Кодекс Императора V (СИ) - Молотов Виктор - Страница 20

Но он всегда в окружении мощной охраны. Сейчас же я не смогу организовать нечто подобное в Австрии, не выдавая некоторых своих секретов насчет теневого отряда. Никто же точно не знает, какова его численность… и на что они способны.

В общем, мне куда проще было отправиться на самолете. Да и Елисей сможет отдохнуть после приключений на море.

От мыслей меня оторвал срочный телефонный звонок. Со мной хотел в срочном порядке связаться император Китая. А вот это уже интересно!

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество, — вежливо ответил я.

Император Лю Цзяньлун ответил таким же приветствием, а затем перешел к сути дела:

— У нас с вами назрел срочный вопрос, который необходимо решить в самое ближайшее время. Но я понимаю, что скорее всего это не ваша вина, Дмитрий Алексеевич. Но наши аристократы и многие важные люди нервничают — им нужны ответы.

За что мне всегда нравился Лю Цзяньлун — он всегда конкретно говорил, что нужно, не ходя вокруг да около. Это тоже в некотором роде мудрость, полученная с годами — не тратить попросту чужое время.

— Понимаю вас. Но у меня сейчас будет проходить встреча с правителем Австрии, после которой я готов буду переговорить с вами. Само собой, я не имею к возникшей проблеме никакого отношения — это могу вам гарантировать. Однако я до сих пор не могу понять, кто именно с этим связан, и что там происходит. Поэтому пока, увы, я не могу дать вам больше информации.

— Хорошо, Ваше Императорское Величество. Буду надеятся, что в ближайшее время вы сможете разузнать подробности, — выразил свое пожелание Лю Цзяньлун.

— Конечно. Уже этим занимаюсь.

На этом наш короткий разговор закончился.

А я заметил про себя, что Российская империя сейчас является настоящей загадкой не только для других стран, но и для меня самого. Здесь долгие годы каждый делал, что хотел. А потом правила игры резко изменились. Кто-то сбежал, кто-то умер… И после этих людей иногда всплывают вот такие вот сюрпризы.

Но со временем я со всем разберусь. Сколько бы не было сюрпризов, к каждому можно найти подход, и все решить. Другой вопрос — сколько ресурсов и времени на это потребуется? И к каким последствиям для империи это приведет в дальнейшем?

Когда мой самолет приземлился в Австрийской империи, я сразу отправился на встречу с Фридрихом Шестым. Мне уже доводилось недавно с ним встречаться, когда мы разрешали последствия, оставленные Виктором Степановичем Разумовским. Тогда он казнил некоторых граждан Австрии, желая спровоцировать конфликт с Российской империей. Но мне удалось сгладить его и договориться о передаче виновных.

Я зашел во дворец вместе со своей гвардией, которая прибыла со мной. Здесь не хватало только Кутузова. После морских сражений он выразил желание повоевать на суше, и я отправил его на границу с Персией. Для него там найдется много работы: и за армией присмотрит, и за аристократами. Уже не говоря о его великолепных навыках полководца.

Слуги Фридриха Шестого почтительно встретили меня и провели в кабинет австрийского императора. Гвардию же попросили подождать снаружи, но я не был против.

— Приветствую вас, Ваше Императорское Величество, — встретил меня Фридрих Шестой.

Я ответил приветствием согласно этикету, а затем присел в кресло напротив императора.

— В общем, Дмитрий Алексеевич, я буду с вами откровенен, — начал Фридрих Шестой без долгих прелюдий, что меня несказанно порадовало. — У империи дела сейчас идут не очень.

— А что у вас случилось, о чем я не знаю? — вскинул я бровь.

Так я намекал, что у меня в Австрийской империи хорошо развита разведка. Но Фридрих Шестой понял это еще по прошлой нашей встрече.

— У Российской империи, — его уголок рта дрогнул в ухмылке.

— А у нас все замечательно, — невозмутимо ответил я. — Воюем и побеждаем без особого напряжения.

Как дела идут на самом деле я, конечно, говорить не собирался. Но мне и не нужно, чтобы Фридрих Шестой знал обо всяких нюансах. Он должен видеть ту же картину, что и весь остальной мир.

— Наши аналитики и аристократы считают Российскую империю сейчас легкой добычей, — продолжил Фридрих Шестой, постукивая пальцами по столу. — Слишком легкой, чтобы этим не воспользоваться. Потому они обвиняют меня в слабости и нерешительности. А я сам и не против напасть. Однако мы с вами договорились о некоторой паузе.

Очевидно, что озвученная им причина откладывания войны отнюдь не единственная. И Фридрих Шестой чего-то явно недоговаривает.

— Если мы присоединимся к войне, то Российская империя не падет, но значительно уменьшится в размерах, — обозначил мне перспективы Фридрих Шестой.

— В короткой перспективе это возможно, — спокойно ответил я. — Но на дальнем горизонте Российская империя вернет свои границы, уверяю вас.

— Ну, так далеко мои аналитики не смотрят.

Хотя именно этим по сути они должны и заниматься.

— Можете поверить мне на слово, если бы японские, греческие и персидские аналитики смотрели на много шагов вперед, то сейчас у них явно бы не возникло проблем с флотом.

— Это минимальные потери для морских держав, — слегка усмехнулся Фридрих Шестой.

Так он показывал, что это достижение мало что значит. Однако Фридрих Шестой прекрасно понимал обратное, но пытался убедить меня в своей правоте. Вот только пока непонятно, зачем.

— Согласен, потери небольшие, — кивнул я. — Но не стоит упускать один важный момент. У японцев, греков и персов было в общей численности около семисот судов. А у Российской империи сколько? Ни одного. А потому мы сперва захватили японские корабли, потом греческие и персидские. На этих судах мы и воевали. Вот и вся разница.

Я понимал, куда ведет этот разговор, а потому вел себя максимально спокойно. Еще есть шанс избежать военного конфликта, если судить по поведению австрийского императора. К тому же, пока ничего существенного, кроме угроз, от него не последовало.

— Слушаю внимательно ваше предложение, — продолжил я.

Фридрих Шестой окинул меня взглядом. Немного выждал и уточнил:

— Какое предложение?

Этот прием со мной точно не сработает. Ведь я понимаю, что передо мной человек, преследующий свои интересы. И у него явно не выйдет сделать вид, будто он не предусмотрел возможные варианты развития событий заранее.

— Или мне начинать разминать руку, чтобы подписать акт об обоюдном начале войны между нашими империями? — спокойно спросил я.

— Обоюдном? — вскинул бровь Фридрих Шестой.

— Конечно. Зачем нам быть страной, которая развязывает войну в одностороннем порядке? Российская империя не против. Может быть, нам будет тяжело, а может аристократы Российской империи начнут посещать венскую филармонию, — хмыкнул я, намекая на совершенно разные исходы этой войны.

Ведь у меня в любом случае припасено пару тузов в рукаве. И пока я ещё не решил, куда их использовать.

Фридрих Шестой выждал минуту прежде, чем ответить:

— Все-таки вы спешите с войной, Дмитрий Алексеевич. Мы еще можем договориться. Обе наши империи видят во всем происходящем хорошую возможность для того, чтобы развязать войну. Но этого еще можно избежать. Ведь война — это кровь и горе… А зачем нам это надо? Австрийская империя имеет свои неплохие земли и, помимо вас, нам есть с кем воевать.

Моя стратегия сработала, и Фридрих Шестой пошел на попятную. Теперь вместо угроз он сам пытается избежать вооруженного конфликта.

Но пока я не до конца понимаю, какие цели он преследует.

— Кстати, вы не против, если к нашей беседе присоединится еще один человек? — вдруг спросил Фридрих Шестой.

Это предложение меня насторожило. Если сейчас он пригласит персидского визиря — вот это будет поворот!

— Без проблем, если вы считаете его достойным присутствовать при разговоре двух императоров, — согласился я.

Самому было интересно, во что это выльется.

— Время покажет, насколько достоин, — уклончиво ответил Фридрих Шестой, — но некоторый кредит доверия есть.