"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 1770

Трамвай ходил по кругу, останавливаясь у каждого из трех общежитий, связанных между собой аллеями, вдоль которых располагались магазины, так что можно было пройти от «Дуба» до «Живи-Играя» по тому, что на схеме называлось променадом. Длина его равнялась примерно миле.

Затем трамвай объезжал еще два здания, в одном из которых, Административном, помещались администрация, банк и классы, а в другом, Медицинском, – оздоровительные секции и больница. Затем трамвай проезжал мимо главного складского здания и возвращался к зданию Приезжих, возле которого они вышли из автобуса, и снова ехал к общежитиям.

На карте были показаны также дороги для срочного проезда. Каждое здание имело по несколько въездов, дороги от которых вели прямо к Медицинскому корпусу. Существовала также совершенно независимая система дорог, по которым наладчики доставлялись через поля солнечных батарей и ветровых электрогенераторов на дальнюю границу владения, к группе зданий с общим двором, где регулировалось водоснабжение, происходило преобразование энергии и откуда вывозился мусор.

Именно там-то ей и требовалось оказаться.

Цинния решила дойти до «Дуба», а затем повернуть обратно к «Живи-Играя». По крайней мере, почувствовать, каково здесь прогуливаться по променаду. Вестибюль в «Клене» был гол, просто полированный бетон. Цинния нашла прачечную и хорошо оборудованный спортивный зал – тут можно было бесплатно пользоваться гантелями и тренажерами. Но никто ими не пользовался.

Променад был оформлен с шиком, характерным для аэропортов, как двухъярусный зал с попадавшимися там и сям лифтами, эскалаторами или винтовыми лестницами. Тут же располагались предприятия быстрого питания, аптеки, гастрономы, маникюрные салоны и салоны для массажа стоп. В последних множество людей в красных, коричневых и белых рубашках поло лежали в длинных шезлонгах, в то время как женщины в зеленых работали над их натруженными обнаженными ступнями. Огромные экраны, встроенные в стены, показывали рекламу ювелирных изделий, телефонов и закусок, при этом изображение было настолько контрастным, что у Циннии заболели глаза.

Повсюду она видела полированный бетон и стекло, все поверхности казались голубыми. Она поднялась по лестнице и пошла вдоль ограды из прозрачного стекла, испытывая холодок в груди от страха упасть. Если бы это действительно случилось, она бы сильно покалечилась. Цинния прошла мимо неработавшего эскалатора, перед которым стояли желтые зубы-конусы, а внутри стояли мужчины в коричневых рубашках поло, которые не то чтобы пытались его починить, а скорее оглядывали его, пытаясь понять, как он работает. Между тем к эскалатору выстроились длинные очереди.

Цинния прошла через последнее общежитие, повернула и оказалась в аллее, ведущей к «Живи-Играя». Вдоль нее стояли экраны и рестораны, чуть более эклектичные, чем забегаловки, мимо которых она проходила прежде. Тако[179], шашлыки и лапша быстрого приготовления, все эти заведения с ограниченными меню и табуретами перед фасадами были наполовину заполнены людьми, которые ели, не поднимая голов.

Она зашла в кафе, где подавали тако, и села у бара. Тучный мексиканец, глядя на нее, поднял брови, и она по-испански спросила, есть ли кабеса[180]. Он нахмурился, покачал головой и указал на короткое меню у себя над головой. Курятина, свинина и, конечно, говядина стоили в четыре раза дороже, чем два других блюда. Она заказала три тако со свининой, и мексиканец принялся за работу: бросил на гриль из нержавеющей стали уже приготовленное мясо и несколько лепешек из кукурузной муки со специями. Цинния достала из кармана достаточно, чтобы заплатить за еду, и еще немного сверх того, и положила на барную стойку. Повар зачерпнул ложкой мясо, положил его на лепешки вместе с нарезанным луком и кинзой и поставил перед Циннией тарелку, а рядом с ней положил небольшой черный диск. Увидев деньги, он покачал головой и сказал, что дать сдачи не может. Цинния отмахнулась и сказала, что сдачу он может оставить себе. Повар улыбнулся, кивнул, огляделся, не видит ли кто, забрал деньги со стойки и убрал в карман.

– Es tu primer día?[181] —спросил он.

– Si[182], – ответила Цинния.

Повар улыбнулся, и взгляд у него смягчился, как у родителя, услышавшего жалобу на своего ребенка. Он медленно покивал и сказал:

– Buena suerte[183].

Его тон ей не понравился. Цинния занялась тако, а он повернулся к ней спиной. Едала она тако и получше, но для такого захолустья и такое сойдет. Покончив с едой, она подтолкнула тарелку по барной стойке к повару и махнула ему на прощание рукой. Он ответил тем же и вымученной улыбкой. Она пошла далее по аллее, которая вскоре привела ее в большой зал.

В «Живи-Играя» пахло, как у горной реки. Воздушные фильтры отрабатывали сверхурочные. Это напомнило ей торговые пассажи тех времен, когда они еще не вышли из моды. В детстве ей казалось, что там есть все, чего она только не пожелает. Тут было три уровня, один над ней, другой ниже, подняться или спуститься туда можно было на лифтах или по эскалаторам. Магазины располагались вдоль стен с одной стороны от пешеходов, с другой – за перилами было свободное пространство, ограниченное снизу полом первого этажа, а сверху крышей. Большую часть первого этажа занимало казино. Крыша, состоявшая из стеклянных панелей, позволяла видеть небо приглушенно-темно-синего цвета.

Были тут и британский бар, и суши-бар, суши, естественно, из свежей рыбы, и Облачный Бургер, судя по рекламе, очень хороший, содержавший кусок настоящей говядины, и он не стоил, как целый ужин.

Помимо заведений общественного питания тут же находился пассаж в стиле ретро, комната для продвинутых ценителей виртуальной реальности, кинотеатр, маникюрный и массажный салоны, а также кондитерский магазин. Много народу сидело в зонах комфортного пребывания, еще больше ходило по магазинам.

Цинния прошла гастрономический магазин и подумала, что охотно съела бы что-нибудь еще. Что-нибудь из фруктов. Что-нибудь свежее. Она вошла и, пройдя по короткому проходу, нашла упаковки готовых блюд и напитки в холодильном шкафу. Но яблок и бананов не было. Она вышла из гастронома, пошла дальше и вскоре оказалась у пассажа в стиле ретро. Решила не искать больше фрукты и вошла в лабиринт сверкавших и жужжавших игровых автоматов.

Каждый имел на передней панели небольшой металлический диск. Она поискала глазами, нет ли здесь автоматов, принимающих монеты, но не нашла ни одного и, выйдя из зала, наткнулась на банкомат Облачной Точки. Такие банкоматы стояли повсюду. Со своего места она увидела штук пять таких.

Цинния зашла на портал банка, для этого пришлось провести часами перед диском. Экран засветился, и на нем появилось приветственное сообщение:

«Добро пожаловать, Цинния!»

Она принялась за работу: подключила фиктивный банковский счет на стороне и перевела на свой счет в Облаке эквивалент 1000 долларов, что после конвертации составило эквивалент 994,45 доллара. В паузах между нажатиями на экранные кнопки она рассматривала банкомат – большой, массивный, из пластика, с сенсорным экраном. Никаких портов доступа она не заметила.

В нижней части устройства находилась панель, вероятно, с USB-разъемом и, возможно, с какими-то другими, которые могли бы представлять для нее интерес, но тут возникало несколько вопросов сразу: как снять панель, как не допустить регистрации ее часов ближним полем, как сделать все это, не привлекая внимания? Может быть, эти вопросы отпали бы сами собой, если бы ей официально удалось получить доступ к таким устройствам.

Она полистала сайт и выяснила, что текущая норма оплаты труда отыскивающих товар составляла девять кредитов в час, то есть что-то между восемью и девятью долларами.