"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард - Страница 316

— Продолжайте, Отец. Мне нравится слушать истории, когда я убиваю людей. Ламия — демон Ангра. Как она попала сюда? Чего она хочет?

Голос Травена слегка дрожит. Не могу сказать, из-за страха или неровной дороги.

— Это оружие и есть твой ответ. Она, а мы можем предположить, что и остальные Ангра, вернутся, чтобы забрать своё.

— Комраму?

— Если книги не врут, им нужно всё. Вся Вселенная.

«Чарджер» снова наседает на нас. Я вижу, как Каир орёт на водителя.

— Кэнди, выстрели в этого сукина сына.

— В которого?

— В любого из них. Просто сделай пару выстрелов в их сторону и посмотрим, что они сделают. Продолжайте, Отец.

Кэнди высовывается из окна и дважды стреляет. Один выстрел проходит мимо, а другой выбивает одну из фар «Чарджера». Неплохо для начала. Это заставляет их слегка увеличить дистанцию между нами.

— Отец?

— Как-то мы обсуждали идею, что существо, которое мы зовём Богом, всего лишь Демиург.

— Скорее уборщик Вселенной, чем всемогущий творец. Ясно.

— Та книга, что ты видел в моём кабинете при нашей первой встрече. В той, что ты назвал Библией Ангра Ом Йа, есть альтернативная история Сотворения мира. Вполне возможно, что та сущность, что мы зовём Богом, не создавала эту Вселенную. Это сделали Ангра Ом Йа. Бог просто узурпировал её.

«Чарджер» пристраивается вплотную к нашему бамперу, и Каир высовывается из люка на крыше.

— Тормозите, — кричу я.

Травен сбрасывает газ. «Чарджер» позади нас виляет, пытаясь не врезаться в наш бампер. Каир ударяется о боковую часть люка и падает обратно внутрь.

— Продолжайте.

— Говорить или ехать? — спрашивает Травен.

— И то, и то. Кэнди, посмотрим, сможешь ли ты попасть в лобовое стекло.

— В математике есть кое-что, называемое М-теорией. Она гласит, что мы живём во вселенной со множеством параллельных измерений и множеством вселенных, разделённых бесконечно большими мембранами.

Кэнди нажимает на спусковой крючок в тот момент, как мы попадаем в колдобину, и выстрел уходит выше. Второй выстрел попадает в лобовое стекло «Чарджера».

— Отличная работа, Каламити Джейн[968]. Возвращайся в машину и жди меня.

— Я думаю, что Ангра находятся в одной из параллельных вселенных, и те изменения в реальности, которые мы наблюдаем, происходили дольше, чем мы думаем, но стали заметны только сейчас, — говорит Травен.

— Я не удивлён, учитывая смерти мечтателей.

— Поломка реальности вызвала появление трещины в одной из мембран, и крошечная часть Ламии просочилась обратно в эту вселенную.

— Как Ангра оказались в другой вселенной?

— Согласно альтернативной истории, Бог одурачил их. Ангра были уже здесь, когда наш Бог явил Себя. Когда Он заявил о Себе, Он сделал Ангра предложение.

— Какого рода?

— В книгах не говорится. Но это была уловка, изгнавшая их за пределы нашей Вселенной.

— И теперь они хотят вернуться, чтобы забрать своё. А именно, всё.

— Боюсь, что так.

Мы попадаем в глубокую выбоину, отчего у всех клацают зубы.

— И, чтобы сделать это, они убьют Бога — продолжает Травен.

— У этого старика больше врагов, чем у Сталина.

«Чарджер» ускоряется и равняется параллельно с нами. Дорога становится хуже. Она сотрясает мои кости и яйца, но вынуждает тяжёлый «Чарджер» сбавить скорость.

— Что случится с нами, если они вернутся?

— В книге не говорится. Но есть другие тексты, в которых повествуется о битвах между Богами в других измерениях.

— И?

— Во всех до единой победитель зачищает вселенную и перезапускает.

— Зачищать — звучит плохо, — вставляет Кэнди.

— Мы можем их остановить?

— Понятия не имею, — отвечает Травен.

«Чарджер» снова едет параллельно. Каир выбирается через люк в крыше.

— Отец, взгляните на это со светлой стороны. Когда Ангра уничтожат всё, не останется Ада, в который вы могли бы попасть.

— В каждом Апокалипсисе нет худа без добра, — добавляет Кэнди.

— Моя девочка.

— Можно я ещё постреляю?

— Почти. Когда я выберусь, ты вернёшься сюда. Если кто-то в «Чарджере» выстрелит в нас или попытается выбраться, стреляй в него. Не трать патроны. Если только не покажется, что Каир вот-вот победит. Тогда изрешети эту грёбаную машину и убей как можно больше из них.

— Ясно, — отвечает она.

Я кладу руку на плечо Травена.

— Как услышите, что я топнул по крыше, жмите на тормоза. Не беспокойтесь обо мне.

Он кивает.

Я толкаю люк и вылезаю наверх. Дешёвые пластиковые петли трещат, и люк слетает с машины на улицу позади нас. Каир приветственно раскрывает объятия. Я показываю ему средний палец. Шустрый малый. Он пригибается и коварно выпускает в мою сторону огненный шквал, словно питчер[969] в софтболе. Я наполовину ныряю обратно в люк, и огонь проносится надо мной.

— Стреляй, — говорю я Кэнди.

Она так и делает, гикая, словно она на родео. Боковые стёкла «Чарджера» разлетаются.

Я швыряю в сторону Каира аренное худу. Это старое сокрушающее заклинание, предназначенное, чтобы ломать кости врага. Каир уклоняется от заклинания, но я бросал не в него. Я попадаю в двигатель машины. Раздаётся ужасный скрежет и треск, когда двигатель «Чарджера» вываливается на улицу, оставляя на дороге глубокие борозды. Каир слетает с крыши, отскакивает от капота и падает перед «Чарджером». Я топаю ботинком, и Травен останавливает «Гео». Я спрыгиваю с крыши, набрасывая вокруг себя защитное худу на время, пока я падаю и качусь. Каир приземляется на улицу перед своим автомобилем. С того места, где я лежу, я нахожусь как раз под нужным углом, чтобы увидеть, как «Чарджер» прокатывается прямо по нему.

Кэнди выпускает остаток обоймы в бок машины Каира. Его парни выскакивают с пассажирской стороны и скрываются в переулке.

Травен сдаёт назад. Я забираюсь в машину.

— Разворачивайтесь. Позже покалечу Тедди. Едем к Блэкбёрну.

Кэнди дует на кончик ствола пистолета, как девушка-ковбой, наклоняется между сиденьями и целует меня. Большим пальцем стирает блеск для губ с моих губ.

— Зачем к Блэкбёрну? — спрашивает она.

— Каир в открытую пользовался худу прямо на глазах у Бога и Джо-шесть-банок[970]. Либо он спятил, либо они охотятся теперь не за святошей Джеймсом, а за мной. Разрешение могло быть получено только у Блэкбёрна или Аэлиты, а я знаю, где находится Блэкбёрн.

Мы проезжаем мимо машины Каира. Двигатель шипит и дымится. Бензин разливается по всей улице. На бампере кровь, а на асфальте длинная мокрая полоса, как будто что-то волокли, но тело Каира исчезло. Я даю Травену адрес Блэкбёрна, и мы направляемся туда.

— Мне неприятно тебе что-то указывать, — говорит он.

— Если это не «Отличная работа. Я счастлив, что на твоей стороне», то я не хочу этого слышать.

— Мы на главной магистрали. На половине улиц, по которым мы только что проехали, были дорожные камеры. Завтра у полиции Лос-Анджелеса будет полная запись драки.

Дерьмо.

— Не волнуйтесь, Отец! Из-за творящегося на улицах пиздеца камеры, скорее всего, не работают, а половина полицейских будут прятаться по домам. К тому времени, как кто-нибудь просмотрит записи, мы будем либо мертвы, либо героями.

— Либо мёртвыми героями, — вставляет Кэнди.

Травен надолго задумывается.

— В кризисные моменты моя мама обычно цитировала старую венгерскую поговорку: «Силы змеи и кроткости голубя».

— Не помню, когда в последний раз видела голубя, — говорит Кэнди.

— Значит, давай немного поползаем.

Травен паркуется на другой стороне улицы, напротив заброшенного отеля особняка Блэкбёрна.

— Итак, что будет дальше. Я иду внутрь, чтобы поговорить с людьми и сделать им больно. Необязательно в таком порядке. Вы двое остаётесь здесь и прикрываете мне спину.