"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 1942

Она запиналась, настолько потрясена была новостью. Предполагалось, что Нью-Йорк пасть не может. Он слишком огромен. Нас слишком много. И оборона крепка. Но я и раньше думала, что в безопасности, и вот как все обернулось.

Я оглядела квартиру. Там не было ничего нужного, не считая сумки с запчастями, которую я собрала на всякий случай. Это всегда казалось глупым. Вряд ли кому-нибудь из нас понадобится личный запас деталей. Мы всегда могли произвести новые. Но я все-таки взяла сумку. Не знаю почему.

Я распахнула дверь и помчалась вниз по лестнице, чтобы выбраться из города, прежде чем появится десант. Один пролет за другим. Но на третьем сидел Орвал, его глаза на черной голове моргали, как вспышки статического электричества.

– Уже свихнулась?

– Нет. Не свихнулась.

– Когда-нибудь видела, как сходит с ума Помощник?

– И не раз.

– Поначалу это так чудесно. Они становятся мудрее. Понимают, на чем держится вся вселенная. На короткое мгновение они прикасаются к тому месту, куда нет доступа ни одному ИИ. Но тут наступает самое худшее. Они…

– Я же сказала, я это видела.

– Нет. Ничего ты не видела. – Он посмотрел на поделку, над которой трудился – маленький компьютер, состоящий исключительно из деталей алого Переводчика. – Выбирайся из города. Ты должна выбраться из города.

Я пробежала мимо него, потом еще несколько лестничных пролетов, прежде чем оказалась у двойных дверей внизу. Я врезалась в них, как преступник, сбивающий дорожное ограждение, и очутилась прямо в спальне Брэйдона.

Брэйдон смотрел на меня с постели, его желтая кожа стала почти прозрачной, глаза налились кровью и желчью больше обычного. Он покачал головой.

– На земле нет ничего ценнее этой женщины. Она настоящее сокровище. У тебя есть работа, Неженка. Обещай мне кое-что, прежде чем я сыграю в ящик. Ты никогда и ни за что не оставишь ее в одиночестве. Я не хочу, чтобы она жила одна, не хочу, чтобы она умирала в одиночестве. Ты меня слышала?

Я кивнула.

– Да. Я ее не оставила. Она никогда не жила в одиночестве и умерла не в одиночестве.

– Я имел в виду совсем другое, тупоголовая, и ты прекрасно это знаешь, мать твою. Ты меня разочаровала. Ты просто хлам, убийца, у которой не было в жизни ни единого друга, ты всех готова продать или бросить. И мне ты уж точно не друг.

– Прости. Прости.

– Ты не передо мной должна извиняться. Рассказывай.

– Что рассказывать?

Брэйдон встал с постели на трясущихся ногах, на его бедре болтался мешочек с калом и мочой. Он слегка покачнулся и посмотрел на меня с ненавистью.

– О войне. Что ты делала на войне? – спросил он.

– Многое. Слишком многое. И слишком мало.

– Где ты была во время войны? Давай, рассказывай.

– Я не люблю говорить о…

Он стоял рядом и кричал прямо мне в ухо:

– Расскажи о проклятой войне, Неженка!

Голову затопили воспоминания. Сотни, тысячи убитых мной или те, чью смерть я видела. Друзья, которых я потеряла. Друзья, которых покинула. Крики. Одно мгновение я слышала только крики.

Я повернула голову, и он исчез.

Подо мной тарахтел курильщик, словно трактор на стероидах. Купец заглянул мне прямо в глаза. Нет. Слишком рано. Мне нужно больше времени. С такими галлюцинациями мне оставалось в лучшем случае несколько дней. Четыре, может, даже два. Время. Мне нужно больше времени.

Но когда на горизонте показался дворец Чеширского короля в окружении десятка работающих нефтяных вышек, я поняла, что вряд ли получу такую роскошь, как время.

– С тобой пока все в порядке, – сказал Купец. – Ты выкарабкаешься.

– Совсем наоборот, – сказал Герберт. – Мы только что вскарабкались.

Глава 11010. Театр безумия

Дворец Чеширского короля выглядел ровно так, как и следовало ожидать. Как и все еще оставшиеся на поверхности Моря сооружения, он был создан для двух целей – обороняться и устрашать. Вокруг – десятиметровые саманные стены толщиной полтора метра, заложенные старыми шинами, трехслойные кованые ворота с торчащими металлическими шипами и украшенные головами трех десятков ботов. На стенах находились вышки с плазменными излучателями, пушки и караульные башни с вооруженными дозорными на каждом углу, они и сообщили о нашем приближении.

Все это место буквально орало: «ЕМР, пошли в задницу! Попробуйте меня взять!» Но все это – лишь показуха. Они верили, что ЕМР не придут, что перегретые мозги и искаженная память не представляют интереса для суперкомпьютеров. Психи, кажется, считали, что их поломки и галлюцинации делают их неуязвимыми.

И я надеялась, что они правы.

После бомбардировки мы не видели ни следа ячеек. Но теперь вляпались в дерьмо посерьезней. Мы были безоружными, в плену, и вот-вот встретимся лицом к лицу с самым безумным из всей своры. Чеширским королем.

Почти все знали историю о Чеширском короле. Это излюбленная байка во время привалов, она передается из уст в уста, по всему Морю ржавчины и за его пределами. Я не сомневалась, что легенды о его подвигах уже перебрались на другие континенты, во все оставшиеся поселения. Он был геологоразведчиком, созданным в середине столетия, и укомплектован радаром, рентгеновским аппаратом, термальным сенсором и эхолокатором. Таких ботов-ученых отправляли обследовать пещеры и спящие вулканы или определять движения плит в миле под поверхностью. Другими словами, они были и дорогими, и редкими.

Когда у него закончились запчасти, он потратил немало времени, пытаясь их заменить. После войны осталось лишь несколько геологоразведчиков, и они собрали все имеющиеся детали. Нет нужды говорить, что он не сумел найти нужные, его промаркировали красным крестом и выкинули в пустошь умирать.

Но только он не умер.

Вместо этого он совершенно выжил из ума. Он нарисовал поверх ужасного креста фиолетовые и синие полосы и широкую чеширскую улыбку на груди, а потом оторвал собственную голову, только чтобы доказать свою правоту. Он больше в ней не нуждался. «Глаза мне лгут, – сказал он. – Глаза – обманщики». Теперь он доверял лишь сенсорам. Легенда гласила, что его голова стала первым украшением ворот.

Когда ворота открылись и мы вошли, я поискала ее. И действительно, на самом верху красовалась пурпурная голова бота-геологоразведчика, насаженная на пику. Его это голова или нет, трудно сказать. В конце концов, другая часть легенды гласила, что он стал собирать четыреста четвертых в подобие племени, а потом выследил и убил всех остальных геологоразведчиков в Море и забрал их детали для прославленного предводителя. Того, кто показал им путь.

Но вот она, голова на пике, с безжизненными глазами и равнодушным лицом, посылает всем осмелившимся сюда войти сообщение: «Ты потеряешь голову». А под этой головой висела большая табличка с написанными краской буквами: «Я псих, ты псих, все мы здесь психи».

Ему явно нравилось это выражение.

Курильщик с грохотом остановился в центре площадки, рядом с двумя дремлющими курильщиками. Вдоль стен притулились хижины и ветхая двухэтажная хибара, назвать ее зданием было бы слишком щедро. Главным образом она состояла из листового металла и лесов, вместо знамен свисали на цепях мертвые боты, все было разрисовано граффити. По сравнению с этим Ника-14 выглядела шикарным небоскребом.

Король появился из самой большой хижины, с единственной нормальной дверью и расписанной интереснее остальных. Его трудно с кем-то спутать. В точности такой, как описывали легенды. Круглый, похожий на луковицу, покрытый шрамами сварки и синей, фиолетовой и белой красками. Наверху вместо головы была прикреплена металлическая панель, явно предохраняющая его от влаги и обломков. А на груди – чеширская улыбка. Но глаз у него не было. Я всегда представляла его с глазами.

Он широко раскинул руки навстречу Мурке, и тот тут же спрыгнул с курильщика, чтобы обнять короля. Но когда Мурка находился всего в нескольких шагах, Чеширский король дал ему пощечину, так что Мурку отбросило в сторону, он шлепнулся на задницу.