюрешеву хотелось в это верить. А то ведь как бывает — в голове план звучит идеально, а по факту все идет не так. Конечно, так бывает не всегда. Но Дмитрий Константинович по жизни привык прорабатывать все варианты на случай неожиданных поворотов.

— Это очень рискованно, — продолжил граф Володин.

Все собравшиеся выглядели встревоженными. Дмитрий Константинович не сомневался, что они также четко понимают реалии, но не решаются.

— Да, мы не можем быть уверены, что японцы нас не предадут и не выгонят с острова, — хмыкнул барон Дарвинский и скрестил руки на груди.

Однако Дмитрий Константинович с радостью бы вышел из Российской империи, и у князя уже были некоторые договоренности с японским императором на этот счет. Об этом Пюрешев и сообщил своим доверенным людям. Но для них этого было мало. И Дмитрий Константинович мог их прекрасно понять, ведь нельзя знать наверняка, как будет. Нельзя быть уверенным в том, что все будет хорошо.

Пюрешева и его людей в любом случае ждет глубокая задница. И сейчас они решают только то, какой будет ее глубина.

Если Дмитрий Константинович предложит японцам присоединиться к ним, когда их армия уже высадится на острове, то будет слишком поздно. Они просто не станут слушать.

Японцы начнут огнем выжигать землю острова, пока не захватят все. В этом случае им будет плевать на предложения местных дворян.

Князь Пюрешев сможет их сдержать, но ненадолго. И то потому, что он готовился к чему-то подобному очень долгие годы. А от этого в разы обиднее, что собранных сил не хватит, чтобы удержать весь остров Сахалин.

Эту часть Российской империи притесняли долгие годы. Она была обделена как финансовыми, так и людскими ресурсами.

Ходят слухи, что новый император, возможно, все изменит. Но Дмитрий Константинович в это не верил. Практика показывала, что императорской семье верить не стоит.

Ему хватило того, что в свое время он поддерживал и Григория, и Федора, и даже вел переговоры с их покойным отцом. Они много чего обещали, но в итоге Дмитрий Константинович ничего не получил. А потому князь острова Сахалин был уверен, что с Дмитрием Романовым будет точно также.

Это вечный конфликт… Двадцать лет имперская армия острова уменьшалась. А когда Дмитрий Константинович проводил проверки в имперских частях, то каждый раз ужасался состоянию дел там.

Сейчас там находится старая техника, которую списывали с других частей и за ненадобностью отправляли сюда. В настоящем бою она не поможет. То же самое касается качества людских ресурсов. Дмитрий Константинович уверен, что все эти плохо обученные солдаты точно не смогут отстоять остров Сахалин.

А когда князь Пюрешев говорил с покойным императором Российской империи, то тот просто заявил ему: «Если переживаешь, то позаботься о безопасности острова сам».

Дмитрий Константинович понял, что ничего не добьется от короны и воспользовался этим советом. А потому он долгие годы собирал и вооружал собственную армию, и сейчас у него было много ресурсов и возможностей.

Однако большую часть своих средств Дмитрий Константинович сейчас тратит именно на обеспечение и вооружение своей армии. Которую он держит как раз на случай нападения.

Стычки с японцами случались и раньше. Но чем больше и сильнее становилась армия князя Пюрешева, тем реже случались столкновения. Последние годы их и вовсе не было, хотя Дмитрий Константинович не спешил расслабляться. На уровне интуиции он понимал, что это всего лишь затишье перед бурей.

— Японцы уже выдвинулись к нам, и нужно скорее принимать решение, — поторопил аристократов Дмитрий Константинович.

Собравшиеся начали переглядываться, не спеша принимать какое-либо решение. Ведь оба варианта для них рискованны. Возможно, под покровительством Японии Сахалин и начнет процветать, но тогда путь всем присутствующим обратно в Российскую империю будет заказан.

А ведь у них там находятся заводы, разные производственные цепочки, родственники. Не говоря уже о бизнесах и должностях, которые присутствующие аристократы занимают в Российской империи. Они не могли от всего этого так просто отказаться.

Да и бросить остров Сахалин и отправиться на большую землю аристократы тоже не могли. Здесь у каждого из них находятся родовые поместья, и никто не хотел их покидать.

А бросать все всегда тяжело. Поэтому Дмитрий Константинович тоже не собирался покидать свой родной остров.

— Сколько у нас времени? — уточнил барон Муравьев.

— Не больше дня, думаю, — пожал плечами Дмитрий Константинович.

Все зависело от того, как скоро японцы доберутся до острова Сахалин.

— Чем быстрее мы решим, тем лучше. Решайтесь, — настойчиво сказал Дмитрий Константинович. — Когда первый японский экипаж ступит на наши земли, уже будет поздно вести любые переговоры.

А пока у аристократов был шанс хоть что-то изменить.

— Когда они высадятся, а это произойдет со дня на день, не знаю, сколько мы можем продержаться. Наши силы явно неравны, вы все это понимаете, — продолжил Дмитрий Константинович убеждать людей.

— Нам нужно время все обдумать, — неуверенно ответил граф Креольский.

— Нет у нас времени думать, — хмыкнул Дмитрий Константинович.

Но вдруг на его телефон пришло сообщение. Князь Пюрешев извинился перед присутствующими, достал телефон и прочитал.

— Все, господа! Можно больше ничего не обсуждать, — вздохнул Дмитрий Константинович. — Не знаю, как так получилось, но японцы решили пойти в наглую. И сейчас первая семерка их кораблей заходит в наш порт.

А значит, произошел самый худший сценарий. И теперь, если и получится перейти под покровительство Японии, то придется это делать на условиях японцев. Какова будет судьба острова и населяющих его жителей при таком сценарии — большой вопрос.

Но Дмитрий Константинович уже не ждал ничего хорошего.

— Но как они прошли? — выпучил глаза Муравьев.

— Да! Там же имперские башни и заслоны! Они должны были их остановить! — возмутился граф Креольский.