"Современная зарубежная фантастика-1". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Кюнскен Дерек - Страница 108

Безел решил держать ее в неведении. «Пусть сучка мучается, пусть заламывает руки», – подумал он. Она это заслужила.

– Судя по всему, возвращается на север. Или на восток, на побережье, чтобы ехать в Красс.

– Мы не так уж уверены, да? – спросила Сизин, прищурившись.

Сокол пожал плечами.

– Я вообще не уверен. В Долгих Песках дорог много.

– Как ты ее нашел?

Безел выпалил еще несколько названий далеких мест – для ровного счета.

– На базаре к югу от Дальнего района я услышал про женщину, которая путешествует в сопровождении многочисленной охраны. Мне сказали, что она направляется на юг, не на восток. Затем на Лестнице, в Абатве, я увидел караван торговцев, и у них было блестящее серебро из Аракса. Я только что нашел переправу рядом с Кемзой и следы небольшого отряда, который идет на север. Я пошел за ним и увидел ее глаза – такие же зеленые, как и у тебя. Их ни с чем не спутаешь. Но теперь я, возможно, навсегда ее потерял, и кто в этом виноват?

Сизин отодвинулась от него, стиснув зубы и сжав кулаки.

– Надеюсь, что не потерял. Если упустишь ее, награды тебе не видать.

Безел порадовался тому, что птицам тяжело улыбаться. И тем не менее уголок его клюва изогнулся.

– Ну, значит, мне пора в обратный путь.

– Правильно, птица. Нужно узнать, что эта женщина делает в Долгих Песках. Я вообще ничего не понимаю, и от этого мои подозрения только усиливаются. Иди же! И поскорее! Не хочу, чтобы мне пришлось вызывать тебя еще раз!

– В этом я с тобой полностью согласен, принцесса.

Пока тыльная сторона ладони Сизин приближалась к нему, Безел, сложив крылья, упал с ограждения и, словно копье, полетел к далекой мостовой.

Глава 10. Старые раны и разорванные узы

Причал выглядел заброшенным. Ни одна баржа не стояла рядом с ним, терпеливо ожидая груз и пассажиров. Веревки, свисавшие с причала, сгнили, и сам он явно кренился влево.

Нилит обернулась к Гирабу, и он, как обычно, пожал плечами. Трезубец, который она держала в руках, никак ее не успокаивал. Сердце грохотало так, что картинка перед глазами пульсировала в такт. Нилит очень жалела о том, что Сизин забрала Безела.

– Похоже, что Сайлок и его сыновья здесь не остались, – бросила она через плечо лодочнику. При этих словах в животе у нее заурчало.

Гираб засопел.

– Надеюсь, тут еще можно что-то найти.

Он налег на руль, замедлил баржу и направил ее к более спокойному мелководью. Они с грохотом столкнулись с причалом, и это столкновение встряхнуло их. Веревочная петля помогла закрепить баржу на одном месте.

Гираб положил руку на узел, чтобы в любой момент его развязать.

– Я подожду здесь, – сказал он.

Нилит благодарно наклонила голову.

– Знаешь, ты ведь не обязан это делать. Ты и так проделал большой путь. Сильно нам помог.

– О, ваше величество, я так поступаю совсем не по доброте душевной. Я знаю, что за все мили, которые прошла баржа, вы дадите мне кошелек, набитый самоцветами. Заботясь о вас, я защищаю вложенные в вас средства. Так что давайте побыстрее, – сказал он и подмигнул.

Нилит улыбнулась.

Аноиш уже мечтал оказаться на суше, и поэтому, опередив и Нилит, и Фаразара, он сбежал по грубо сколоченному причалу – несмотря на то, что ноги у него одеревенели. Поначалу он пошатывался, но когда доски закончились и началась земля, он шел почти так же, как и раньше, хотя и прихрамывая. «Интересно, выздоровеет ли он?» – подумала Нилит.

– Фаразар, займись Аноишем. Гираб, я скоро вернусь. Приглядывай за призраком.

Спотыкаясь, Нилит с трезубцем в руках заковыляла вверх по склону. Земля казалась ей слишком твердой, и ей не нравилось, что поверхность вообще не раскачивается.

Затененный проход пробили в стене ущелья не руки и кирки, а река, которая с тех пор давно высохла или была отведена в другое место. Нилит наступала на завитки, где когда-то падали, рассыпаясь брызгами, водопады или кружили водовороты.

Когда Нилит наконец вышла на солнечный свет, в жаркую пустыню, она уже задыхалась. Горячий ветер донес до нее запахи пальм и воды, и они заставили ее желудок снова заурчать. Увидев невдалеке маленький оазис, Нилит вспомнила о том, как ей хочется пить, однако практичность заставила ее направиться не к нему, а к похожей на наперсток хижине, стоявшей на краю ущелья.

Прежде чем двинуться в путь, Нилит посмотрела на юг. Как и сказал сокол, там действительно виднелось облако пыли, однако оно плыло на запад и уже расплывалось, превращаясь в дымку. Лошади и всадники, да, но чьи они, Нилит не знала: многие кочевники и душекрады пересекали ковер из дюн, отделявший город от Лестницы.

Нилит повернула на север и почувствовала, как у нее перехватило дыхание: она увидела огромное пятно Аракса, который, словно гора, расплывался на горизонте. В центре он делал резкий выпад, пытаясь дотянуться до неба. Небесная Игла. Гираб привез их гораздо ближе к Араксу, чем ей казалось, но размеры города давали неверное представление о расстоянии. Нилит понимала, что до него еще много миль.

Хижина. Нилит побрела к холмику на берегу реки, сложенному из гипса и камней. Окна хижины выходили на Ашти, а в ее задней части виднелась невысокая дверь. Белый гипс отслаивался от стены, обнажая бурые камешки и сухой тростник. Эта хижина, как и дом Гираба, выглядела мертвой, но теперь Нилит уже знала, какими тихими бывают лодочники и как они любят бросаться в бой, размахивая трезубцами.

– Есть тут кто? Я не желаю вам зла, просто хочу выменять что-нибудь на припасы. Мы прибыли с севера вместе с Гирабом.

Только ветер ответил ей, шевеля песок у нее под ногами. Ее сердце грохотало в тишине. Нилит решила осмотреться, но трезубец держала наготове.

Дверь открылась легко: она не была заперта, и на месте ее удерживала только ржавчина. Наружу вылетел спертый, невообразимо горячий воздух. Гипс явно не справлялся со своей задачей – отражать солнечные лучи.

Хижину, похоже, давным-давно разграбили, а все, что нельзя убить, съесть, расплавить или продать, сбросили на пол и растоптали. На полу несколько жуков размером с кулак боролись за кость. Сыновья Сайлока либо умерли, либо ушли отсюда. В их отсутствие желтый песок заполз под дверь и под ставни, сделанные из пальмовых листьев, после чего покрыл все, что было в доме.

Выйдя наружу, где было чуть прохладнее, Нилит услышала, как стучат по камням копыта Аноиша. Из ущелья высунулась его пегая морда; его глаза радостно сверкали оттого, что он снова конь, а не просто кусок груза.

Нилит еще раз посмотрела на юг и заметила, что пыльный след уже почти исчез; в воздухе от него осталась лишь пара дрожащих линий.

– Что хотела сказать нам птица? – спросила Нилит вслух.

В ответ Аноиш фыркнул.

Она поманила коня в сторону оазиса и побежала, чтобы он шел рысью рядом с ней. Аноиш хромал, но Нилит, как и он, старалась этого не замечать. Он гордо вздернул голову, его черная грива развевалась на ветру, а все остальное не имело значения.

В тени пальм ветер задул сильнее. Здесь до Нилит донесся запах травы, а пыльца защекотала ей горло. Она со свистом рассекала траву, которая становилась все выше по мере приближения к крошечному водоему. Это был не пруд и не источник, а мелкая лужа посреди темной грязи, которую окружали желтые, похожие на ножи тростники. Вспомнив свою предыдущую историю с лужей в горах, Нилит глубоко втянула в себя воздух, но никаких ядовитых запахов не почувствовала. Встав на колени, она зачерпнула воды и сделала глоток. Вода была прохладная и богатая минералами, но вполне пригодная для питья. Пошарив вокруг себя, Нилит нащупала клубневидные корни тростника. Она выдернула один из них, вымыла его и с жадностью впилась зубами в белоснежную мякоть. Корень оказался холодным, хрустящим и горьким, словно горчица, но голодная Нилит решила, что он восхитителен.