Дракон в моей голове. Дилогия (СИ) - Геярова Ная - Страница 66

– Но ведь оно сработало у нас, верно? Может, всё зависит от того, кто его активирует?

– Или у него просто хорошее настроение было, – подметила я.

– А может, ему просто скучно стало? – подал голос Арк. – Сколько лет им никто не пользовался? Вот и заскучало.

– Возможно, оно специально показало мне эту книгу, чтобы мы понимали, с чем имеем дело, – предположила я.

– Скорее, с кем, – поправил Морфиус. – Зеркало вполне одухотворённое. Что‑то вроде нашей Тпру.

Метелка, всё это время стоявшая рядом со столом и прислушивавшаяся к разговору, негромко зашуршала веточками.

– У нашей Тпру тоже ещё тот характер, – усмехнулся кот. – Бабуля всегда создавала весьма… своенравные артефакты для быта. Помнится, была одна сковородка, так вот она…

– Морфиус, – перебила его Эльза. – Давай о сковородках поговорим позже. Лучше посмотри, есть ли в записях ритуал активации. Мы могли бы попробовать его провести. Если зеркало всё это время пытается выйти с Луной на контакт, то, возможно, оно откликнется и на ритуал.

– Если у него будет хорошее настроение, – скептически фыркнул Морфиус.

– Судя по тому, что оно само привело Луну к книге, зеркало просто горит желанием с ней пообщаться, – уверенно заявила Эльза.

– Я тоже так думаю, – кивнула я.

Морфиус шустро подхватил книгу и направился к столу. Мы последовали за ним.

Переставив чашку с плюшками на шкаф, мы освободили поверхность и водрузили на неё рукописную работу бабули.

Кот уселся поудобнее рядом и принялся ещё внимательнее вчитываться в текст.

Нам оставалось только нервно ждать. Минута, две, три… Наконец, Морфиус громко провозгласил:

– Я нашёл! Активация здесь есть. Нужны семь свечей.

Мы тут же кинулись к шкафу и достали свечи, припасённые для домашних занятий.

– Нарисовать красным мелом пентаграмму на полу, – командовал фамильяр. – Поставить свечи на лучах звезды, в центр положить зеркало… Погасить свет в комнате… Зажечь свечи…

Мы с Эльзой послушно выполняли всё, что говорил Морфиус. Когда фитильки свечей мягко загорелись, кот сделал глубокий вдох и выдох.

– Я сейчас прочитаю заклинание ритуала, а вы молчите и не перебивайте.

В комнате воцарилась тишина.

Пламя свечей дрожало, отбрасывая на стены пляшущие тени, под менторский, завывающий голос Морфиуса.

«Мне почему‑то не по себе», – вдруг напряжённо сказал мне Арк, вслушиваясь в слова заклинания.

«С чего это?» – спросила я.

«Не знаю, – глухо отозвался дракон. – Но чувство… словно мне под кожу лезут. Как‑то беспокойно».

Беспокойство чешуйчатого передавалось и мне. Я чувствовала, как учащается пульс, а ладони становятся влажными.

«Успокойся, Арк, это всего лишь зеркало. Мы ничего не собираемся с ним делать. Лишь изучим, какие истины оно может показывать. Тем более, смотри – оно, кажется, не в настроении. Я не вижу, чтобы что‑то происходило».

Ответа не последовало.

«Арк?» – тихо позвала я.

Тишина.

– Арк… – вслух повторила я, тревожно оглядываясь, словно надеясь увидеть его рядом.

И тут свет – слабый, похожий на тёплое сияние свечи, – вспыхнул на поверхности зеркала, постепенно усиливаясь.

Моё сердце заколотилось быстрее, и я внезапно осознала, «что» мы сейчас в нём увидим. А точнее – «кого».

– Ого… – приглушённо прошептала Эльза, а затем вцепилась в мою руку. – Что это?!

– Не что, а кто, – чуть слышно отозвалась я, глядя в отражение зеркала в центре пентаграммы. Свет из него устремился вверх, очерчивая сияющий круг в воздухе, и теперь это было уже не маленькое отражение, а большой овал, мерцающий голубоватым светом посреди комнаты.

В его глубине клубился синий туман, и в нём начинал прорисовываться силуэт. Ближе… и ближе. Тёмный, огромный… Сначала расплывчатый, но с каждой секундой становившийся всё отчётливее.

Дракон.

Я замерла.

Впервые после моего первого видения в зеркале я вдруг ощутила, как между мной и отражением натянулась невидимая нить. Такая отчётливая, что я задрожала – как и марево в отражении.

Дыхание сбилось.

Я точно поняла: это не просто видение в зеркале.

И Арк из моего сознания исчез не просто так.

Там, в глубине отражения, был «он».

Я чувствовала его присутствие, ощущала нашу связь. Настоящую, неразрывную, сплетённую между нашими телами и душами. Будто чешуйчатый был частью меня…

Но теперь он оказался по другую сторону.

И что‑то было не так.

Арк выглядел потерянным.

Мы уже отчётливо видели его голову – иссиня‑чёрную, с грозным наростом в виде царственной короны. Втянутую морду с переливающимися чешуйками. И взгляд…

Дракон неподвижно смотрел янтарными глазами в пустоту, не замечая нас. Но я знала: он чувствовал меня. Так же, как я его.

– Кто ты? – очень тихий, но в то же время глубокий драконий голос разорвал напряжённую тишину. – Я чувствую тебя… Не вижу, но чувствую.

Я растерялась.

– Я… Луна, – произнесла шепотом, боясь спугнуть видение.

– Лууунааа… – медленно повторил он, растягивая мое имя, так как будто пробовал его на вкус. Затем вдруг добавил: – Красивое имя. Кажется, я уже слышал его…

Он замолчал. А потом спросил:

– А кто я?

– Ты, по всей видимости… Арк, – произнесла я, от напряжения сжимая ладони в кулаки.

– Арк… – дракон повторил имя медленно, будто примеряя его на себя. – Арк… Мне нравится. Я – Арк…

Его взгляд метнулся в сторону. Зрачки расширились.

Он почувствовал, что я здесь не одна, и взглядом искал нас в своей пустоте… и не мог найти.

– Где вы? – рыкнул он. – Где я?

«Если бы я только знала, где ты!»

Я уже собралась сказать, что нахожусь в академии, но тут Эльза пришла в себя и испуганно завизжала:

– Дракон! Настоящий! Луна, это дракон!

Сияние задрожало, теряя чёткие очертания, и начало медленно расплываться по комнате. Вместе с ним таяло и отражение.

– Стой! Подожди! – закричала я, бросаясь в центр пентакля.

– Я Арк… – донеслось до меня исчезающим голосом. – Я Арк…

Зеркало вспыхнуло.

Яркие синие всполохи разлетелись по стенам, ослепляя. И тут же все исчезло.

Свечи погасли.

Затем – тьма.

Мы остались в полной темноте, нарушаемой лишь слабым лунным светом, пробивающимся из окна, и моим тяжёлым дыханием. Я сидела над зеркалом, всматриваясь в его глубину, всё ещё надеясь, что Арк снова появится в нём.

– М‑да… – протянул Морфиус, громко вздохнув. – Кому‑то нервы лечить надо. Ну, дракон и дракон. Чего так орать‑то было, Эльза?..

Я нащупала коробок спичек и, с трудом справляясь с дрожащими пальцами, начала ползать по полу, зажигая свечи одну за другой.

– Ещё раз, Морфиус. Попробуй ещё раз прочитать заклинание активации.

– Извините, ребята… – сокрушённо пробормотала Эльза. – Я сама от себя не ожидала… Просто я никогда…

Фамильяр перебил её:

– Тихо, – строго сказал он. – Попробуем ещё раз.

Кот вновь начал читать заклинание. Затем повторил его. Ещё раз. И снова.

Зеркало оставалось глухим. Отвечать, похоже, не собиралось.

«Не получилось?» – раздался в моей голове голос Арка.

«Вернулся!» – с грустью подумала я и вслух сказала:

– Кажется, на сегодня практика с зеркалом истины завершена.

Фамильяр укоризненно посмотрел на Эльзу.

– Я извинилась! – обиженно повторила она. – Ну что теперь, обвинять меня? Может, завтра получится?

Я медленно начала тушить и собирать свечи. Морфиус отложил рукопись и зажёг свет.

– Завтра, послезавтра… – пробормотал он. – Эх, девчонки. И как вас только в академию некромантов приняли? А если нежить увидите… Представляю, сколько тогда визгу будет!

«Мы нежить видели?» – с любопытством поинтересовался дракон.

«Нет, – про себя ответила я, – но теперь я точно знаю, что в отражении мы видели тебя».

– Меня?! – вскрикнул Арк на всю комнату.

Его голос прогремел так громко, что свечи выпали у меня из рук и с глухим стуком упали на пол.