"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 1654

Гэла упивалась холодным ветром, хотя зиму презирала: слои шерсти тянули ее вниз, а постоянные снегопады на севере заманивали принцессу в ловушку, где было мало места, темень и трудно дышать. Тесные кварталы, пот, сосновые благовония и все время огонь, и мокрые от тающего льда носки. Все было чересчур угнетающим и подавляющим, сильно нагруженным воспоминаниями. Далат любила зиму, была очарована кристаллами льда и узорами снежинок, иногда даже оставляла открытым окно и тратила дрова, чтобы согреться. Она оборачивала себя, Гэлу и Риган в массивные медвежьи шкуры – смотреть, как падает снег, такой холодный и тихий.

Это было до появления Элии, громкого и прерывающего.

Гэла не переносила запаха меха зимой.

Однако это было еще не самое темное время года, и Гэла возглавила свою армию, чтобы присоединиться к Астору в месте, где она провела свои детские годы. Вместе они будут продвигаться на юг, чтобы забрать Лоубинн и Бридтон, сокрушить высокомерные претензии Коннли, пока тот находился в Эрригале. Если он завладеет железом, то Гэла не видела никаких причин позволить Коннли думать, что он сможет сохранить север.

Единственное, о чем жалела Гэла – она ушла до того, как вернулась Осли, доставив письма в Эрригал, но ожидание отняло у нее больше времени, чем следовало, а Гэла не могла ждать.

Осколки холодного ветра оцарапали горло Гэлы, когда она глубоко вздохнула, чтобы приказать ее слугам поспешить. Теперь, когда они пересекли Звездное поле, цель уже стала видна.

Замок Дондубхана охватывал Таринниш, крупнейшее, глубочайшее озеро в Иннис Лире. Его название на языке деревьев означало «скважина острова», и это было одно из немногих словосочетаний, которые они все еще узнавали. Даже в разгар лета черные воды были холодными от горного стока.

Гэла повела своих людей от карстовой равнины звездного поля вниз к болотам, близлежащим озерам и рекам, которые их питали. Они вышли на западную дорогу Дув, сужавшуюся здесь и построенную из камня, чтобы подняться из грязи и пересечь реку Дув через три толстые каменные арки. Не более двух лошадей могли идти в ряд последние сто футов до укрепленной первой стены Дондубхана. Стена опиралась на фундамент, такой же старый, как и сам остров: кучка массивных блоков базальта сине-серого цвета, подаренных первыми людьми с земли святых, вытесненных из корней полностью сформированных валунов и колонн. Если верить легендам. Снова и снова поколениями графы и короли строили все более высокие стены, добавляя и внутренний замок, и укрепленные башни, чтобы наполовину окольцевать озеро Таринниш. При яркой луне стена замка жутковато светилась, как болотные огни или блуждающие духи.

Сегодня вечером рядом с темно-сине-белым лебединым флагом Лира гребень лосося Астора взвился на самой высокой башне, щелкнув на ветру. Мужчины на переднем валу подняли руки – поприветствовать Гэлу и ее мужчин, водрузивших знамя. Подъемный мост был открыт, как широкий деревянный язык, но армия Гэлы была вынуждена ждать, пока поднимут зубчатые железные ворота, чтобы они прошли.

Гэла подтолкнула свою лошадь через двенадцатифутовый тоннель на внешний двор. Копыта слегка стучали.

Люди поехали к центру, Гэла остановила свою лошадь и приказала своему капитану также остановиться и возглавить только первый отряд слуг: внутренний двор был заполнен солдатами, перегородившими края так, что не все ее люди смогли бы войти.

Ее муж ждал верхом, находясь на переднем плане его войск.

Солнце отражалось от грудной пластины Астора, образованной из трех арочных лососей в трилистнике. Его шлем был привязан к седлу, в остальном Астор был в полном военном снаряжении, включая большой меч на поясе. Пятьдесят его лучших мужчин метались по обе стороны от Астора, готовые к бою. Пять широких синих башен Дондубхана стояли, оттеняя его власть.

Впечатленная, Гэла направила свою лошадь к Астору.

– Муж, ты не оставил мне времени надеть броню. – На лице женщины появилась жадная улыбка. – Я рада видеть тебя в столь отличной форме и готовым преследовать нашу великую цель.

Астор не улыбнулся в ответ. Его бледное лицо оставалось неподвижным.

– В этом не будет необходимости.

Гэла прищурила глаза.

– Без меня ты не отвоевал бы пограничные города.

– Я все смогу сам.

– Почему же?

– Ты больше не моя жена, и у тебя нет причин ездить верхом рядом со мной.

Старшая принцесса громко рассмеялась, чтобы эти слова услышали и приняли близко к сердцу ее слуги.

– Однако ты-то мой муж, и именно поэтому женат на будущей королеве Иннис Лира. Возможно, разум моего отца заразил и твой, ты тоже предаешь женщину, к которой был расположен?

– Слезь с лошади, Гэла. – Астор взмахнул рукой в перчатке, и десять его людей спешились и приблизились к старшей дочери Лира. Она знала их всех. Они охотно называли ее своей госпожой. Только двое не держали ее в почете.

– Нет, – ответила Гэла. Ее сердце колотилось, как будто воительница готовилась к битве.

Астор кивнул, слегка вздохнул и сжал губы. Затем сказал:

– Задержите ее.

Мужчины отъехали, а те из команды Гэлы, кто вторгся во двор, приблизились к ней в ответной угрозе.

– Стоять, – приказала Гэла людям Астора.

Они остановились. Некоторые нервно оглянулись на хозяина.

– Астор, зачем ты ввязался в этот бред? – Рот Гэлы изогнулся от отвращения.

Герцог громко произнес:

– Преступление леди – измена ее отцу, пока зима – он остается королем этого острова; а далее и измена мне, своему господину и мужу.

– О, Кол, – ответила Гэла. Трепет, который она испытывала, был не ужасом, а лишь предвкушением. – Я – Гэла Лир, дочь королей и императриц. Эти люди вокруг нас принадлежат мне и моему острову, а не тебе, если ты уже не со мной.

– Задержите ее, – приказал Астор, уверенный в своем авторитете.

Стоя в стременах, Гэла крикнула:

– Так сделай это сам, если хочешь быть бо́льшим королем, чем я.

Лицо Астора потеряло розовую окраску, губы побелели и напоминали теперь червей. Рывком Астор подтолкнул свою лошадь вплотную к ее.

Гэла посмотрела в бледные глаза мужа, улыбнулась и спрыгнула с лошади. Гэла путешествовала, одетая в темные кожаные доспехи и кольчужную юбку с тяжелыми шерстяными брюками. С седла свисал палаш ее деда. Навершие было в форме лебедя и украшено голубым топазом в простой перекрестной оправе. Она подошла к лошади Астора и схватилась за его тяжелые ботинки.

– Арестуй меня, если сможешь.

Он оттолкнул женщину и вылез из седла. Поскольку Гэла не отступала, Астор опустил руку, и их груди выровнялись.

– Я пришла сюда, – сказала Гэла, – чтобы возглавить обвинение против Коннли и забрать весь север нам, но ты встречаешь меня, как будто меня не знаешь и мог бы состояться без моего участия.

Астор сжал рукоять меча в рыбьих ножнах и мягко сказал:

– На самом деле ты предала меня, Гэла, уже много лет назад, а теперь не повинуешься. Наш брак был ложью, и ты доказала, что никогда не заботилась ни об Асторе, ни о моих людях. Ты заботилась лишь о собственных амбициях. Когда мои люди рассказали о том, что ты сделала с графом Дубом – твоим родным дядей, я понял – ты проиграла, подобно Лиру. Я присоединюсь к Кайо, чтобы вернуть этот остров Лиру. Элия будет прекрасной, нежной и женственной нашей королевой.

Гэла промолчала. Прозорливое сожаление заставило ее не проронить ни слова.

Она собиралась убить своего мужа сегодня днем.

У нее кружилась голова от этой мысли, но она наслаждалась ею.

Астор положил руки Гэле на плечи.

– Ты будешь содержаться в хороших условиях или даже, если захочешь, мы организуем сопровождение к людям твоей матери. Здесь ты представляешь опасность для себя и для всего острова. Ты – неподходящая жена для меня, учитывая все то, что ты сделала сама с собой.

– Ты предпочитаешь отпихнуть меня в сторону из-за пускающих слюни младенцев? – пробормотала женщина. – Предпочитаешь собственных детей амбициям и короне? О, я недооценила тебя, Кол.