Стражи восемнадцати районов. Том 1 (СИ) - Крейн Антонина - Страница 14

Михаил побарабанил пальцами по колену.

– Что ж, Евгений, – наконец сказал архангел. – Я дам вам шанс.

Ура!

– Однако остается открытым вопрос того, достаточно ли у вас подготовки хотя бы для тестового периода, – предупредил Михаил. – Чтобы доказать, что вы заслуживаете значок, вам придётся сдать экзамен.

– Я готов, – быстро сказал я.

Экзаменов за свою жизнь я сдал немало. Они никогда не приносили мне удовольствия – только приступы острого гастрита и легкое желание самоубиться – но все же большой опыт в них даровал мне навык в экстренных ситуациях собираться из аморфной дрожащей кляксы в нечто, способное проявить себе наилучшим образом.

Михаил поднялся с дивана и развернул крылья. На мгновение у меня мелькнула сюрреалистичная мысль о том, что сейчас он скажет мне забраться ему на шею и, выпрыгнув в окно, немедленно потащит навстречу испытаниям, но архангел только вырвал у себя одно перышко. (На его месте тотчас выросло другое).

Что-то пропев низким голосом, Михаил дунул на это перо, и оно… Превратилось в голубку.

Я поперхнулся. Она выглядела точно так же, как Незабудка, прилетевшая ко мне утром.

– Немезида, – обратился к ней архангел, и я поперхнулся еще раз – вот так имя!.. Неужели они все должны начинаться на «Не»?.. – Проводи стражей к алконостам. Пусть в качестве экзаменационного задания дадут Евгению Фортунову дело с последней страницы Васильеостровской Книги Заката. И дополнит этим условием, – Михаил снова щелкнул пальцами, и на лапке голубя появилась капсулка с маленьким письмом.

«Кажется, он настоящий фокусник, этот архангел», – подумал я и тотчас прикусил язык, боясь, что он продолжает читать мои мысли.

Двери зала распахнулись. Голубка вылетела в просторный холл, располагающийся за ними, и мы с Феликсом, поблагодарив Михаила за аудиенцию, отправились вслед за Немезидой.

***

– Я и не думал, что Михаил уделит тебе столько времени и захочет устроить экзамен! – непонимающе хмурился Рыбкин, меряя шагами библиотеку, в которую нас привела голубка.

Выстроенные по кругу высокие книжные шкафы тянулись, к куполу, в центре которого была проделана огромная дыра – в несколько раз больше Окулюса в римском Пантеоне. Я не мог не задуматься, как же выкручиваются местные библиотекари в дождливые дни.

Библиотекарями служили алконосты – те самые полуптицы-полуженщины из славянских и византийских легенд. Я всегда полагал, что Алконост – это имя собственное, и она такая одна на весь свет, однако в реальности оказалось, что это целый вид волшебных существ, которых еще иногда называли сиринами.

Мы ждали, пока одна из алконостов найдет указанную Михаилом книгу. Как оказалось, все сообщения о странностях и магических преступлениях, происходящих в Петербурге, появлялись на страницах томов, соответствующих определенных районам и времени суток.

Я с жадным восторгом изучал книжные полки. Пылинки, танцующие в солнечном свете, казались мне пыльцой фей, и благодаря ним и без того манящие корешки изданий выглядели еще более привлекательными и желанными. Глядя на них, я понял, что мои карьерные амбиции растут не по дням, а по часам: теперь я всерьез прикидывал, какой мне нужно совершить подвиг, чтобы мне позволили поработать в этой библиотеке.

– Ну, вообще требование про экзамен звучит довольно логично, – зачарованно пробормотал я в ответ на слова Феликса.

– Безусловно. Но не в нашем случае, – колко отозвался тот. – Когда я пришел к Михаилу перед своим поступлением на службу, он просто молча пожал мне руку, а потом вышел из зала. Конец. А с моим другом в такой же ситуации он сел пообедать. Они поели, вежливо обсуждая погоду, после чего новоиспеченный страж тоже ушел, одобренный в должности. То, что сегодня Михаил устроил полноценное собеседование, да еще и заартачился, – невероятно!

– Ну, на мой взгляд, он как раз вполне похож на того, кто на всё имеет своё мнение… – неуверенно протянул я.

– Это заблуждение. Как я уже говорил, в отношении выбора земных колдунов дел Михаилу обычно вполне достаточно мнения Гавриила, он с удовольствием его заимствует, – Рыбкин хмыкнул.

Вернулась алконост, искавшая для нас книгу. Со своими голубыми глазами, белой короной и переливающимися синими крыльями, она напоминала о том самом почти уже летнем небе, что простиралось над нами. Райская девоптица села на читальный стол и, сжимая в одной руке записку архангела, другой стала листать книгу в поисках последней записи.

– Алконост, милая, – неожиданно обратился к ней Феликс.

Интонации у него стали какими-то мурлыкающими. Он, наклонившись, облокотился о столешницу и игриво подпёр подбородок руками.

– У тебя такие прекрасные перышки. И ты такая умная! Ты же так много читаешь, да?

– Чего тебе надо, неугомонный страж? – сузила глаза девоптица.

– Скажи, что такого случилось в Небесных Чертогах, что Михаил перестал прислушиваться к гласу разума… Кхм, в смысле, к Гавриилу?

Алконост неожиданно звонко хихикнула.

А потом, поманив нас поближе и прикрыв крылом рот, заговорщицки объяснила:

– На днях у нас был пир в честь нового выпуска ангелов из Академии Сияющих Звезд. И на нем по традиции студенты и преподаватели устраивали показательные бои на мечах. У Михаила в кои-то веки было немного свободного времени – и хорошее настроение, так что он тоже решил поучаствовать. А против него встал, конечно же, Гавриил. И Михаил впервые за тысячи лет… проиграл ему. При всем своем ангельском воинстве.

– О, нет! – рассмеялся Феликс.

– О, да!.. – воспротивилась алконост. – Гавриил, как и подобает верному заместителю, тотчас сделал вид, что Михаил благородно поддался ему – из дружеских чувств и желания порадовать его. Но по лицу Михаилу было видно, что он со-о-о-овсем не поддавался. Я думала, он свой меч раскрошит – так свирепо сжимал гарду!.. Собственно, с тех пор он и дуется, – доверительно сообщила девоптица.

– Вот теперь картинка сложилась, – Феликс улыбнулся и щелкнул пальцами. – Аж от сердца отлегло. Проблема была не в тебе, Женя, а в душевных метаниях наших уважаемых небожителей. Привыкай, тут иногда кипят страсти похлеще земных.

– Иногда!.. – иронически всплеснула крыльями алконост. – Ты преуменьшаешь, синеокий страж.

– Ну не стоит же слишком сильно разочаровывать моего стажера... – якобы воззвал к ее совести Феликс.

– Стоит, стоит! – звонко засмеялась она. И повернулась ко мне: – Помни, мрачный юнец, на небесах тебя всегда ждут сюрпризы.

Они с Феликсом вдвоем еще немного заговорщицки посплетничали, а затем сирин зачитала дело, в котором мне следовало разобраться.

Оказалось, на Васильевском острове есть некий старинный особняк Брусницыных. Уже долго время он, полуразрушенный, был ничем иным, как развлечением для туристов, охочих до острых впечатлений, но в последние две недели в одной из комнат стали пропадать люди.

– Все – после заката, – доложила алконост. – И бесследно. Твоя задача – выяснить, что происходит, и ликвидировать проблему.

– И, наверное, вернуть людей? – предположил я.

Девоптица бросила на меня быстрый взгляд.

– А ты оптимист, хотя так и не скажешь.

Феликс нахмурился и вздохнул.

– Мы всё же попробуем их вернуть, сирин, – с нажимом сказал он.

– Да, я в курсе твоей репутации, улыбчивый страж, – фыркнула она. – Тот, Кто Верит До Конца. Но в данном случае, кстати, нет никаких «мы».

Феликс удивленно приподнял бровь, и девоптица, помахав запиской Михаилу, пояснила:

– Экзамен все-таки для Фортунова, а не Фортунова плюс Рыбкина. Поэтому Феликс не имеет права участвовать в происходящем иначе как консультант – ведь мы понимаем, что у Евгения пока недостаточно данных. А чтобы у Феликса не появилось соблазна сжульничать и, скажем, все равно вступить в бой с потенциальными тварями, обитающими в особняке, Михаил попросил меня сделать кое-кто….

Она неожиданно вытащила из рукава маленький пузырек с каким-то блестящим порошком внутри, открыла его и, взлетев, высыпала его содержимое на Феликса. По библиотеке поплыл пудровый запах.