Я еще царь. Книга XXX (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 26

В восемь часов утра в администрацию поступил звонок от послов Российской Империи по поводу того, что у них ночью пропал один из членов делегации. Мне даже дали послушать эту игру одного актера.

«Что у вас тут творится? А? Неужели вы не можете обеспечить банальную безопасность для иностранцев? О каких договоренностях может идти речь, если у вас даже базовой охраны нет? Как прикажете нам налаживать дальнейший диалог, если с нашим послом происходит такое?»

Наверное, это был их гениальный план. Если удастся убить Маргариту, то что ж, кто предъявит доказательства? Но а если нет, то можно все спихнуть на преступность, покушение, наемников и еще с десяток причин.

Все это я слушал в кабинете, вместе с Надей.

— Интересно, они вообще предполагают, что мы можем хоть как-то ответить? — Надю этот разговор позабавил не меньше меня.

— Больше похоже на искусственное разжигание конфликта, — пожал я плечами. — Ну раз они этого хотят, что ж, будем играть по их правилам.

Следующий этап переговоров должен был начаться через пару часов, так что я не спеша накинул легкий пуховик и вышел на улицу.

В администрации уже собрались все, кто должен был присутствовать на встрече. И пока было время, мы ждали в кабинете Эля.

Апартаменты Имперской делегации.

— Ваше величество, наша попытка ликвидировать Маргариту провалилась, — произнес в трубку Собакевич. — У нас уже готов список требований, чтобы объявить войну.

— Замечательно, — ответил Петр. — Это даже лучше, чем устранение Маргариты. Так я буду чуточку ближе к сыну.

Собакевич сглотнул. У него всегда шли мурашки по спине, когда царь говорил подобным тоном. Обычно после этого случается то, что никто не мог предвидеть, кроме, конечно, самого Петра Первого.

— Будут какие-то новые указания?

— Нет, — коротко ответил царь. — Выдвигайте требования, если они не согласятся, а они точно не согласятся, и тогда можете объявлять войну Сахалину.

— Но разве это не значит, что нас могут не выпустить? И это в лучшем случае! — уточнил Собакевич.

— Значит, но ты же сам согласился на эту должность и знал все заранее, так что вперед и с песней, — после чего царь отключился.

Собакевич повернулся к остальным.

— Пора идти. Все идет согласно плану. Действуем по регламенту, — кивнул он и пошел собирать бумаги.

Что ж, как говорил какой-то знаменитый и наверняка уважаемый человек — шоу должно продолжаться. И все были к нему готовы.

При этом я настоятельно попросил никому не использовать силу, если, конечно, это не угрожает жизни и здоровью. К назначенному времени мы собрались в зале переговоров. Через десять минут туда прибыли и члены Имперской группы.

— Господа, у нас с вами так диалог не сложится, — с порога начал Поликарп Шариков. — Наш представитель пропал и его судьба неизвестна.

Тут в дело вступил Эль. Именно ему был сделан тот звонок, который я успел послушать у себя в кабинете.

— Не волнуйтесь, господа, все под контролем.

— Под контролем? Вы оповестили свои службы безопасности? — воскликнул Собакевич. — Пропал представитель Российской Империи. И мы этого так не оставим!

— Не сомневаюсь, — ухмыльнулся Газонов. — А пока вашего представителя нет, мы продолжим нашу встречу. Вы же не хотите сказать, что в его пропаже виноват кто-то из нас? Такое могло произойти с кем угодно. Верно я говорю, Маргарита?

Женщина с легкой улыбкой посмотрела на гостей.

— Совершенно верно, Алексей Октябринович. Может, он увидел очаровательную красавицу и влюбился по уши. Подумал, а на кой черт ему служить царю, если он не найдет любви? Вот и сбежал, — мечтательно добавила она.

— Ты… — зашипел Плюшкин, но его вовремя остановил Шариков.

— Начнем… — холодно сказал он и сел за стол.

То же самое сделали и мы.

— Итак, — встал Шариков. — У нас есть подозрение, что пропажа нашего члена, а именно Чичикова, дело рук ваших спецслужб, или же кого-то из присутствующих. И так как это официальные переговоры, то мы ужесточили требования. В частности…

— Постой, Поликарп, — поднял руку Газонов. — Мы оба знаем, что без доказательств вы не можете делать все, что заблагорассудится. К тому же на Маргариту вчера было совершено покушение, и мы также можем предположить, что это были вы. Но мы же этого не делаем.

— Это вы за себя говорите, Алексей Октябринович, — вставая, произнес я.

— О, Михаил Кузнецов, — улыбнулся Шариков. — Вот уж не ожидал услышать это именно от вас. Царя Сахалина. То есть, вы хотите обвинить российскую делегацию в покушении на одного из членов вашей страны? Что за бред? Пропал наш человек! И это можно расценивать как официальное заявление властей! При этом не подтвержденное никакими доказательствами! Голословные обвинения! Это скандал, как минимум. Все близлежащие страны об этом узнают! Наш царь не потерпит такого отношения со своими верными подданными.

— Да закрой ты уже рот, — выдохнул я, потеряв терпение. — Вы слишком много о себе думаете! Заявились в чужую страну для переговоров, при этом полагая, что сможете творить тут все, что заблагорассудится? Тут вы ошиблись, господа. Глубоко ошиблись!

Под столом меня аккуратно ущипнула Маргарита, полагая, что я наговорил лишнего, и вся система переговоров пошла прахом. Вот только они не знали об одном нюансе. Или забыли. Кто его знает.

Да и Газонов сидел с каменным лицом. Эх, сейчас будет самое интересное, а они уже разнервничались.

Мы же с Лорой все продумали на несколько ходов вперед.

— Эм… Возможно, его высочество имел в виду, что ни у кого нет прямых доказательств… — произнес Газонов.

— Уже поздно, — улыбнулся Шариков. — Его слова потянут на международный скандал.

Я же молчал.

— Мы не намерены и дня провести в этом месте. Сейчас же покидаем Сахалин! — заявил Плюшкин и посмотрел на Собакевича. — Звони Нахимову. Пусть готовит судна.

С этими словами они встали и направились к выходу.

В отличие от Маргариты и Газонова, которые явно не ожидали от меня такого, Эль сидел довольный, словно ему выдали премию и сказали, что страну точно ждет светлое будущее.

И когда мы пересеклись взглядами, он показал мне большой палец.

— Когда я получил своего первого питомца, — начал я, когда делегация практически дошла до двери. — Вот этого… — Несколько деталек Болванчика закружились у меня над поднятым пальцем. — Так вот, у него есть одна особенность. Он может записывать аудио- и видео-материалы. И в последствии эти способности были официально подтверждены и их можно использовать как доказательства. Предвосхищая ваши слова, да, такая практика уже была. Вам надо только поднять архивы. Да и без этого в реестре питомцев указана эта способность с нужными печатями. Хотя… Если я уже гражданин другой страны… То даже не знаю…

Шариков и компания замерли.

— К чему вы клоните, господин Кузнецов?

— Как к чему? К доказательной базе, — улыбнулся я.

Щелчок пальцами и Болванчик начал проецировать на стену запись нападения на Маргариту. Тут было все. От начала нападения до бесславной смерти Чичикова.

— Фальсификация, — фыркнул Шариков.

— Ага, — кивнул я и для театральности щелкнул еще раз.

На этот раз включилось видео, как Чичиков уходит на дело. Тут было все. Сговор, угрозы. Не было никакого двойного смысла.

Тут уже не было никаких комментариев со стороны Российских представителей.

— Ну и на сладкое…

И включается аудиозапись разговора с Петром Петровичем сегодня утром. Разумеется, деталька вернулась обратно и продолжила сбор информации.

— Что ж, господин Кузнецов, вы нас раскрыли, — кивнул Шариков. — Но все эти записи получены незаконным путем. Такое не прокатит…

— Откуда ты знаешь, что прокатит, а что нет? Если эти записи увидят представители других стран? Как думаешь, что с вами будет, когда Петр Первый узнает о том, что у меня есть доказательства вашего покушения! Вы такие болваны!