Правильный лекарь. Том 10 - Измайлов Сергей - Страница 2

– Притомили вас эти три слона? – хмыкнул Дмитрий Евгеньевич, комментируя мой усталый вид.

– Хотите сказать, что это на них земля держится? – спросил я.

– Что-то типа того, по крайней мере сейчас, – кивнул секретарь, глядя на меня с сочувствием. – Вам и правда отдохнуть надо.

– Идея мне нравится, но пока рано, – вздохнул я. – До свидания.

Я вышел на улицу, метель опять усилилась, зато я быстро взбодрился. Осталось теперь вспомнить, куда припарковался. В итоге я прошёл мимо своего микроавтобуса, как раз уворачивался от бьющего в лицо роя снежинок. Пришлось возвращаться. Зато по пути попалась кофейня, но при упоминании “бурундучино” на меня вылупили глаза. Ну ничего страшного, лавандовый раф тоже неплохо. Как раз пока доехал до полицейского управления, успел допить.

Дежурному я не сказал ничего, кроме “здравствуйте”, а он сразу повёл меня в сторону казематов, уже все в лицо знают. Андрей сидел всё в той же камере, что и обычно, наверно уже сроднился с ней. Охраны сегодня зато было намного больше, чтобы защитить его от возможных посягательств. Я заметил у органиков глушитель магии на поясе. Я и раньше видел подобные штуковины, но не знал, что это. Новшество ввели после того, как из казематов ушёл тогда псионик. Теперь у него такой номер не прошёл бы, даже с золотым амулетом.

Массивная дверь с лёгким скрипом открылась, Боткин сидел с книгой за столом и повернул голову в сторону выхода, отреагировав на звук.

– Привет, братка! – воскликнул Андрей и встал мне навстречу. – А меня вот всё никак не отпускают. Сначала меня боялись, теперь за меня боятся. Не одно, так другое.

– Как же я рад тебя видеть! – от души воскликнул я, обнимая его. – Боюсь, тот день у меня теперь всегда перед глазами стоять будет.

– Да уж, спасибо тебе ещё раз, – сказал он, похлопав меня по спине.

– Та если я правильно понял, тебе подтвердили вольную? – спросил я.

– Подтвердили, – кивнул он. – Вроде завтра должны подписать последние бумаги и пинка под зад. Интересно, как отец теперь меня встретит.

– А он к тебе приходил?

– Ни разу за всё это время, – покачал он головой. – Даже не знаю, как он меня примет.

– Может тогда ко мне?

– Не, сначала домой всё-таки попробую, – сказал Андрей. – Ну выслушаю от него всё, что можно. Сам ведь виноват, меня никто не заставлял. Может простит, хоть и не сразу.

– Тогда завтра в ресторан? – уточнил я.

– Не, Саш, скорее всего не до ресторана будет, – вздохнул он. – Сразу домой и, если он меня пустит, постараюсь хотя бы первое время быть тише воды и ниже травы.

– Наоборот, – брякнул я и тут же понял, что он в отличие от Валеры правильно сказал.

– Что наоборот? – удивился Андрей.

– Да не обращай внимания, – махнул я рукой и вздохнул. – Устал просто.

– А я смотрю, вид у тебя какой-то потерянный, – улыбнулся он. – Ты давай иди-ка домой, потом пообщаемся. С завтрашнего дня хоть целый день. Да, кстати, если меня мой родитель под домашний арест посадит, ты всё равно сможешь прийти, он к тебе всегда хорошо относился. А теперь, так тем более, когда о тебе весь город говорит.

– Ты-то здесь откуда знаешь, что он говорит? – хмыкнул я.

– Я уже не раз слышал, когда ты от меня уходил, охранники друг другу шепчут “тот самый Склифосовский”. Вот и делай выводы, знаменитость ты наша.

– Ох уж мне эта знаменитость, – вздохнул я. – Жаль невозможно всё это втихаря делать, чтобы никто не знал. Так у меня теперь ещё новая волна ожидает, сверху велено медицинский университет открыть в Санкт-Петербурге.

– Ну вот, – улыбнулся Андрей. – Теперь этими делами будет университет заниматься, а ты будешь работать себе спокойно лекарем.

– Ты наверно не понял, – хмыкнул я. – Университет открыть мне велено, именно я этим заниматься должен.

– Охренеть! – выпучил глаза Андрей. – Университет Склифосовского! Теперь тебя даже вши в Петропавловске узнавать будут и здороваться.

– Вот с вшами я как раз здороваться не хочу, – хмыкнул я. – Обойдусь без таких знакомств.

Выйдя из полицейского управления, я собрался ехать к Насте. Перед тем, как сесть в машину, вспомнил почему-то про “бурундучино” и мне так сильно его захотелось! А время терять желания не было. Но не беда, я забежал в кофейню, заказал два напитка с собой и с необычным гостинцем покатил домой к своей девушке.

– Ты решил угостить меня кофе? – удивилась Настя, улыбнулась, забрала у меня оба стакана, поцеловала меня в губы и понесла угощение на кухню.

– Это лучше через трубочку пить, – сказал я ей вслед, доставая эти самые трубочки из кармана пальто.

– А он какой-то необычный? – услышал я её голос с кухни. – Ух ты, он с орехами! А, так это же «бурундучино»!

Я повесил пальто и шляпу на вешалку и поспешил вслед за ней, потом вручил ей трубочку, напиток надо пить правильно. Хотя мне и без трубочки в первый раз отлично заходило.

– Что там с Обуховым? – спросила Настя и поставила на стол тарелку с печеньем под кофе.

– Разобрались, – кивнул я, закидывая первую печеньку в рот. – Уже до обеда на свободе был.

– Ну я так и думала, – сказала Настя. – Его наверно задержали, как руководителя учреждения, в котором оказалось столько злоумышленников. Ой, а что это я какие-то печенья на стол поставила? У меня же суп грибной есть, будешь?

– Грибной говоришь? – спросил я. Меня потихоньку начало отпускать и проснулся аппетит.

– Грибной, – улыбнулась Настя и поднесла к моему носу супницу, из которой в нос ударил насыщенный аромат белых грибов.

– Накладывай, – сказал я, шумно проглотив слюну. – Знаешь, что этот Обухов опять удумал? Не было печали, черти накачали. Он поручил мне открыть в Питере медицинский университет.

– Ого! – воскликнула Настя, поставила передо мной тарелку грибного супа-пюре и практически с размаху плюхнулась на стул. – Вот это да! Так это же то, о чём ты мечтал!

– Ну почти, – хмыкнул я, ощущая божественный вкус супа. – Только я думал, о том, что нужно менять медицинское образование, а не о том, чтобы это всё я делал.

– Ерунда, – махнула Настя рукой, – ты именно этого и хотел. Да что ты напрягся-то опять? Всё будет хорошо, ты справишься!

– Справлюсь, – вздохнул я, доедая суп и снова косясь на супницу. – У меня просто выбора нет.

Настя проследила за моим взглядом, задорно рассмеялась и взяла мою тарелку, чтобы наложить добавки.

– Так вот зачем я всё это делала! – воскликнула она, поставив передо мной полную тарелку и всплеснув руками. – Слушай, вот это совпадение!

– Ты про грибной суп? – хмыкнул я.

– Да нет же! – снова рассмеялась она. – Я про чертежи медицинского института! Ты же помнишь с каким размахом там всё планировалось? Как раз для нового университета подойдёт.

– А правда, – сказал я и замер с полной ложкой в руке. – Мы же как раз думали, чтобы там учились и лекари, и знахари, а именно такая задача сейчас передо мной стоит! Пойдём посмотрим.

– Ты поешь сначала, – резонно заметила Настя.

– Потом доем, – буркнул я, вытирая рот салфеткой и вставая из-за стола. – Пошли.

Выполнить мою просьбу с налёта оказалось не просто. На столе и на обоих кульманах у неё были другие проекты, а чертежи университета были скручены и засунуты в шкаф. Пока Настя спешно убирала свои последние наработки, я начал терзать тяжёлое брёвнышко, в которое были скручены ватманские листы. Эх, если бы я хоть что-то понимал в том, куда я лезу, а я начал их раскладывать на столе и понял, что для меня это всё тёмный лес, пока Настя мне не объяснит, что тут где.

Девушка снова рассмеялась над моей растерянностью и помогла разобраться. Основные чертежи, где здание изображено целиком, расположились на кульманах, а остальное она разложила на большом обеденном столе, правда всё в один слой не уместилось.

Я подошёл к кульману и залюбовался. Если это построить из белого камня, будет выглядеть очень величественно. Осталось только подобрать место, где это построить. Надо обязательно показать чертежи Обухову, думаю, что ему понравится.