Спокойный Ваня 2 (СИ) - Кожевников Павел Андреевич - Страница 15

— А тебе не кажется, что для простого безродного, у него их слишком много? Ещё этот прибор на столе. Никогда таких не видел.

— Какая разница, кто он. Сейчас его пакуем и везём к горе. А утром затащим во владения духа. Тот с ним разберётся. Ты лучше вещи посмотри. Надо одеть его. А то в прошлый раз лишние вопросы у следователя появились. Не подумали мы тогда журналиста одеть, и вышло, что он в одних трусах на гору убежал. — Уже не скрываясь заржал первый.

Глава 8

— Тихо ты. — Шикнул на него второй. — Ты в вещах копаешься, ты и смотри. — Его голос прозвучал надо мной. Луч фонарика осветил мне лицо. — Ты смотри, а он спит! Пьяный, что ли? Вроде запаха нет.

— Притворяется. — Уверенно заявил первый. Он, уже не скрываясь, говорил нормальным голосом. — Ого! У него ещё деньги есть! Гуляем!

Деньги я разделил на несколько частей. Одну кучку оставил почти на виду. И ворам не рыться, и мне удобно брать на расходы. Две остальные запрятал в разных местах комнаты. Как похитителю удалось найти мой тайник, ума не приложу. Видимо, со своим нестандартным подходом я поступил в высшей степени стандартно по меркам домушника.

Луч фонарика убрался с моего лица. Стоящий надо мной похититель отвлёкся на удачливого коллегу. Я решил дальше не тянуть и начать наводить порядок в своём доме, хоть он и съёмный. Но не успел.

— Никому не двигаться! Работает ГосБезопасность! — Услышал я громкий рёв снаружи.

Одновременно зазвенело выбиваемое окно и тонко взвизгнула резко распахнутая дверь. Комната за моей спиной наполнилась топотом и сдавленными стонами. Зажёгся свет.

— Этих обыскать. Все деньги и прочие предметы выложить на стол. — Раздался новый голос, привыкший отдавать команды. В меня словно в тушку на скотобойне потыкали пальцем. Я пошевелиться не мог, а внешнее воздействие ко мне проникало. — Посмотрите, у них должен быть конструкт «объятия». Наш подопечный им скован.

— Где конструкт? — Резкий вопрос, сопровождаемый глухим ударом, прозвучал в комнате. Оперативник из группы захвата не стал церемониться и напрягаться с обыском.

— У Никиты он! — Чуть не плача ответил один из моих неудавшихся похитителей.

Послышались новые глухие удары. Уже из другого угла.

— Держите, господин майор.

Сковывающее тело воздействие пропало, и я плавно перетёк в сидячее положение. Резких движений старался не делать. Мало ли как отреагирует местный спецназ, а ссориться с ним из-за пустяков мне не хотелось совершенно.

Сначала я убедился, что с «оком» всё в порядке, и лишь затем оценил происходящее в комнате.

В комнате стало тесновато. Возле стола напротив меня стоял сурового вида пожилой военный. Двое его подчинённых надели наручники на моих похитителей и теперь тщательно их обыскивали. Лёгкие, но болезненные удары сыпались на незваных гостей при любом намёке на сопротивление. Не каждому понравится, когда тебя фактически раздевают и осматривают те места, которые даже доктору стыдно показывать.

Окно зияло осколками, торчащими из сломанной рамы.

— Я так понимаю, вы все слышали? — Обратился я к майору.

— Да. — Не стал оправдываться тот и заявлять, что они просто мимо проходили.

— В их компании была девица. Фигуристая такая. Она ко мне приставала днём. Возможно, она как-то причастна к попытке моего похищения и последующего убийства.

— Мы не хотели никого убивать! — Успел крикнуть парень, но очередной шлепок по уху заставил его заткнуться. По голосу я опознал второго. Самого нервного.

— Если вам удастся выкрутиться, я вас тоже убивать не буду. Просто отпущу. Подниму над пропастью и отпущу. — Пообещал обоим парням.

— Не выкрутятся. — Уверенно заявил майор. — Они нам ещё поведают о смерти журналиста. Громкое дело было, но расследовали не мы. Так и замяли его. Возможно, у этой парочки найдутся другие преступления.

— Орлов-младший ведь тоже замазан. — Сделал я грубый намёк. Мне была интересна реакция майора. Одно дело ловить мелких дворянчиков, другое, представителя знатного рода.

— Мы подождём итога вашего утреннего разговора. Если он придёт к нам с повинной, то отделается лёгким испугом. Как я понял, в планировании убийств он участие не принимал. Максимум, что мы ему можем предъявить…

— Сокрытие информации о совершенном преступлении и укрывательство преступников. — Закончил я за него.

— Рад, что вы это понимаете. — Взгляд майора оставался серьёзным весь разговор, и только сейчас немного смягчился. Переть против влиятельного рода, не самый хороший способ испортить себе карьеру, а то и жизнь. — Вы же не будете против него обвинения выдвигать, если он извинится? Новое дело, может оказаться отягчающим обстоятельством.

— Даже если не извинится, не буду. Просто по морде дам. — Честно признался я. — Из-за каждой ерунды в суды бегать, денег не напасёшься. — Майор понимающе кивнул. — Вы тут нашумели. Как бы слухи не дошли до Орлова раньше нашей с ним встречи.

— Это вряд ли. Здесь не тот район, которым интересуются знатные рода. Даже проведи мы здесь тотальную облаву, они обратят внимание на это не раньше следующей недели. — Уверенно ответил майор. — Посмотрите, какие ваши вещи, а какие нет. Нам нужно точно знать, с чем они пришли к вам.

Из кучи барахла, выложенного на стол, я отодвинул в стороны только сотенные купюры. Именно они лежали у меня шкафу и заначке. Мелочь я носил при себе в карманах.

— Скажите, майор, у вас к обездвиживающим конструктам все кому не лень доступ имеют? — Решил я поинтересоваться у сведущего человека. — На меня уже второй раз совершают нападение, используя его.

— Где произошло первое нападение? — Майор напрягся.

— Это произошло не здесь и относительно давно.

— Я должен знать. Это служебные конструкты. Их нельзя применять гражданским. — Настаивал он.

— Его и применяли служивые люди. Только незаконно. Раз вы здесь, то с ними уже провели разъяснительную беседу. Или чем там у вас кончается превышение полномочий.

— Понятно. — Хмуро кивнул майор. — Остальные вещи вам не принадлежат? — Он снова кивнул на изъятое у похитителей.

— Нет. Они успели украсть только деньги.

— Тогда мы с вами прощаемся. Не пропустите встречу с Орловым. — Майор сгрёб вещи со стола в небольшой мешочек, сделал знак своим людям, и первым покинул мой дом.

Кроме выбитого окна, другого бардака не наблюдалось. Мои вещи грабители перетряхивали аккуратно, а их одежду, снятую при обыске, забрали с собой ГБ-шники. Свой светильник они тоже забрали. Наверное, для постороннего в комнате должна царить полная темнота. Но мне она не мешала.

Я достал из холодильника бутылку газировки и сделал несколько глотков. Потом вернулся на кровать.

То, что за мной установят надзор, я ни секунды не сомневался, но не ожидал, что он будет настолько плотным. Теперь не вызывает удивление так удачно подвернувшийся домик в разгар сезона. Интересно, в каком звании была свояченица Никифора, торгующая пирожками? А ведь она была там не одна. Я мог подойти к любой из них, или вовсе пройти мимо. К кому бы я обратился в таком случае за помощью? Вероятно, к полицейскому. Он как раз маячил недалеко от меня.

Номер в гостинице тоже был для меня заготовлен. Это сто процентов.

Да уж. Плотно они меня обложили. Зосим тоже их засланец? Какова вероятность, что, имея кучу денег, человек, вернувшийся из Аберрации, ударится в чтение, вместо пьянства, купания и хождения по бабам? Костя, конечно, ещё тот психолог, но такого развития событий даже я сам от себя не ожидал.

На этой мысли я вырубился.

Витя ждал меня на берегу. Он был одет в подобие лёгкого костюма и купаться явно не собирался. Сидел, сгорбившись на краю лежака, опустив ноги на землю. Его телохранитель на сей раз скрытом не пользовался и прохаживался неподалёку. Меня он заметил издалека, но никаких сигналов Вите не подал, и вообще сделал вид, что его здесь нет.

— Ну привет, ошибка воспитательного процесса. — Поздоровался я, усаживаясь рядом. Свою сумку с покрывалом и полотенцем поставил между ног.