Шайтан Иван 5 (СИ) - Тен Эдуард - Страница 35

Во многих беседах со своим уже зятем, граф много спорил и высмеивал его, как тогда казавшиеся наивными мысли о высокой политике. Сейчас же, вернувшись к работе в Коллегии, он вдруг осознал насколько проста и убедительна схема международных отношений нарисованная Иваном. Англия, разбогатела на грабеже заморских колоний и как паук плетёт золотую паутину превращая друзей в должников. Франция, это революционный шакал, претворяющийся львом и с её непомерными амбициями на мировое лидерство. Пруссия и Австрия, европейские дворняжки лающие и пытающиеся заявить о себе. Испания и Португалия, потрёпанные красотки бездарно профукавшие свои колоссальные финансовые возможности, но всё равно пытающиеся влиять на европейскую политику. И что же Россия, имея огромные запасы всего необходимо для стабильного развития, выступает в роли здорового Иванушки дурочка, который смотрит в рот заграничным зазывалам. Они водят его за руку и говорят что надо делать, а что не надо. После каждой авантюры, в которую нас втягиваю, мы с побитой мордой и идиотской улыбкой радуемся похвале заграничного господина. Они все нас боятся и ненавидят. Нашей огромности и самодостаточности. Как только мы выскажемся о своем интересе к чему-то, они, несмотря на свои разногласия, объединяются и хором начинают мутузить нас. Вот и вся политика на пальцах. Тогда граф весело смеялся над мужицкой простотой Ивана, а сейчас стало не до смеха.

По последним донесениям барона фон Белова, назначенного год назад послом в Турцию, наши связи и влияние при дворе султана практически полностью утрачены. Английские военные инструктора, французские военные инженеры в большом количестве находятся в армии султана. Строгается огромная дубина. Для кого? У кого-то остались сомнения?

Со всем этим графу предстояло идти на доклад к императору. Самое печальное, граф не знал, что необходимо предпринять в первую очередь. У него не было конкретного плана действий. Назначения графа на должность окончательно испортили его отношения с Нессельроде. Он, понимая кто настоятельно назначал графа и не мог отказать, поэтому молча и демонстративно выказывал своё недовольство. Деятельность граф в своем отделении встряхнуло тихое болото, чем вызвала неудовольствие некоторых чиновников уютно пребывающих на своих должностях. Мало того трое были уволены, заместитель был вынужден уйти в отставку. По всей возбуждённой Коллегии пошли разговоры о крайней резкости и нетерпимости графа, который сводил счёты со своими прежними оппонентами.

Зимний дворец. Кабинет императора Николая.

Цесаревич привычно присутствовал при докладе Бенкендорфа сидя в кресле за спиной отца, слева. Он редко вступал в разговор. Молча присутствовал.

Выслушав очередной, еженедельный доклад Бенкендорфа, император спросил.

— Александр Христофорович, что происходит в иностранной Коллегии. Нессельроде просит угомонить графа Васильева.

— Ваше величество, я говорил с его сиятельством и он в своё оправдание предоставил мне документы по которым в его восточном отделении числится тридцать четыре человека. Из них, в реальности, исполняют службу шестнадцать человек. Остальные числятся или просто время от времени присутствуют. А когда я увидел суммы, которые регулярно получают данные сотрудники, то совершенно растерялся. Прошу вас ознакомиться. Бенкендорф положил на стол перед Императором несколько исписанных листков. Николай внимательно причитал их.

Он долго молчал.

— Вы уверены в правдивости написанного?

— Да, ваше величество. Мною был отдан приказ негласно проверить сведения, всё совпадает. Помимо этого вскрылись факты присвоения должностных окладов не работающих служащих и множество мелких нарушений. Не сомневаюсь, что подобные нарушения наличествуют в других подразделениях Коллегии. Ваше императорское величество…. — Бенкендорф замолчал, как бы раздумывая, стоит ли продолжать.

— Что же вы, Александр Христофорович, продолжайте. — раздражённо проговорил император.

— Вчера я получил предварительную докладную о работе моего сотрудника посланного на Кавказ, для проведения аудиторской проверки интендантской службы. Надворный советник Куликов. Я вам докладывал ранее по поводу докладной записке полковника Баровича, начальника жандармского управления Кавказского округа. За два месяца работы Куликов собрал материалы по всем доказуемым делам. С его слов это только половина по чему он закончил вести расследования. Масштабы коррупции и воровства ужасают.

— Где этот доклад? — лицо императора потемнело от едва сдерживаемого гнева.

— Он у меня, ваше величество, я не успел полностью проработать его.

— Хорошо, после предоставьте его, с вашими пояснениями и задерживайте, Александр Христофорович.

— Слушаюсь, ваше величество. Разрешите быть свободным.

— Да, не задерживаю вас более.

Бенкендорф поклонился и вышел из кабинета. Повисла тягостная тишина. Александр, понимая в каком состоянии находится отец, не решался начать разговор.

— Что ты думаешь обо всем этом, Александр?

Цесаревич встал и обойдя стол сел в кресло перед Николаем. Их взгляды встретились.

— Скажу тебе по чести, сын. Я боюсь читать сей доклад. — Столько горечи и разочарования было в его словах, что Александр растерялся. Он никогда не видел отца в таком подавленном состоянии.

— Невозможно всё время прятаться от правды. А посмотреть её в глаза не хватает мужества. Если по справедливости наказать виновных, то боюсь у нас не останется чиновников и служащих. Закрывание глаз на мелкие нарушения толкает эту ненасытную братию к ещё большему преступлению. Я чувствую своё бессилие против этой язвы, которая разъедает наше государство. С моего попустительства, воровство и взяточничество превратилось в систему, сын, ты понимаешь это!!! От канцеляриста до сенатора, всё в круговой поруке лжи и обмана. — Он с силой грохнул кулаками по столу и замер. Николай сидел за столом оперев своё большое тело на локти со сжатыми кулаками. Вся его поза кричала о безысходности и отсутствии сил.

После длительного молчания Александр начал говорить, негромко, но так, чтобы его венценосный родитель слышал.

— Отец, не так давно, один человек, во время нашего спора сказал: Государство, это как конюшня. Есть хозяин, есть лошадь — рабочая сила, которая обеспечивает государство доходом. Лошадь требует корма и она гадит, много гадит. Это дерьмо и есть воровство, мздоимство и прочая непотребность. Но это естественный продукт жизнедеятельности лошади. При всём нашем желании мы не можем от этого избавиться. Остаётся два варианта. Первый, ежедневно, засучив рукава, лопатой, вычищать дерьмо и стараться содержать конюшню в более или менее приглядном виде. Да, есть душок, но терпеть можно. Второй, махнуть на все рукой и смотреть, как дерьмо копится, слой, за слоем. Утаптывается и уплотняется, постепенно заменяя пол конюшни и становясь её покрытием. Лошадь от грязи и отсутствии ухода, начинает болеть и, следовательно, плохо работать. И в окончательном итоге хозяин стоит на грани разорения. Поэтому пока не поздно нужно взять лопату в руки и вычищать дерьмо из конюшни. Чистить из-за дня в день, устраняя все последствия предыдущего бездействия.

Александр замолчал. Отчаянье, безысходность сошла с лица императора. Он задумался.

— А лопата в руках хозяина, это жандармы и полиция. Хозяин я, лошадь — государство Российское. — пауза осмысления. — Что же, оригинальное сравнение и я догадываюсь кто рассказал тебе эту притчу. Граф Иванов Васильев, я прав? — улыбнулся Император.

— Вы, как всегда, правы, ваше величество. Поэтому не время предаваться унынию. Мы с вами засучим рукава и будем чистить Российские конюшни. Каждый день, частями, а то можем надорваться.

Воспрявший Николай с теплотой посмотрел на Александра.

— Ты повзрослел Александр. Спасибо тебе за умную поддержку. Думаю мне не стоит переживать в чьи руки передать бразды правления. И прости меня за вспышку моей слабости. — смутился император.