"Современная зарубежная фантастика-4". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Греттон Тесса - Страница 1344

– Ш-ш-ш. – Он поднес палец ко рту. – Давай познакомимся, когда вокруг не будет разлагающихся тел. Где то существо, которое тебя похитило?

Албу пробрала дрожь.

– Не знаю. Оно схватило меня, когда я собирала раковины, а теперь возвращается раз в день по утрам, кажется. Заставляет меня выпить какой-то отвратительный чай, отчего я засыпаю.

– По утрам? – повторил Али, и сердце его упало, когда он вспомнил линию горящего восхода на небе, которую видел перед тем как нырнуть. Когда он кивнула, он взял ее за руку. – Идем. У нас мало времени.

Она заглянула ему за спину:

– А где твои остальные люди?

– Я один.

– Только ты? – Выражение неуверенности поселилось на ее лице. – Прости, пожалуйста… сколько, ты сказал, до рассвета?

В этот момент все подземелье встряхнуло с безумной силой.

– Немного, – прогремел голос, похожий на трение скал друг о друга. – Чуть-чуть.

Али развернулся, и волна нечистого тепла накрыла его. Их поймали.

Существо, которое незаметно приблизилось к ним, казалось слишком большим и неприспособленным для незаметных действий. Размерами оно в два раза превышало слона, у него были бычьи тело и рога, измученное багровое женское лицо, крылья, как у летучей мыши, и змеиный хвост в полоску, который терялся в глубинах сада драгоценностей. Его передние ноги кончались не копытами, а когтистыми лапами, и, встав на дыбы на мощные задние ноги, оно подняло огромный трезубец.

Али смотрел, удивленно разинув рот.

– Так это оно тебя похитило?

Запахи железной крови, разложения, пыли и абсолютная невероятность происходящего снова заставили его удивленно открыть рот. Кем бы ни было это чудовище, оно казалось таким же чуждым морю, как и два огнекровных джинна, стоящих перед ним. Демон земли, ошарашенно понял он. Говорилось, что такие существа, принадлежащие эпохе легенд, встречаются исключительно редко.

Существо усмехнулось, его нечистые клыки торчали из багряного рта.

– Герои всегда приходят, – издевательски ухмыльнулось существо. Оно оглядывало Али сверкающими глазами. – Прекрасное дополнение к моим каменным воинам, еще один Билкисов раб, созданный мной.

Абла закатила глаза.

– Я все пытаюсь объяснить ему, что мы не принадлежим Билкису. – Она обратилась к существу: – Джинны свободны! Сулейман мертв вот уже несколько тысяч лет!

– Ложь! – прорычало существо. – Джинны всегда врут. Кто подговорил сражаться маридов, детей преданной проклятию Тиамат, кто, если не Сулейман?

Али моргнул, он был совершенно сбит с толку, но Абла отмахнулась от чудовища.

– Он целыми днями несет всякую чушь про маридов и Тиамат. Впрочем, это не имеет никакого значения. – Она уперла руку в бок и дерзко вскинула подбородок. – Ты не сражался ни с одним настоящим воином, животное… перед тобой теперь гроза Афшинов, Ализейд аль-Кахтани.

Существо перебросило трезубец из одной руки в другую.

– Я не знаю никаких Афшинов, и я этой грозы ничуть не боюсь. Я Шардуназату, Тот-Кто-Усмиряет. – Он приблизился еще, грозно возвышаясь над ними. – Десять тысяч лет я правил в этой земле, я превращал в прах города людей и одним хлопком ладоней строил горы, пока эта коварная Тиамат не заточила меня! Но она пожалеет, когда увидит мою армию каменных воинов, да, пожалеет! – Его гигантские глаза впились в Али, они напоминали кипящие грязевые ямы. – И поведешь их ты!

Из коридора донесся отчетливый звук марширующих ног, звук камня, трущегося о камень. Армия демона земли… Но это определенно не могло означать…

Шардуназату бросился вперед.

Оттолкнув в сторону Аблу, Али отразил первый удар трезубца с помощью своего зульфикара, за скрежетом металла последовала вспышка искр. Существо подалось назад, и Али пошел в атаку в расчете вонзить зульфикар в незащищенное брюхо.

Но острие его меча словно ударилось в металлический блок. Удар был силен и отдался дрожью в его руках. Он не утратил спокойствия – и хватки – и отпустил на свободу магию: языки пламени прошлись по груди демона.

Шардуназату рассмеялся и широко открыл свой страшный рот, откуда полился поток грязи, погасивший пламя зульфикара с такой же легкостью, с какой Али мог бы задуть пламя свечи. Воздух наполнился запахом гнили, густым и отвратительным.

Существо ухмылялось, глядя на Али сверху вниз.

– Не все земные существа так же слабы, как люди, малютка джинн. И магия огненной крови слаба под толщей воды.

Али и глазом не успел моргнуть, как змеиный хвост чудовища превратился в некое подобие живой необожженной глины. Он ударил по щиколоткам Али, сбил его с ног, а когтистая лапа выхватила зульфикар из его руки.

Али попытался вскочить, но хвост обвил его ноги, а кипящая грязь пузырилась вокруг его тела, тяжелая, удушающая. Она полностью обездвижила его, обхватила руки, подползла к шее. Его пальцы онемели, а потом это ужасное чувство переползло в его запястья.

Шардуназату обращал его в камень.

Он слышал, как Абла выкрикивает его имя. Задыхаясь от жуткого запаха и отчаянно пытаясь освободиться, Али попытался вызвать свою магию, но не успело вспыхнуть пламя, как его тут же загасила грязная жижа. Волна дегтеподобной желчи хлынула ему в лицо, и он задохнулся, а вонючее вещество проникало в него сквозь сомкнутые губы.

Он снова вызвал свой огонь, но тот только спек грязь, облепившую его конечности.

«Магия огненной крови слаба под толщей воды».

Действуя инстинктивно, Али еще раз обратился к своей магии. Но теперь он не пытался вызвать пламя или удушающее облако дыма. Нет, он обратился к отдаленно холодной данности, которая безмолвно плавала в его мозгу с того момента, как его взяли мариды. К той его части, которая возрадовалась, когда он нырнул в море, которая щекотала его нервы, когда он проходил мимо какой-нибудь спрятанной пружины.

Все замерло. А потом бешеная дрожь сотрясла тело Али, ледяная вода потекла с его кожи. За считаные секунды камень растворился, серая грязь опала с его конечностей. Его глаза открылись, его взгляд превратился чуть ли не в прищур хищника.

Перед ним возник Шардуназату, оскорбительная сущность живой грязи и расплавленного камня, которым не было места в море Али. Но у демона земли имелось и кое-что еще. У Шардуназату была еще влага: железная кровь в его жилах, жидкость, смазывающая его суставы, тихое бульканье растворов и эмульсии в его спинном и головном мозге. Влажные мышцы, которые двигали его ртом, превращая его в сбитую с толку щель.

Али ухватил его хвост и принялся мысленным взглядом вымещать из него жидкость. Серебряная кровь хлынула из кожи демона, потекла мимо пальцев Али. Шардуназату завизжал и принялся размахивать хвостом вместе с вцепившимся в него Али.

Али сильно ударился о стену, отчего рассыпалась гора монет. Но он почти не ощутил боли. Он легко, с неестественным изяществом поднялся на ноги, мир все еще оставался серым. В его жилах пульсировало волшебство более мощное, чем все, что он знал прежде, древняя ярость овладевала им. Как осмелилось это грязное чудовище бросить ему вызов в его собственных водах? Волна прибила к руке Али его зульфикар, и он бросился на врага.

Шардуназату ударил своим трезубцем. Но Али стал теперь сильнее, в его мозгах, в его крови билось море за стенами этой пещеры. Ухватив трезубец вилками своего зульфикара, он выбил оружие из рук демона, и оно полетело прочь по полу. Он вильнул, уходя от когтей Шардуназату, которые могли превратить его в кровавые куски мяса, а потом метнул свой зульфикар, целясь между слякотных глаз гиганта. Чудище вскрикнуло, ухватилось за лицо.

– Ализейд!

Услышав свое имя, он почувствовал, как маридское наследие исчезает из его головы. Он споткнулся. Абла метнулась к нему, ухватила его запястье и оттащила назад.

Шардуназату издал рев, подобный голосу землетрясения.

– Обман! – визжал он, прижав ладони к своим уничтоженным глазам. – Маридский лжец, я отправлю тебя назад к Тиамат на волнах крови!

Али почти не вникал в бессмысленные обвинения, он был занят тем, что уворачивался от демонова хвоста, хлеставшего по полу. Они с Аблой были уже почти у самой перламутровой двери. Но на бегу он не мог отказать себе в удовольствии бросить прощальный взгляд на сокровища. Кто бы ни были те, кто сотворил эту палату, работу они проделали невероятную. Все это действительно походило на нечто из истории, рассказа, повторяемого в кофейнях и среди женщин двора. Давно исчезнувший мир. Дворец золота, храм драгоценностей.