Хозяйка заброшенной усадьбы, или Развод с драконом - Тирс Зена - Страница 6

– Налей ещё, Бертран! – произнёс я.

Я хотел выжечь из сердца леди Кейтлин. И не вспоминать о ней больше никогда. Я хотел, чтобы её аромат перестал меня преследовать. Сегодня он не отставал ни на секунду, и, идя сюда, в клуб, с Бертраном праздновать победу, я чувствовал запах бывшей везде: на улице, на площади, даже в нотариальной конторе, насквозь пропахшей чернилами – и там была она, Кейтлин…

Она была везде… Абсолютно.

И даже теперь, несмотря на витающие вокруг клубы дыма сигар, несмотря на множество ароматов чужих дам, я чувствовал едва уловимый запах мёда и спелой пшеницы и блуждал хищным взглядом по залу в глупой надежде увидеть Кейтлин…

9

Герцог Вильям ван Дрейк

Я блуждал взглядом по залу.

Кругом разносились отголоски болтовни, которую прерывал звонкий женский смех. Люди сидели, общались. В клубе все были в масках, скрывающих лица. Таковы были правила. На мужчинах – чёрные, бархатные, ничем не отличавшиеся друг от друга, а вот женщины украшали свои кто на что способен. Но были и специальные сигналы, указывающие на то, как обращаться с той или иной леди. Белые перья на маске, например, означали, что девушка пришла просто пообщаться и интим предлагать ей нельзя. Драгоценные камни на маске означали, что девушка ищет кавалера на всю ночь, и он обязан её ублажать. А вот маска, украшенная цветными стекляшками, говорила о том, что её обладательница пришла веселиться, готова общаться и вступать в разные связи и даже не с одним мужчиной.

Две девушки вошли в зал, и я оценивающе на них посмотрел. Хорошенькие, стройные. Брюнетка, судя по маске, искала того, кто ей покорится, а блондинка готова была покоряться сама.

Именно такую я сегодня и искал. Сегодня я намерен забыть леди Кейтлин. Выжечь её из себя навсегда.

– Ладно, извини, Вилл, что я всё это опять поднимаю, – сказал Бертран, наполняя бокалы: мне настойку, а себе ликёр. – У меня тост. За тебя! За то, что выкарабкался и сохранил свои владения! А значит, приданое Лидии дашь хорошее, я же скоро собираюсь свататься!

– Сестре ещё полгода учиться, аккуратнее, Берт! Но я рад, что мы породнимся, – ответил я.

Мы выпили, и я вновь уставился на тех двух леди. Тёмненькая была болтлива и разговаривала сразу с несколькими мужчинами в зале, а вот блондиночка, наоборот, чересчур смущалась – и её стеснение было видно, даже несмотря на маску. Интересно, ноги раздвигать она тоже будет, краснея и прикрывая глазки от смущения? Зачем тогда нацепила такую маску?

В штанах стало тесно, когда я представил себе, как укладываю девушку на постель. Её пряди, пробегающие меж моих пальцев и рваное стремительное биение сердца, как у птички.

Хочу её. Именно её, эту тоненькую блондинку с пышной гривой до самой задницы, она похожа на Кейтлин.

– Я уверен, ты очень быстро найдёшь новую хозяйку своего родового поместья! – сказал Бертран. – Стоит тебе снять маску – все леди сбегутся! Да, впрочем на тебя и в маске всегда глядят во все глаза, ты видный, даром что глава палаты министров. С кем из них хочешь побыть сегодня, м? – друг проследил мой взгляд. – С тёмненькой или светленькой?

Девушки проскользили мимо и сели за столик к чужой компании мужчин. До меня долетел аромат мёда и пшеницы, исходящий от блондинки. Её осанка, грудь, плечи…

Кейтлин.

Кара Создателя, так это моя жена!

Какого хрена она здесь делает?

Я как будто озверел и забыл, что лорд. Что член правительства! И целый герцог! Я встал, чтобы забрать её, схватить, снять маску… А что потом? Что?! Я пока не успел сообразить – слишком взбудоражен был появлением бывшей и слишком много горячительного было в моей крови.

Но Бертран схватил меня за плечо и вернул обратно на диван. Удивительно, как ему это удалось? Я тяжелее и сильнее друга раз в пятьдесят. Но, видимо, шесть бокалов гунджевой сделали меня податливым. Ещё бы, такая доза уложила бы слона.

Я убрал руку Бертрана с плеча и снова встал. Но Кейтлин уже убежала. Бросилась из зала прочь. Да так быстро! Я погнался за ней по коридору, расталкивая всех, кто не успевал отойти с пути.

Я шёл за ней по пятам, дважды почти схватил, но она ускользала. Её округлый зад под тонкой тканью рисовал будоражащую соблазнительную картину. Я ещё больше озверел. Что это вообще за платье такое? Где она его взяла?! Я должен издать закон, запрещающий такие платья!

А ноги? Разве законно иметь такие стройные ноги?!

А волосы… Волосы, а-а-а, это просто моя страсть! Я должен запретить женщинам носить длинные и распущенные волосы, а нарушительниц штрафовать и срезать локоны…

Когда Кейтлин испуганно замерла посреди коридора, я замер тоже, упёршись взглядом ей в спину. Она была очень близко, и я чувствовал её запах и запретное тепло её тела, как тогда, в брачную ночь, когда она спала. Её запах снова вскружил голову и окончательно одурманил.

Нет.

Я должен вернуть хладнокровие. Я просто пьян. Я не должен с ней видеться и тем более разговаривать. Это плохо кончится. Пусть уходит. Уходи, Кейтлин! Если ты сейчас уйдёшь – ничего не будет. Но если останешься, то я заберу тебя…

Она покрутила головкой по сторонам, словно испуганная птичка, не знающая, куда лететь.

Будь всё проклято!

Я шагнул вперёд, схватил бывшую и завалился с ней в первую попавшуюся комнату. Обнял её и начал страстно целовать.

10

Словно ураган, мужчина в маске внёс меня в комнату, озарённую лишь оранжевыми отсветами свечей. Охваченная новыми, яркими для себя ощущениями близости, я не успела ничего сообразить и даже толком испугаться. Сильные руки обняли меня за талию, крепко, но нежно, а горячие губы властно накрыли мои. Так сладко, горячо и по-хозяйски, что я застыла, поддавшись неожиданному наслаждению.

Как будто мечтала об этом поцелуе вечность!

По коже пронеслась сладостная толпа мурашек, поднимая волоски дыбом. Воздух вокруг заискрился, раздались хлопки магии, словно фейерверки, и в меня хлынул поток чистой силы. Сердце пропустило удар, и я тут же опомнилась: я тут не за этим! Мужчины не входят в мои планы, даже если… даже если так приятно целуются!

Я протестующе закрутила головой и выставила вперёд руки, желая оттолкнуть незнакомца. Но лишь отбила себе ладони. Мужчина был большим, твёрдым, как скала, и неотступным.

Он не остановился, а пошёл дальше: рванул платье на моей груди, поцеловал там, вызывая новую држь, а затем снова захватил в плен губы, и тогда я по-настоящему испугалась.

Я укусила его за язык, почувствовав солоноватый привкус крови.

– Ш-ш-ш, – зашипел он.

– Пустите! – рявкнула я.

Мужчина оторвался от меня, и невидимый магический поток перестал вливаться в мою душу. Я ощутила тянущую боль и опустошение, как будто из груди вынули что-то важное. Мне стало холодно. И вопреки здравому смыслу невыносимо хотелось продолжить целоваться с этими строгими губами и чувствовать сильные руки, рвущие на мне платье. Но это чушь, так нельзя.

– Как вы смеете?! Отпустите меня!

– Разве ты не за этим пришла, моя дорогая?! – прорычал мужчина низким, хриплым голосом, отчего-то показавшимся знакомым.

– Вы меня приняли не за ту, лорд! – выпалила я, дав звонкую пощёчину кавалеру, чтобы отпустил наконец.

Это отрезвило его, он отшатнулся, но не торопился отпускать меня. А я застыла, словно статуя, всматриваясь в глубокие прорези маски незнакомца.

Глаза мужчины полыхали не то синим, не то чёрным пламенем и источали ярость вперемешку со страстью. От него пахло опасностью, сводящей с ума. Казалось, воздух между нами вот-вот пробьёт разрядом молнии. Незнакомец либо возьмёт меня сейчас, либо убьёт на этом самом месте – другого не дано.

Мне кажется, или я уже глядела в эти глаза раньше? Но тогда в них не было столько жестокости.

– Не за ту?! – усмехнулся незнакомец. Вновь приблизил лицо, жадно втягивая воздух. – Да что ты такое говоришь, Кейтлин? Разве я мог принять тебя не за ту?! Хоть прячь ты лицо, хоть нет! – мужчина сорвал с моего лица маску и пристально поглядел на меня.