"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Лайонс Дженн - Страница 245

Брат Коун прищурился, глядя на волшебника. В те дни, когда он шел путем Вишаи, он встречал людей, которые были так травмированы, что, пытаясь защититься от травмы, поделили свой разум на хрустальные осколки. Он не думал, что Релос Вар мог так страдать.

По крайней мере, он на это надеялся.

Наконец он фыркнул и отвернулся:

– Это всего лишь оправдание. Вы лгали мне. Вы лгали всем и каждому.

– Давай поговорим об этом еще раз через несколько тысяч лет – после того, как тебе придется сотню раз изобрести себя заново и увидеть, как твои близкие приходят и уходят подобно падающим в лесу листьям.

Брат Коун пропустил это мимо ушей.

– Так кто же вы такой? Кто вы на самом деле? Если это, – он указал на тело Релоса Вара, – ложь и отец Зайхера – тоже, то как вы выглядите? Как ваше настоящее имя?

– Реваррик, – ответил Релос Вар. – Что касается того, как я выгляжу… – Он поморщился: – Я бы не хотел показывать. Неправильно проведенный ритуал привел меня в состояние, не подходящее для вежливого общения. Лучше его не демонстрировать. Каэн был бы расстроен, если бы я разрушил его дворец.

Брат Коун отвернулся и, обняв себя за плечи, поежился.

– Вы чудовище, – прошептал он.

– Нет, – сказал Релос Вар. – Это очень легко усваиваемая идея – быть чудовищем. Ужасным, злобным до самой глубины души, неспособным на исправление. Если я чудовище, то любой, кто противостоит мне, если мыслить логически, является героем, не так ли? – Он наклонился вперед: – Все не так просто. Иногда все ошибаются, и ты сам должен решить, чья неправота более приемлема.

Брат Коун даже не взглянул на чай. От чашки шел чудесно пахнущий пар, напоминающий ему об удобной лжи. Отец Зайхера никогда не был отцом Зайхерой. Он был чудовищем.

Релос Вар вздохнул и снова взялся за перо, обмакнул его в чернила и продолжил писать.

– Ты слишком драматизируешь, Коун.

– Я просто чувствую себя глупо из-за того, что не понял правды.

– С чего бы тебе ее понимать? И ты не идиот, Коун. Я не обучаю идиотов.

– Случай с бароном Тамином в знамени Барсина говорит об обратном.

Релос кашлянул:

– Признаю, что надеялся… на большее… от Тамина. – Он отставил чай в сторону и отложил перо. – Коун, я никогда не хотел предавать тебя.

Эта формулировка заставила брата Коуна вскинуть голову:

– Так вы признаете, что сделали это?

Вар выглядел печальным.

– Конечно. Разве может любой здравомыслящий человек истолковать это иначе? Тот факт, что я никогда не хотел причинить тебе боль, не отменяет того, что я тебя обманул, – и это не доставляет мне никакой радости. Быть под властью гаэша – крайне неприятно, но я не мог рисковать, что ты расскажешь Джанель обо мне.

Тот факт, что Релос Вар был прав – брат Коун обязательно бы рассказал Джанель об отце Зайхере, – ничуть не успокаивал.

– А теперь? Что вы собираетесь со мной сделать? Принести в жертву демону? Продать какому-нибудь йорскому аристократу, которому нужен целитель? Возможно, герцог заплатит за меня чуть больше металла…

Релос Вар улыбнулся:

– Вообще-то я собирался рассказать тебе все, что ты хочешь узнать. Объяснить весь план. Ответить на все вопросы, которые могли возникнуть.

Брат Коун замер.

– Что?

– У тебя, должно быть, есть вопросы или замечания. Ну, а ты… – Вар глянул на него. – Ну, ты мое наказание за то, что я так желал иметь умных учеников. Кто-нибудь поглупее и не смог бы сличить между собой магическую подпись Релоса Вара и подпись отца Зайхеры. – Он усмехнулся: – Сенера или Ирисия тоже могли бы догадаться, но, опять же, мне нужны умные ученики, и ты сам это поймешь.

Брат Коун уставился на него. Он знал, что Релос Вар льстит его самолюбию, и все это лишь для того, чтобы привлечь Коуна на свою сторону. С другой стороны, даже если гаэш Коуна не даст ему сказать ни слова, мог ли он позволить себе отказаться от возможности выведать планы Релоса Вара?

Вряд ли. Но о чем его спросить, если вопросов так много? Но в конце концов он все-таки понял, о чем важнее всего спросить:

– Зачем вы все это делаете? Чтобы захватить Куур?

Релос Вар не смеялся и не издевался. Он лишь задумчиво кивнул и отхлебнул чая:

– Меня, в отличие от Каэна или Королевских Домов, не волнует власть над Кууром. Это лишь средство для достижения цели. – Вар на миг замолчал. – Я пытаюсь спасти человечество. А это сложнее, чем ты думаешь.

Коун уставился на него:

– Спасти человечество? Вы уничтожили целое поселение. Или это были не вы?

– Нет, я, – согласился Релос Вар. – И поселение было далеко не одно. Их было гораздо больше. Мне не нравится убивать, но в своем стремлении спасти наш народ я бы пропитал землю кровью миллиона младенцев, если бы это было необходимо.

Коун, широко распахнув глаза, откинулся на спинку стула. Хоть Релос Вар отрицал это, ему прекрасно подходило определение чудовище.

– Коун… – Релос Вар покачал головой. – Я не ждал, что ты одобришь мои действия. Я был бы в ужасе, если бы вышло так. Но я надеялся, что после всех тех лет, что мы знаем друг друга, ты поверишь мне на слово, что это необходимо.

– Но я совсем вас не знаю. И этому нет никакого оправдания! Не существует ни малейшей отговорки, после которой это будет оправданно!

Релос Вар кивнул:

– Понимаю. Война – сама концепция войны – противоречит всему, во что верят вишаи. Я создал веру, которая позволила бы быть лучше, чем я есть. То, что мне это удалось, утешает, даже несмотря на все нынешнее разочарование. Я не скажу, что ты наивен или просто не понимаешь. Я только надеюсь, что однажды смогу создать мир, в котором такие люди, как ты, не станут жертвами… – Его губы тронула горькая улыбка: – Ну, для таких людей, как я.

Брату Коуну хотелось плакать. Ему хотелось кричать:

– Но это ведь не война!

– Это война. Единственное, в чем я полностью согласен с Восемью, – война никогда не прекращалась.

Брат Коун глубоко, судорожно вздохнул и отставил чай в сторону. Его чувства – возмущение, гнев и глубокую, бездонную боль – никак нельзя было контролировать. Но сейчас у него была прекрасная возможность. И он должен был воспользоваться этой возможностью. Этим шансом узнать как можно больше информации в надежде, – неважно, насколько слабой или невозможной она была, – что однажды он сможет поделиться своими знаниями с другими.

– А как насчет Джанель?

Релос Вар приподнял бровь:

– Извини?

– Как насчет Джанель? Вы исцелили ее. Вы помогли ей. Послали меня помочь ей. Она, должно быть, очень важна для вас и ваших планов. Как она связана со всем этим?

Релос Вар улыбнулся:

– Ты поверишь мне, если я скажу тебе, что существует пророчество?

– Четверостишие, которое Сенера читала у себя дома.

– И не только. Я знаю, что ты знаком с пророчествами. Я одолжил тебе несколько книг на эту тему, когда ты проходил этот этап в подростковом возрасте. Я полагаю, что удручающий процент этих катренов касается Джанель. В том числе и Джанель.

– Это демонические бредни!

– Демоны, сын мой, не воспринимают время так, как мы. Ужасно, но они действительно воспринимают время не так, как мы. Они говорят на универсальном языке гораздо меньше нас и связаны гораздо меньшим количеством правил. Мы не можем сбрасывать со счетов их прогнозы. Мне бы очень хотелось думать, что пророчества – это всего лишь издевка демонов, дергающих нас за ноги, но за тысячелетия я пришел к выводу, что вероятна гораздо худшая возможность: пророчества подлинны. И я не одинок в этой вере. Восемь Бессмертных так же привержены исполнению пророчеств – естественно, для собственного блага. И они управляют реинкарнациями тем способом, который совершенно недоступен моим способностям. Джанель – одна из их «участников гонки», созданная на заказ с учетом предсказаний тысячи демонов. И я должен отдать должное Тиа – еще одной, к счастью для нее, слишком умной ученице, – я почти что не мог найти Джанель. Если бы Ксалторат не выследил Джанель первым, у меня бы ничего не вышло.