Спокойный Ваня 2 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич - Страница 4

Прикинув, где расположен центр массы у сосны, я присел и подсунул под неё обе руки. Потом медленно начал подниматься.

— Стой! Сместись чуть влево. — Скомандовал Василий. — Там ветка толстая. Вот. Теперь нормально. Можешь смело тащить дерево вперёд.

— Спасибо за разрешение. — Просипел я.

Всё же сырая лесина не самая лёгкая и удобная вещь для переноски. Сделать смог лишь пару шагов. Потом упёрся в деревья. Но Благородию этого должно хватить.

— Опускаю! Следи за ветками! — Предупредил Васю и медленно положил ствол на землю. — Как он там? — Разогнувшись, спросил я.

— У него сломана шея. Странно, что он до сих пор живой.

— Этого я и боялся. Сейчас любое неосторожное движение может его убить. — Повторил я на всякий случай и начал обламывать мешающиеся ветки. — Очень аккуратно посмотри у него на поясе и в карманах мешочки с артефактами. Должен же у лекаря быть лечебный артефакт с собой. — Посоветовал Васе. Ветки подлиннее я откладывал в сторону. На случай если придётся сооружать носилки.

— Ещё бы знать, что эти артефакты делают.

— Просто доставай их по одному и прикладывай к шее. — Посоветовал я. — Авось какой-нибудь и сработает.

Мешающие ветки кончились, и я присел на злосчастную сосну. Начал смотреть, как Вася попеременно прикладывает к Благородию артефакты, извлекаемые из мешочков.

Один из артефактов светился еле-еле, а когда Вася его поднёс к шее Благородия, он погас совсем. Это меня заинтересовало, но при Васе, что-либо предпринимать я не хотел. Ну их, власть предержащих. Никогда не угадаешь, что им придёт в голову. Главное — оправдание у них универсальное есть: на благо государства!

— Ничего не помогло. — Василий растерянно посмотрел на меня. — Что будем делать?

Я достал из кармана ключик, произнёс формулу передачи артефакта и протянул ему. Вася с интересом начал его разглядывать.

— Занятная вещица. Зачем он мне сейчас?

— Откроешь вагон. В нём стоит сейф. В сейфе точно есть артефакты. Пошарь в вагоне внимательно, у Благородия должны быть другие артефакты. Не верю я, что он все на себе носит. Что найдёшь, неси сюда. Будем пробовать методом научного тыка. Другого выхода я не вижу.

— Ты здесь останешься?

— Да. Послежу, чтобы его суслики не съели. — Улыбнулся я, кивнув на толстяка. — Беги давай. Сейчас каждая минута на счету. Ещё у Кати спроси, что у неё за артефакт. Может, он живую воду делает.

— Хорошо. Я быстро. — Вася сорвался с места и исчез в лесу. Ему хватило ума пойти в обход, а не лезть через бурелом.

Подойдя к Благородию, я присел на корточки и нашёл тот самый амулет, действие которого удалось засечь. Вытряхнув его из мешочка на ладонь, убедился, что это не амулет, а пресловутый конструкт. Знакомая вязь из проволочек оплетала чёрный камень, и не просто шла поверху, а была утоплена в канавки, проточенные в камне.

Конструкт почти не светился. Энергия в нём кончилась или была на минимальном уровне, недостаточном для его срабатывания. Наудачу я закрыл глаза и представил, что посылаю энергию в артефакт, как делал это в Аберрации.

Естественно, ничего не получилось. Пройдя через туман, я перестал видеть магические линии и не мог с ними взаимодействовать. Но я надеялся, что эта способность у меня никуда не делась.

Вариант решения нашёлся почти сразу. Только для его осуществления пришлось делать небольшой подкоп.

Линза, через которую Благородие видел магию, находилась у него в нагрудном кармане. Старая не потревожить тело, я достал монокль и приложил к глазу.

Первым в поле зрения попал Благородие. В лесу было сумрачно, поэтому свечение, идущее от его тела, я увидел сразу. Голова при этом оставалась обычной. Похоже, травма шеи повредила прохождение магии.

К сожалению, никаких нитей я не увидел, только равномерное свечение. Хотя вру. Если приглядеться, то можно было заметить более яркие пятна на общем фоне. Но, как я не концентрировался, даже дышать пробовал по-разному, ничего больше не разглядел.

Начал исследовать конструкт, у которого закончилась энергия. Ничего интересного. То есть, интересно, зачем эти кружева из проволоки намотаны на камень, но так как ничего не понятно без знания элементарных азов, то и смысла в тупом разглядывании нет.

Уже хотел убрать монокль в сторону, как заметил очередное светлое пятнышко на боку конструкта. Решил посмотреть на него поближе и поднёс к глазу с моноклем. Проявились детали, но всё ещё мутно, словно не в фокусе. Отодвинул монокль от лица и прижал к нему конструкт.

Теперь мне стала видна знакомая структура из переплетённых линий. Что интересно, к проволочкам они не имели никакого отношения. Наудачу ткнул пальцем в центр монокля и попытался напитать линии. На удивление, конструкт сразу засветился ярче. Попробовал добавить энергии, но изменений не заметил. Ёмкость конструкта оказалась небольшой.

Ну как получилось, так получилось. Поднёс конструкт к шее Благородия. Стала видна светящаяся нить, протянувшаяся от конструкта к повреждённому месту. Нить начала блуждать по коже, но надолго её не хватило. Конструкт разрядился. Я проверил через монокль состояние Благородия. Никаких видимых изменений не обнаружил.

Делать всё равно было нечего, и я начал «лечить», периодически заряжая конструкт. Исходил из простой мысли: вряд ли лекарь таскает с собой что-то убойное, а если таскает, то загнулся бы окончательно от первого применения.

Повторять зарядку пришлось восемь раз. Причём заряжать удавалось только через монокль. Просто видеть линии оказалось недостаточным.

При очередной проверке я увидел, что свечение тела распространилось на голову. Дыхание Благородия тоже изменилось. Стало не таким хриплым и натужным.

— Благородие! Очнись! — Позвал я. Он лекарь. Магия ему теперь подвластна. Пускай сам долечивается.

— Пи-и-ить! — Просипел толстяк.

— Нету воды. У тебя шея сломана. Лечись, потом пойдём воду искать.

Благородие что-то невнятно зашипел. Вроде бы ругался. Длилось шипение недолго. Его тело сначала задрожало, затем расслабленно обмякло.

— Как же мне хреново. — Довольно внятно произнёс Благородие и встал на четвереньки. Его немного покачивало. Тогда он сменил позу на более устойчивую, сев на задницу. — Точно воды нет?

— В колодце есть, но до него идти надо. От лагеря ничего не осталось. Голое поле.

— Как ты выжил?

— Мы с Васей оказались в центре урагана. Там относительно тихо и безопасно.

— Как он… Что с ним стало? — Во взгляде Благородия проступила вселенская печаль.

— Побежал к вагону артефакты искать. Я подумал, что у тебя точно должны быть другие. Не все же артефакты ты на себе носишь.

— Он жив? — Воспрянул толстяк.

— По-твоему, я труп к вагону отправил? — Не удержался от колкости.

— Ох и язва ты, Иван. Не зря вашу породу забвению предали. Видать всем родом нервы императрице трепали.

— Ты, Благородие, на мёртвых не наговаривай. Они мне хоть и не родня, но не по-людски это.

— Ладно, ладно. — Смутился толстяк. — Я со смертью чаще тебя вижусь. Поэтому и юмор у меня такой специфический. Что же вы так неаккуратно с ценными вещами? — Он заметил разбросанные вокруг мешочки с артефактами.

— Мы по глупости решили, что ты ценнее. Больше такого не повторится!

— Язва. — Беззлобно буркнул Благородие, распихивая артефакты по местам.

— Держи. — Я протянул ему монокль и конструкт.

— Что ты с этим делал? — Заинтересовался Благородие.

— Тебя лечил.

— Ты хочешь сказать, что вылечил меня «протрезвителем»? — Я пожал плечами и предпочёл промолчать. — Теоретически это возможно, но практически… — Он посмотрел на меня, ожидая ответа.

— Надо было подержать его подольше. Через монокль было видно, как у тебя магия начала в голову проникать. Лечил-то ты себя сам.

— Ну да. — Благородие задумался. — Темнишь, как обычно. — Пришёл он к выводу.

— Ты ходить можешь? Или будем здесь Васю ждать?

Глава 3

— Дай мне минутку в себя прийти. — Поморщился Благородие и облизнул сухие губы. — Как там Двенадцатая с Третьим?