Академия палачей (СИ) - Телес Илия - Страница 2

Свет в конце коридора становился всё ярче. Рассчитывая на спасение, я ускорилась, но один из звергов оплёл мою ногу остроконечным хвостом, и я упала. От удара грудью о камень, весь воздух из лёгких вышибло. Кинжал отлетел в сторону. Мне нечем было отбиваться. Достав китайскую шпильку из волос, я воткнула её в хвост монстра и поползла в сторону кинжала. Совсем немного! Окровавленная рука отказывалась слушаться, пальцы тряслись, а тело молило о покое. Дотянувшись до кинжала, я успела вспороть глотку зверга, склонившегося надо мной и грозно клацающего клыками. Его липкая кровь хлынула мне на лицо. Закашлявшись от зловонного запаха, я едва смогла оттолкнуть его, чтобы не оказаться под тяжестью его туши и поползла вперёд. Рука коснулась сочной зелёной травы, но в следующую секунду кто-то из монстров снова схватил меня. Боль от укуса сковала ногу, и я закричала, не в силах сдерживаться. Горло ободрало от высоких вибраций собственного голоса. Чудовище потащило меня в коридор смерти, но чья-то рука ухватила за запястье.

– Ты не можешь нарушать устав! Кадет либо выйдет из коридора, либо навсегда останется там! – прозвучал размытый мужской голос поблизости.

Перед глазами всё поплыло, поэтому я не могла рассмотреть того, кто крепко удерживал мою руку.

– Формально я ничего не нарушаю, командир. Рука кадета оказалась на территории кампуса, и я ухватился за неё, – насмешка второго парня была последним, что я услышала, отталкивая от себя зверга здоровой ногой и проваливаясь в беспамятство.

Глава 1

Мерцающий тёмно-синий коридор то расширялся, то сужался. Я сидела на полу, не в силах пошевелиться. Снова бежать вперёд? Это очередная иллюзия коридора смерти или жизнь после?.. Когда я была маленькой, мама рассказывала, что все наши души забирает Аю и пристраивает в месте, где нам будет комфортно. А потом мамы не стало. Я путешествовала по голографическим мирам Аю, надеясь встретиться с мамой, но этого так и не случилось. Сжав правую руку в кулак, я попыталась заставить себя не сдаваться.

Кто-то неожиданно окатил меня ледяной водой, и от шока я распахнула глаза в реальном мире. Ледяные капли впились в кожу, как острые шипы. Всё тело било лихорадочным ознобом. Зубы стучали друг о дружку, но не от холода – от боли, что сковывала каждую клеточку. Попытка пошевелить ногой резанула так сильно, что я простонала себе под нос. Правая!.. Зверг повредил правую ногу. Теперь я вспомнила случившееся перед потерей сознания. Подняв взгляд на мужчину, стоящего с кувшином в руках, я обратила внимание на серебристый оттенок его кожи. Взгляд заскользил выше, и я отметила самодовольную ухмылку на пухлых губах. Тёмные волосы, напоминающие чернёное серебро, переливались на свету. Это ксениец… Второй раз в жизни я сталкивалась с жителем Ксенона, одной из планет альянса, вот только дружелюбным её обитатель не выглядел.

– Пришла в себя! Вставай, давай! Пора вставать в строй. Уже все кадеты собрались. Только тебя не хватает, – произнёс парень с отвращением.

– Почему вода? – я закашлялась, только сейчас сообразив, что хлебнула её достаточно много, и теперь лёгкие неприятно жгло.

– Мог вколоть тебе в сердце убойную дозу адреналина, но выдержало бы оно такой всплеск? Не задерживай остальных. Здесь тебе в любом случае не рады.

Я попыталась встать, но боль в ноге не позволила сделать этого. С пренебрежением цокнув, ксениец достал шприц из кармана и бросил мне.

– На время строя тебе хватит. Вколешь сама.

Парень развернулся и направился в сторону звучащих наперебой голосов, а я трясущейся рукой сняла со шприца заглушку. Это всего лишь укол. Сколько раз в детстве я случайно кололась степлером? Ничего страшного не произойдёт. Вот только сердце всё равно замирало от боли, потому что ввести лекарство следовало в рану. Стиснув зубы так сильно, что показалось, словно они зашатались, я вонзила иглы в рваные края кровоточащей плоти, вводя обезболивающее. Ксениец прав – это поможет, но ненадолго. Дадут ли мне лекарства? Отец не позаботился обо мне. Всё, что было у меня с собой – пара кинжалов, которые я успешно потеряла в коридоре смерти. Почувствовав облегчение, я поднялась на ноги и заметила один из своих кинжалов в траве. Я подняла его и сунула в ножны. Хоть какое-то оружие осталось – уже хорошо. Прихрамывая, я всё-таки добралась до строя, где уже стояли остальные кадеты. Их было около сотни. Почти у всех были раны и увечья. Элитные воины! Я хохотнула. Таким «приветствием» они себе соберут толпу инвалидов – не более. Однако кто я такая, чтобы пререкаться?

– Приятно увидеть тебя здесь. Я на тебя сразу глаз положила!

Я обернулась в сторону говорившей девушки. Она действительно смогла выбраться и практически без повреждений. Брызги крови с её одежды принадлежали звергам, не ей. Парочка ссадин на лице не считались. Наверняка быстро удастся от них избавиться.

– Положила глаз? – переспросила я сухим, безжизненным голосом.

– Ага. Мне хотелось завести подружку, а много девушек ты здесь видишь?

Я пока не осматривалась, поэтому только повела плечом, чувствуя, как сильно оно болит. Не таким я представляла своё поступление в академию. И уж точно не планировала стоять в одном строю с палачами.

– Меллани. Можешь называть меня Мел или Лань, как тебе больше нравится.

– Красивое имя. А я… – в академии палачей нельзя никому доверять, но и без друзей не выжить, после секундного замешательства я продолжила: – Тессария. Можешь называть меня как хочешь.

– Та самая Тавертон?

Я поймала на себе сосредоточенный взгляд ксенийца. Одетый в тёмно-синюю форму, резко контрастирующую с серебристой кожей, он напоминал бушующее море, а его взор отчего-то пугал меня. Рядом стоял человек. Такая же тёмно-синяя форма, но ещё её дополняли золотистый пояс и нашивки в виде нескольких полосок. Командир? Его светлые волосы были аккуратно уложены в красивой стрижке. Командир излучал власть и силу, и его взгляд отчего-то тоже был прикован ко мне.

Покосившись на Меллани, я только кивнула.

«Та самая Тавертон» – это моё клеймо здесь? Я знала, что отца мало кто любил… представителей власти ненавидят, а генерал, занявший должность сенатора – достойная для ненависти цель. Безжалостный и хладнокровный, даже к собственной дочери.

– Что же, будем на одной стороне, – дружелюбно улыбнулась Мел. – Ты сильно ранена. Я помогу тебе перевязать раны после того, как всё закончится. Речи командиров здесь обычно короткие.

– Откуда ты знаешь?

– Я готовилась к поступлению и многое читала об академии. А ты – нет?

Я тоже готовилась, но к другой академии. Я должна была стать дипломатом, как мама. Но отец всё решил за меня. Накачав меня какими-то препаратами, он усадил меня на шаттл в один конец и сказал на прощание, что это для моего же блага. Если уж хотел убить меня, лучше бы сделал это сам… Или просто побрезговал пачкать руки кровью собственной дочери?

– Отставить разговоры! – громом обрушился на нас голос ксенийца. – Половина из поступающих сумела доказать, что достойна оказаться на территории кампуса. Вы уже должны были понять, что здесь не будет связей, способных помочь отлынивать от своих обязанностей. Все вы равны. Хоть дочь сенатора, хоть сын президента. В академии палачей статус нужно заслужить и доказать, что вы лучшие, если не хотите пойти на корм звергам и другим местным питомцам. Сегодня для вас должно быть честью получить статус кадетов, но не задирайте носы. Это только начало. До конца обучения доходят лишь сильнейшие. Никакой жалости не будет. Никаких поблажек – тоже.

Я заметила, как Меллани смотрела на ксенийца: она чуть ли не дрожала и восторгалась им. Если бы это было возможно, то в её глазах сияли бы сердечки, как в дешёвой мелодраме. Он, конечно, хорош собой, но не настолько же, чтобы в ножки к нему падать. Я невольно поморщилась.

– Я заместитель командира вашего курса, капитан Рейган. Ваш палач и защитник. Не советую переходить мне дорогу!