"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Лайонс Дженн - Страница 440

Сенера потерла глаза:

– Я уже спросила Имя Всего Сущего. Сулесс находится у Матери Деревьев в джунглях Манола. С тем же успехом она могла бы быть на одной из лун, я не могу отвести вас туда.

– Почему? – спросила Талея.

Сенера махнула рукой:

– Нельзя просто открыть врата в Манол. Он покрыт защитной паутиной, которая предотвращает такое проникновение. Сулесс не телепортировалась туда, она просто перенесла свои души. У нас нет такого преимущества. Поэтому мы не можем последовать за ней.

– Мать Деревьев? – Ксиван наклонила голову. – Зачем Сулесс отправляться к Матери Деревьев?

– О, я не думаю, что она сделала это намеренно, – сказала Сенера. – А если серьезно, нам пора идти. Я понятия не имею, сколько времени пройдет, прежде чем Шаранакал, или Баэлош, или оба вернутся, но находиться здесь не стоит.

– Мы еще не уходим, – возразила Талея. Она подошла к увядшему кусту и принялась срывать драгоценные камни с листьев. – Так что ты могла бы объяснить, что именно сделала Сулесс. Если она перенесла только свои души, значит, она перенесла их куда-то. Куда? Или к кому?

Сенера уставилась на нее. Каждый раз, когда она уже думала, что Талея обычная простушка, девушка выкидывала новый фокус.

– Что ты делаешь? – спросила Сенера, решив обратить внимание на странную сборку урожая.

– Турвишар сказал, что это цали – души, заключенные в камне, – объяснила Талея. – Мы не можем просто оставить их. – Она на миг замолчала. – Но все прошло бы быстрее, если б ты помогла.

Сенера усмехнулась и повернулась к Ксиван:

– Джунгли Манола окружены непроницаемым барьером. Его может пробить лишь кто-то из Восьми Бессмертных. Сулесс ожидала, что мы доберемся до нее. Она все спланировала заранее. Значит, ее ждало подготовленное тело. Баэлош не убивал ее; она уже переместила свои души в подготовленное тело и позволила своему старому телу умереть.

– Подготовленное тело? – Ксиван нахмурилась. – Мать-ведьма? Но все они были… – С ее лица исчезло всякое выражение, но уже через миг пустота сменилась яростью. – Когда ты собиралась мне сказать, что Джанель угрожает опасность?

– О, ваша светлость… – Сенера вздохнула. – Джанель ничего не угрожает. Джанель уже мертва.

– Точно? – спросила Талея. – Ты проверила?

– Мне не нужно проверять! – запротестовала Сенера. – Она ушла. Сулесс не стала бы нежно овладевать ею, она уничтожила душу Джанель – и теперь она этим пользуется. Твоя подруга мертва.

– Она и твоя подруга тоже, – прошептала Талея.

– Нет, – решительно заявила Сенера. – Мы никогда не любили друг друга. Она никогда не простит мне того, что я с ней сделала, и вряд ли ее можно за это винить. Единственная причина, по которой я когда-либо ей помогала, заключалась в том, что… – Сенера замолчала. Единственная причина, по которой она когда-либо помогала Джанель, заключалась в том, что Релос Вар попросил ее об этом. Потому что Джанель была важна для планов Релоса Вара. И важна она была по-прежнему.

А раз не умерла Сулесс, то умерла Джанель.

Релос Вар не обрадуется, узнав, что Сулесс снова вмешалась в его планы. Что бы там ни думал Турвишар, Сенера была верна Релосу Вару. Верна. И значит, она должна обязательно, непременно позаботиться о том, чтобы его пожелания исполнялись.

– Ты либо лукавишь, либо наивна, Сенера, – сказала Ксиван. – Ты прекрасно знаешь, что Джанель не обычный человек. Она уже была одержима раньше. Я очень сомневаюсь, что Сулесс могла бы уничтожить душу, которую не смогла уничтожить Ксалторат.

Сенера помолчала, а затем протянула:

– Это… это действительно хорошая мысль.

– Так что проверь, – приказала Ксиван.

Сенера подчинилась.

– Ха! – выкрикнула Талея, указывая на слово «да», нацарапанное на земле. – Я так и знала!

Сенера встала:

– Я думаю, ты все еще забываешь, что те же трудности с перемещением, что были у Сулесс, применимы и к нам. Мы не можем просто открыть врата, ведущие к Джанель. Есть магическая защита, которая преграждает нам путь.

Ксиван пожала плечами и вытащила Уртанриэль из ножен:

– Тогда мы ее сломаем.

Сенера закатила глаза.

– Это не сработает. – но вдруг она уставилась на черный меч, и ее глаза сузились. – Подожди. А может, и сработает… – Волшебница задумалась. – Думаю, не помешает провести эксперимент.

Талея усмехнулась:

– Помоги мне собрать все эти цали. А потом я соберу наши припасы.

90. Абсолютно бесполезный волшебник

(Рассказ Кирина)

Это может прозвучать странно из уст человека, выросшего в совершенно неидеальной части города, но «Поднятая вуаль» всегда придавала большое значение поддержанию чистоты в помещении. Конечно, в основном это происходило по деловым соображениям, но все-таки. Ола совершенно не выносила грязи, а Сурдье любил, чтобы все было на своих местах, чтобы он случайно ни обо что не споткнулся.

Я хочу сказать, что в мастерской Гризта был ужасный беспорядок, который на уровне подсознания казался мне чем-то оскорбительным. Вероятно, где-то здесь были столы, которые стояли на чем-то вроде пола, но разглядеть их было невозможно, так что мне пришлось принять на веру, что под огромными, гигантскими стопками книг, бумаг и странного хлама на самом деле находилось основание дома.

И учитывая то, как Гризт отодвинул огромную стопку бумаг и сел на одну из скамеек, я также принял на веру, что это его дом.

Я отставил арфу в угол:

– Серьезно, какой человек способен глянуть на новорожденного ребенка и заявить: «Я знаю, где его спрятать. Надо отдать его на воспитание в бордель».

Волшебник, прищурившись, глянул на меня:

– Но ведь отлично ж вышло?

Турвишар заморгал:

– Подожди, что? О чем ты говоришь?

– Он глава Людей Грифонов, Турвишар. Твой отец работал на него. Мой отец Сурдье работал на него. Это тот самый ублюдок, который дергал все эти ниточки. Но зачем? – Я уставился на него. – Какой во всем этом был смысл? Только из-за пророчеств?

Гризт прищурился, глядя на нас обоих:

– Откуда ты на хрен черпаешь информацию? Я признаюсь в том, что на меня работал Сурдье, но Гадрит Де Лор точно на меня не работал!

Турвишар вздохнул:

– В прошлой жизни я был Симиллионом. В этой жизни я был Цимиллионом. Надеюсь, ты понимаешь иронию того, что мой отец Санд назвал меня в мою же честь[667].

Гризт уставился на него, и, похоже, этим заявлением он был шокирован гораздо сильнее, чем моим появлением у него на пороге. И даже сильнее, чем то, что он нашел героя, который будет так славно обучен реинкарнации.

– Дерьмо. Так вот откуда ты узнал о моей мастерской.

– Гахан, неужели ты думаешь, что я поверю, будто ты понятия об этом не имел? – Турвишар не выглядел сердитым. Просто… разочарованным.

– Санд был моим подмастерьем, малыш. Если бы я знал, где ты, то сказал бы ему. Я не какое-то гребаное чудовище. – Повернув голову, Гризт принялся осматривать кучи вокруг себя, пока наконец не вытащил откуда-то бутыль и не вылил ее содержимое на пол. На лице волшебника появилось напряженное выражение. – Сурдье тоже был моим учеником. Жаль их обоих. Они были хорошими людьми.

У меня вдруг закружилась голова. Это было… совсем не то, чего я ожидал. Я бы сказал, что это было подобно тому, как если бы ты нашел семью, о которой никогда не знал, но со мной это уже случилось, и то, что происходило сейчас, было намного хуже.

Турвишар выглядел не менее расстроенным. Мы оба чувствовали, что уже не было смысла находиться здесь.

Гризт что-то сделал со своей кружкой, и она наполнилась жидкостью. Я задумался, вода ли это или что-то более опьяняющее, и если последнее, то почему он вообще болтался в баре борделя. Мужчина прислонился к стопке книг: