"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 1649

– Элия.

– Бан, – ответила она, коснувшись губами его лопатки. Ее вздох был мягким и теплым, катящимся вниз по его позвоночнику, чтобы успокоиться, как горячее клеймо внизу его спины. Молодой мужчина боролся с желанием плотно сжать ее пальцы, чтобы повернуть в кровати и снова прижаться к ней или умолять ее без слов, заползти на коленях и двигаться, как раньше. Чтобы снова сплести их души, пока она не могла оставить его, даже если бы захотела.

Он открыл рот, и у него вырвались слова:

– Пойдем со мной, как только взойдет солнце. Вдаль от этого острова. Мы начнем все сначала, создадим себя сами, без прошлого, вместе.

Долгое время Элия молчала, затем произнесла:

– Но я – часть Иннис Лира, и ты тоже.

– Он разрушен, – пробормотал Бан. – Иннис Лир. И мы разрушены. Но если мы уйдем, возможно, мы сможем исправить друг друга.

Бан дотронулся до кончиков ее волос, вытягивая завитки и отпуская их.

Элия прижалась лицом к его плечу; он почувствовал слезы. Принцесса сказала:

– У нас есть все, чтобы все исправить.

– Почему? Почему у нас?

Голос Элии усилился:

– Помнишь жука, которого ты откопал? Под камнем на летнем лугу. Он был радужно-зеленого цвета, с синим и желтым. Ты надел его мне на палец, как изумрудное кольцо.

Он молча кивнул.

– Я любила этого глупого жука. Сначала, после того как тебя забрали, я искала их самостоятельно. Иногда я представляла себе, как смотрю на звезды вместе с моим отцом, а сами звезды – крошечные яркие жуки, ползающие по небу. Небеса были такими же, как и островная грязь, и все эти звезды, которым поклонялся мой отец, были жуками вроде того, что ты надел мне на палец.

Бан повернулся под ее рукой, лег на спину, и девушка повернулась тоже. Свет костра золотил ее волосы. Ее глаза были так глубоки, что в них можно было утонуть. Она нахмурилась от горя.

Тишина затянулась: что-то было не так. Он не хотел ни о чем спрашивать. Бан хотел существовать здесь без Лиса, без вопросов и заговоров, без всего, чем он был создан, чтобы быть.

Ее большой палец погладил ключицу.

– Элия? – прошептал Бан Лис.

Затем из нее вывалились слова:

– Я знаю, Моримарос послал тебя сюда от его имени. Я знаю, ты был ареморским шпионом и должен был получить железо для этого государства.

Шок, а за ним и волна стыда заставили его замереть. Элия знала, но ведь об этом ей сказал Марс, и никто другой. Что же еще у них общего?

Бан безмолвно приоткрыл рот. То, что они находились сейчас вместе в одной кровати, означало еще одно предательство этого благородного ареморского правителя. Но ведь Бан любил Элию!

– Я… – Бан захрипел. Он сглотнул, пытаясь найти объяснение, которое удержало бы ее в его объятиях. – Я… Мне нужна Аремория, и я должен их уважать. У меня здесь ничего подобного не было, и даже ты… даже ты отпустила меня. Лис – звучит громко, и меня им признали. Не как бастарда, а как солдата. Даже как друга.

– Я уважала тебя. Ты был мне нужен.

Старая боль поднялась в горло Бана и вышла со словами:

– Ты мне не писала, – прошептал он, как ребенок. – Ты никогда не писала мне все то время, что я был в Аремории. Я думал, ты любишь меня, но ты меня отпустила. Потому что так тебе приказал отец!

– Мне не следовало этого делать. Мне очень жаль, Бан. Я не знала, насколько ты одинок. Насколько покинут. Неудивительно, что ты сдал себя Моримаросу, бросив Иннис Лир.

– Я сделал это не для того, чтобы покинуть Иннис Лир! Я сделал это для Моримароса. Он просил меня. Моримарос обращался со мной так, словно я этого стоил.

Элия нахмурилась, и Бан увидел борьбу, с какой она пыталась удержать его взгляд. Она тоже, должно быть, думала сейчас о Марсе, голая и липкая от совместного с Баном времяпрепровождения в этой кровати. Он отчаянно хотел спросить, что было бы между ними, если бы они дали обещания.

Наконец, Элия тихо вздохнула.

– Я знаю, Моримарос хорош, Бан. Лучше Коннли, лучше моего отца, но он все еще король Аремории. Он хочет… – Элия вновь отвела взгляд. – Он тоже хочет жениться на мне, и я верю, он не лгал.

– Иннис Лир. И ты.

– Верно.

– Он будет королем Иннис Лира, если ты выйдешь за него замуж. Даже если он поклянется не осаждать Иннис Лир, твои сестры воспримут это как акт войны. По крайней мере, Риган, с которой я провел эти последние недели. И все знают, что Гэла ищет причины для борьбы.

– Так что же мне делать, Бан? Услышат ли сестры меня? Они отравлены ненавистью. Я пыталась убедить себя, что они будут слушать, но ты здесь и… Бан. Я очень боюсь, они откажутся от меня, прогонят или еще хуже! – Слезы выступили у нее на глазах. – А что Иннис Лир? Он распадется!

– Риган выслушает меня. Я смогу защитить тебя, – отчаянно прошептал молодой человек.

Элия отстранилась, даже когда он держал ее обнаженной на своих руках.

– Так же, как ты защищал Рори? – осторожно спросила она.

Бан бросился с кровати. Он отошел, не зная, куда девать свои руки, шаркал босыми ногами по пыльному земляному полу.

Позади него – тишина.

Обняв сам себя, Бан снова посмотрел на Элию. Она сидела, прислонившись к стене, запрятав ноги под стеганое одеяло. Бан вдруг мрачно сказал:

– Я думаю, мой отец мертв.

– Нет… – прошептала она.

– Отец связывал себя с тобой… с силой вторжения. С Моримаросом. Я рассказал Коннли и Риган. И я оставил его там, между ними; они были в убийственном состоянии.

– О, Бан.

– Я не прошу прощения. Он никогда не ставил меня на первое место. Мой отец не защищал меня, и если он когда-нибудь любил меня, то меньше, чем Лира, или себя, или тех проклятых звезд.

– Но ты…

– Эрригал предал твою сестру, свою королеву, не важно, как и почему, Элия, – свирепо произнес Бан. – Тогда он притворялся верным Риган и Коннли, ориентируясь на Ареморию. Он предатель.

– Ты точно такой же.

– Я тебе не предатель, – соврал он.

Элия усмехнулась и вытерла слезу со щеки резким взмахом руки.

– Я никогда не забуду тебя. – Бан вернулся к кровати и встал на колени, достаточно близко, чтобы прикоснуться к ней, если девушка этого захочет. – И то, что я сказал раньше… я не говорил Марсу все это. Я сделал это для себя и для тебя и из-за корней. Я должен был прийти домой, Элия. Ты права: мы не можем уехать. Мы оба – части этого острова. Это моя кровь и воздух, которым я дышу: даже в Аремории это всегда был Лир. Я хотел бы, чтобы это было что-нибудь другое. Клянусь. Я хотел, чтобы это было государство Марса, я сам так в это верил. Но я не могу изменить себя.

– Я тоже не могу. Я дочь короля, и я люблю Иннис Лир. Я должна помочь сестрам и как-то все исправить.

– Он должен сгореть, Элия. Этот остров разрушен, и ты не можешь поставить его фрагмент назад. Его нужно переделать.

– Это не может быть единственным выходом. Корни должны иметь способность к отрастанию. Прошло всего двенадцать лет.

– Нет, – Бан покачал головой. – Прошло уже больше времени, а корни все так же слабы. Они слабые и просят милостыню. Деревья хотят прославиться сами по себе и на холодном ветру. Им нужны тепло, страсть и солнце, а не только холод, дрожь и звезды.

– Я пришла домой и слушала деревья и ветер в течение нескольких дней, Бан Эрригал. Деревья обратились ко мне за помощью, и я доведу дело до конца. Я должна убедить и своих сестер послушать их. Вместе, втроем мы должны найти правильный баланс, правильное плетение снова стянет Иннис Лир. Нам нужна точка опоры, а не ядовитый корень, но сначала мне нужно найти моего отца.

– Ты его прощаешь.

– Да.

– Я не знаю, Элия.

– Я знаю. – Она ускользала от него, как всегда, возвращаясь к Лиру.

– Это сделал твой отец! И такие, как он, не желающие отделяться от их жестких, звездных путей. От способов, которым у них нет доказательств, и они-то лучше всего служат миру. Какое значение имеет для моей матери и отца, что они не поженились? Да ничего, кроме того, что мужчины изображают важность всего этого! Что это значит, что я родился под луной Драконьего хвоста? Ничего, кроме того, что так решили жрецы.