"Современная зарубежная фантастика-1". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Кюнскен Дерек - Страница 91

Нилит подошла к Аноишу, который научился спать, не обращая внимания на глубокую рану. Древко стрелы, попавшей в его заднюю ногу, сломали, а наконечник вытащили, хотя при этом Аноиш громко ржал и метался. Нилит он не раз отбрасывал через всю баржу и едва не переломал ей ребра, но в итоге жуткое дело было доведено до конца. Теперь к ноге коня была привязана мощная повязка с мазью и травами, которые нашлись у Гираба. Она напоминала горку гарнира, который кто-то положил на недожаренный кусок мяса. Нилит жалела о том, что сейчас у нее нет запасного призрака и воды из Никса, как тогда в Абатве. Ее собственные раны уже почти затянулись, и из-за этого она почему-то чувствовала себя виноватой.

Конь грустил. От жары он высунул язык между серых губ, а его глаза превратились в два печальных темных шара, которые следили за Нилит, пока она суетилась вокруг него. Она трогала его, проверяла рану, шептала разные глупости в его поникшие уши. В ответ Аноиш бил копытом, но, кроме этого, она ничего не могла от него добиться. Вздохнув, Нилит устроилась на палубе рядом с его головой – там, где плоский корпус рассекал воду.

Когда она набиралась смелости, чтобы посмотреть на поток, то видела под хрустально-чистой водой темно-коричневое дно, усеянное валунами. Валуны были размером с карету и обросли водорослями. Камни, похоже, находились очень близко, и от этого Нилит становилось неуютно, но она знала, что глаза могут ее обманывать. Она зачерпнула пригоршню воды, чтобы умыться, и ахнула – вода оказалась ледяной.

Небо и солнце заставляли воду сверкать и придавали ей лазурный цвет. Чем дальше Нилит устремляла взгляд, тем больше цвета похищала река у неба. А там, где стены ущелья затеняли воду, река становилась зеркалом, в котором отражались красные скалы.

Нилит просидела там час, а может и больше, приспосабливаясь к качке. На то, чтобы договориться со страхом, особенно иррациональным, требовалось время. Логика тут мало помогала. Тут были нужны конкретные доказательства – то, что видят глаза, а не то, что может представить себе разум. Чем дольше баржа оставалась на плаву и доказывала свою надежность, тем слабее становился узел в животе Нилит, тем спокойнее билось ее сердце.

Спокойствие длилось недолго.

– Пороги! – заверещал Безел, падая между двумя камнями, похожими на костяшки пальцев, которые возвышались над баржей. Это слово ударило Нилит в живот, словно нож.

– Что?

– Боишься воды, жена? – мерзко усмехнулся Фаразар.

– Заткни пасть, призрак.

Гираб фыркнул, увидев их раскрытые от испуга глаза.

– Не пороги, птица, а просто водовороты, – сказал он, словно отец надоедливому ребенку.

– Это что еще такое?! – воскликнул Фаразар.

– Ты уверен? – спросила Нилит у Гираба.

В ответ лодочник лишь плюнул, но руль из рук не выпустил. Этого оказалось достаточно для того, чтобы Нилит вернулась на свое обычное место в центре баржи. Она очень жалела о том, что корабль такой плоский. Она чувствовала, как волны шлепают по дереву под ее пальцами. Нилит показалось, что река ускоряется и ее уши наполняет усиливающийся грохот потока. Она снова позавидовала Безелу, который бесстрастно парил над ними, словно воздушный шар.

– Водовороты.

Это слово было слишком мягким, чтобы описать воду, которая вскипала на камнях или кружила в воронках у стен ущелья. Нилит смотрела в эти водяные рты, которые уходили вниз, в темноту. Они вызвали в ней новый страх, который заставил ее похолодеть. Она не хотела думать о том, что чувствует человек, попавший в одну из этих воронок. Впереди еле заметная завеса из капель воды закрыла высокие тени. Воздух расчертили радуги, но их красота не успокаивала ее.

– Гираб? – вскрикнула Нилит.

– Доверься мне! – завопил он, перекрикивая шипение и гул воды.

Нилит прижалась щекой к прыгающей палубе и, прикрыв глаза, следила за тем, как мимо баржи проплывает высокая каменная игла. Ее холодная тень упала на Нилит.

– Гираб!

– Это просто Клыки. Не волнуйся!

Ее подвело нездоровое любопытство: прежде чем спрятать голову, Нилит заметила на пути баржи еще три уродливых каменных шипа.

– «Не волнуйся»? Серьезно?! – крикнула она.

Их корабль, которым управлял опытный Гираб, крутился из стороны в сторону, рассекая воронки и водовороты.

Используя похожий на весло руль, Гираб бросал баржу на каждую отмель и на каждый подъем, и, отталкиваясь от них, набирал достаточную скорость, чтобы обходить острые камни.

Как только над баржой прошла последняя тень, Нилит сразу почувствовала, что бурление под палубой успокоилось. Ее страх быстро ослабел. Она вдруг поняла, что каким-то образом задерживала дыхание все то время, пока они шли через пороги, и только теперь смогла выдохнуть. Быстро оглянувшись, она увидела, что стены ущелья отступают, а звук бурлящей воды становится все тише. Его сменили шипение и треск тростников, которые встречались с носом корабля. Нилит увидела их – они торчали над фальшбортом, желто-зеленые в косых лучах солнца.

Вежливое покашливание Гираба заставило ее встать. Гордо подняв голову, он посмотрел ей в глаза. Нилит сделала реверанс.

– Я напрасно сомневалась в тебе.

– Многие сомневаются, – отозвался лодочник. – Не ты первая, не ты последняя.

Нилит перевела взгляд на край крошечного озера в форме слезы. Это озеро посреди реки было похоже на бугор на теле змеи, в который превращается проглоченная крыса. Озеро обнимали поля тростника; среди стеблей расцветали огромные лотосы и розоватые лилии, которые крутились, словно колеса телеги, когда баржа проходила мимо них. Между их листьев, похожих на зеленые тарелки, сновали маленькие крокодилы-альбиносы. На отмелях, словно часовые, неподвижно стояли ибисы с длинными ногами, похожими на ручки швабр. Нилит представляла себе, что они – скульптуры, пока один из них вдруг не превратился в белое пернатое облако и не ткнул клювом в воду, чтобы поймать извивающуюся рыбу.

Нилит повернулась к солнцу, вытянула руки, чтобы почувствовать последние лучи, и вдохнула аромат цветов. Это был редкий миг блаженства – несмотря на то, что Фаразар не прекращал расхаживать по палубе.

– Никаких следов твоей подруги Кроны, – сказал сокол голосом, похожим на свист ветра. Он сделал еще один круг над озером, убедился, что рядом нет разбойников, а затем приземлился на палубе. – Только стадо коз, деревня, новые солончаки и, может, пара диких верблюдов.

В правдивости его слов Нилит не сомневалась. Золотистые глаза Безела скорее всего заметили бы даже мышь за пятьдесят миль.

– Мне не нравится, что мы у всех на виду, – буркнул Фаразар.

– Это ненадолго. Скоро мы пройдем через Кел-Дуат, – сказал Гираб.

– Где это?

– В аду… ваше величество. – Гираб откашлялся; скорее всего, он не привык возить обладателей таких титулов. Представление о королевских особах здесь, на окраинах, отчасти теряло свой смысл. Власть императора в глуши не была сильной, и за пределами Просторов его имя не обладало особенным весом. – В Белом Аду. Я думал, что такие, как вы, знают про него. Разве это не ваша страна?

Нилит никогда не слышала про это место. В животе у нее что-то сжалось.

– Снова водовороты?

Лодочник улыбнулся.

– Нет, госпожа. Сами увидите.

– Безел… – начала Нилит, но остановилась, увидев, что улыбка на лице Гираба быстро погасла.

– Все еще не доверяете мне? – спросил Гираб.

– Я… ладно. Безел, оставайся на барже.

Сокол пожал крыльями.

– Ладно. Но если это мерзкое корыто начнет тонуть, я сваливаю на хер.

Хотя Нилит и была знатного рода, Безел разговаривал с ней, словно со слугой-призраком. Поначалу подобное обращение заставляло ее вскипать от злости, но теперь ей это даже нравилось. Он обходился без церемоний, не угождал, не болтал о ерунде, как придворные. В его словах были лишь правда и разум.

Нилит притворно нахмурилась.

– Видишь? Мы доверяем тебе, Гираб.

– Хм…

Больше лодочник ничего не сказал. Нилит начала помогать ему управлять кораблем, пока он направлял баржу в узкие протоки, распугивая белых крокодилов. Она прикусила губу; ее сердце все еще не успокоилось после прохода через Клыки.