"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Лайонс Дженн - Страница 258

– Спасибо. – С этими словами она встала и, начертив в воздухе руны, открывающие Врата, вернулась туда, где проводила свои дни.

Как предположил брат Коун – в Манол.

Но сам он задержался на мгновение дольше, а потому увидел, как Релос Вар, тихо зарычав и глядя вдаль, откинулся на спинку стула. А затем, раздавив в руке металлический кубок так, что тот сжался в крошечный шарик, швырнул его в огонь.

41: Материнская любовь

Провинция Джорат, Куурская империя.

Через три дня после того, как Кирин не смог обмануть Гадрита

– Кирин, с тобой все в порядке? – спросила Джанель.

Кирин откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

– Как ты и сказала, мы знаем одних и тех же людей. Ну, по крайней мере, я знаю, что случилось с моей арфой.

Джанель уставилась на него:

– Ты играешь на арфе?

– Да, я играю на арфе. И Валатэя была моей… – Кирин замолчал, увидев, как брови Джанель поползли вверх. Затем он вспомнил, что Тераэт говорил о типажах. Он прочистил горло: – Все совсем не так. Мы с Тераэтом просто друзья.

– О, конечно, – согласилась Джанель. – Разве может быть иначе? Ты ведь бегаешь только за кобылами![379]

– Подождите, я не понимаю, – сказал Коун. – Вы говорите, что оба знаете – арфу? Я прошу прощения. Я думал, вы говорите о королеве Миянэ.

Кирин поморщился и, повернувшись к брату Коуну, поднял голову:

– Это не королева Миянэ. Да, у нее синие волосы, и они, вероятно, родственники, учитывая первый слог ее имени, но это не она.

– А кто?

Кирин несколько раз стукнулся головой о стол.

– Нет, как вы и сказали, Релос Вар любит нападать на людей, используя их семьи. Это была моя мать. И можно было бы пройтись по всем связанным с этим странным генеалогиям, но в игру вступил Кандальный Камень. Если мы застряли здесь всего на несколько недель, не уверен, что у меня хватит времени рассказать.

– Она, кажется, беспокоилась о тебе, – сказала Джанель.

– Да. Полагаю, она обратилась за помощью к Релосу Вару после того, как меня похитили, когда поиски, устроенные моим отцом, не дали никаких результатов. И Релос Вар сказал ей то, что она хотела услышать. Я не знаю, что бы она сказала, если бы узнала, что он послал кракена убить меня[380]. Он не хочет, чтобы я был здоров и находился в целости и сохранности. – Он покачал головой: – Я должен был догадаться. Я, демон раздери, должен был догадаться. Ну, разумеется.

Джейнел и брат Коун обменялись взглядами.

– Ладно, – сказала Джанель. – Теперь, я полагаю, мне следует рассказать часть истории о моей матери.

Рассказ Джанель.

Загробный Мир

Я поняла, что произошло, едва очнулась в Загробном Мире.

– Сын мула, – пробормотала я себе под нос и подумала, не умерла ли я действительно на этот раз. Может, мне дали наркотики или яд? И до тех пор, пока я не проснусь, я этого не узнаю.

Или так и не узнаю вообще.

***И ЧТО МЫ ТЕБЕ ГОВОРИЛИ О ТОМ, ЧТОБЫ БЫТЬ СЛИШКОМ ДОВЕРЧИВОЙ?***

Я выхватила меч и развернулась к Ксалторат. Ее тон указывал на то, что она совсем не планировала поболтать со мной, как мать с дочерью, о том, как культурно есть моллюсков.

– Возможно, на этот раз ты была права.

***ТВОЯ СМЕРТЬ НЕ ВХОДИТ В МОИ ПЛАНЫ. ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛА? Я НЕ ПОЗВОЛЮ, ЧТОБЫ ТЕБЯ УНИЧТОЖИЛА КАКАЯ-ТО ИЗБАЛОВАННАЯ МАЛЕНЬКАЯ ЙОРКА, ЧЬИ АМБИЦИИ РАСПРОСТРАНЯЮТСЯ ЛИШЬ НА ТО, ЧТОБЫ ПОСАДИТЬ СВОЕ ОТРОДЬЕ НА ТРОН.***

– Послушай, я не думала…

Она наотмашь ударила меня. Это, конечно, звучит так, как могла поступить благородная женщина с придворным, который вызвал ее недовольство. Но пощечина, нанесенная Ксалторат, отбросила меня на двадцать футов и попросту убила бы меня в Мире Живых. А затем она бросилась ко мне, размахивая глефой, которой еще мгновение назад не было.

Я полоснула ее мечом по животу, но рана мгновенно зажила. Я нанесла ей колющий удар, но она перехватила меч, лишь ухмыльнувшись тому, как лезвия резали ей ладони. А затем она сломала мой клинок и бросила обломки на землю позади меня.

***МНЕ ПРИДЕТСЯ ПРЕПОДАТЬ ТЕБЕ УРОК.***

Она потянулась ко мне.

– Давай… не сейчас, – сказал кто-то.

Ладонь Ксалторат сомкнулась на моей шее, и я закричала, чувствуя, как она, поворачиваясь на голос, потащила меня за собой. Перед нами стояла женщина.

Я вытаращила глаза.

У нее была коричнево-красная кожа и черные волосы, и ее глаза были похожи на мои. И пусть у нее не было ни лаэвоса, ни лошадиных меток, но все это казалось весьма незначительным расхождением. Правда, в отличие от меня, она была с головы до ног окутана в прекраснейший наряд, переливающийся всеми тонами зеленого, красного и фиолетового цвета.

Я сразу поняла, кто это был. Кто это мог быть. Тиа, Богиня Магии.

– Наша сделка разорвана, Ксалторат, – сказала она, – потому что ты обещала оберегать ее, и ты делала все что угодно, но только не это, не так ли?

Ксалторат рассмеялась и подняла меня, не обращая внимания на мою борьбу.

***ЗНАЧИТ, Я МОГУ СЕЙЧАС ЕЕ УБИТЬ, ТИА?***

– Ты не сделаешь этого, – сказала Тиа, подходя ближе, – иначе ты бы сделала это много лет назад. Может, тогда сразимся? До тех пор, пока твоя гордость не будет удовлетворена?

Ксалторат разжала пальцы и позволила мне упасть на землю:

***УЖЕ СКОРО. ПРОРОЧЕСТВА СБУДУТСЯ.***

– Это ты так говоришь, – сказала Тиа. – Посмотрим, не так ли?

***ДА, ПОСМОТРИМ.***

Я поморщилась и потерла шею, а затем огляделась в поисках обломков меча. Когда я подняла глаза, Ксалторат исчезла, и осталась лишь эта женщина.

Тиа.

Я уселась на земле, поджав под себя ноги.

Женщина обернулась:

– Джанель…

– «Наша сделка разорвана»? – спросила я. – И что же это за сделка? Откуда ты меня знаешь?

– Джанель, пожалуйста, позволь мне объяснить.

– Я прошу об этом же.

– Я твоя мать, – сказала Тиа. – Твоя настоящая мать.

Я изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Бешеная ярость сейчас бы не помогла.

– Всю свою жизнь мне говорили, что мою мать звали Френа. А совсем недавно сказали, что моя мать была танцовщицей. Ты не похожа ни на ту, ни на другую.

– Кто сказал тебе, что твоя мать была… ох. Дай-ка угадаю. Релос Вар?[381] – Она вздохнула и подошла ко мне. – Полагаю, что когда-то это описание было довольно точным. Однако прошло уже много времени. – Она села напротив меня, не обращая внимания на то, что ее красивое платье волочится по грязи.

Я уставилась на нее:

– Ты хоть представляешь, что все эти годы делала со мной Ксалторат?!

Моя мать отвернулась, на ее лице отразилась боль.

– Немного… представляю. Ничего этого не должно было произойти.

– Какое утешение!

Она поморщилась от горечи, прозвучавшей в моем голосе.

– Я тщательно подбирала тебе родителей. Они были хорошими людьми, которые хотели иметь ребенка и должны были хорошо тебя воспитать.

– Я любила их, – призналась я, чувствуя, как у меня сжимается горло.

– И я считала себя такой умной, – сказала она, – потому что, хотя я и следовала пророчествам, «рецептам», по поводу твоего отца, я еще сделала так, чтобы тебя было трудно найти. Я не пыталась удержать тебя. Я не оставила тебя ни с кем, кто имел хоть какое-то отношение ко мне. За исключением того, что Ксалторат каким-то образом знала это… И, напав на Лонеж, она дала ясно это понять. Так что у меня был выбор: согласиться на ее условия или смотреть, как она убьет тебя.

– Ты ведь богиня? – Я подняла взгляд от своих рук лишь для того, чтобы впиться в нее глазами: – Я имею в виду, что ты здесь, ты прогнала Ксалторат. Она назвала тебя Тиа. Ты одна из Восьми. И все же ты не смогла изгнать одного-единственного демона?