Шайтан Иван 5 (СИ) - Тен Эдуард - Страница 18

Предложение императора о назначении графа Васильева начальником восточного отделения Министерства иностранных дел было вполне разумным. Зная прежнюю историю конфликта Нессельроде и Васильева, с вынужденным выходом в отставку последнего. Можно было уверенно предположить, что граф будет серьёзным противовесом Нессельроде в министерстве. Нессельроде поймёт, кто стоит за Васильевым и не рискнёт давить на него. Вполне рабочий вариант, нужно поддержать императора с решением о назначении. Присвоить Васильеву чин действительного статского советника. Направить его деятельность в нужном направлении, хотя бы несколько лет, было бы существенной помощью для задуманного. Раскрывать весь план полковника с образованием Аварского ханства дружественного нам, пожалуй лишнее.

Глава 13

Ранним утром Хайбула с Гасаном сели на лошадей, как с поста прибежал караульный.

— Лазиб, приехал Хамид, просит встречи с Хайбулой.

Радостное настроение Хайбулы мгновенно улетучилось. Он нахмурился, и его лицо выражало крайнюю степень раздраженности.

— Хайбула, ты должен поговорить с Хамидом. Он один из самых уважаемых предводителей у Карахцев. — тихо сказал Гасан.

— И самый доверенный человек Абдулах-амина. — тихо ответил Хайбула.

Лазиб вопросительно смотрел на Хайбулу.

— Хорошо, я поговорю с ним. — принял решение Хайбула слезая с лошади.

Они сидели напротив друг друга, два авторитетных предводителя повстанцев. За спиной Хамида стояли Карахцы, большая группа независимых горских общин и он был доверенным человеком Абдулах-амина, который присоединился к нему с самого начала восстания. Хамид был ярым сторонником войны, но не фанатиком. Слыл храбрым воином, но слабым тактиком и стратегом. Хороший партизан и только. Он с уважением относился к Хайбуле, признавая его умения, как военного предводителя. Неожиданно произошедший раскол между Абдулах-амином и Хайбулой серьёзно встревожил его.

— Как твоё здоровье, Хайбула? Слышал, тебя пытались убить и серьёзно ранили?

— Да, пытались, но я выжил, как видишь. Пока не отошел до конца. За чем ты меня искал? — холодно спросил Хайбула.

— Абдулах-амин очень переживает за тебя. Надеюсь ты не думаешь, что он причастен к этому покушению. Хайбула, ты не должен думать так, это наши враги пытаются поссорить нас. — Хамид говорил спокойно, стараясь быть убедительным. Хайбула усмехнулся.

— Расскажи мне Хайбула, как всё произошло?

Хайбула промолчал.

— Я ехал по дороге в сопровождении четырёх воинов. Внезапно раздался залп. Меня ранило в бок, лошадь погибла. Во время падения сильно ударился головой и мою ногу придавило. Очнулся много позже у костра незнакомых воинов. Их было не менее полутора десятков. Спросил кто они и зачем напали на меня? — Хайбула замолчал, как будто вспоминая прошлое событие. Подобные разговоры были неоднократно отрепетированы им и обкатаны на своих людях. Хамид напряженно молчал ожидая продолжение рассказа.

— Их предводитель ответил: В тебя стреляли в упор четыре человека, но ты остался жив.

— Почему вы не добили меня?

— МашааАллах (Так пожелал Аллах) — ответил он.

На мой вопрос, кто пожелал моей смерти? Он ответил: Тот, кому ты доверял больше всего. Утром они оставили мне немного сухарей, воды и ушли.

В комнате повисла тишина. Хамид молчал переваривая услышанное. Потом нерешительно спросил. — Но почему ты решил, что это Абдулах-амин?

— Потому что я верил ему больше всех! — зло выкрикнул Хайбула наклонившись вперёд. Хамид невольно отшатнулся.

— Что ты намерен делать? — спросил Хамид после длительной паузы.

— Не знаю, Хамид. Всё это время пока лечился, думал, за что мы воюем, Хамид?

Хамид опешил.

— Хайбула, о чём ты говоришь? — заволновался он. — Мы боремся за свободу против русского царя, который хочет превратить нас в своих рабов. Мы создаем своё государство, свободное и независимое. Как ты можешь так говорить, после стольких лет борьбы и пролитой крови?

— Пролитой крови…, независимое государство… — почти шепотом повторил Хайбула смотря в глаза Хамиду. Хамид растерялся окончательно увидев во взгляде Хайбулы усталость, разочарование и больше ничего.

— Чьей крови, Хамид? Независимость от кого? — устало проговорил Хайбула. — Ты не думал об этом?

— Как, чьей, наших врагов. — автоматически бросил Хамид.

— Хорошо, кровь русских, а кровь аварцев, наших братьев и сестер, детей?

— Они предатели, продались русским. — Нахмурился Хамид сжимая рукоять кинжала, чем выражал свой гнев и растерянность.

— И в чём заключается их предательство? В том, что они не хотят воевать с русскими, работают, торгуют с ними и живут богаче нас, горцев. Не смотри так на меня, ты знаешь, что я прав. Мы и раньше совершали набеги на равнину, что бы грабить. Независимость? От кого независимость? От России? Да мы так бедны, что не нужны ей и даром. Единственное, что Россия хочет от нас, это чтобы мы жили мирно и не совершали набеги на их поселения. Вот и вся наша ценность, Хамид. Ты говоришь государство! А ты знаешь что это такое? Абдулах —амин создаёт государство, нужна армия, нужны наибы, судьи, сборщики налогов и много других, чтобы содержать их, нужно собирать налоги. Он назначит тебя наибом Карахцев и заставит собирать налоги. Твои люди откажутся платить ибо они не так богаты, чтобы содержать кучу чиновников. Абдулах-амин силой заставит вас платить. И что? Вы восстанете и опять начнёте борьбу за независимость и свободу. В конце все равно проиграете, вас слишком мало.

Хамид молчал ошеломлённый тем, что сказал Хайбула. Точно так же молчал Хайбула, просто уничтоженный простыми и понятными доводами Шайтан Ивана. Много позже Хайбула пытался найти хоть что-то, чтобы возразить ему, но так не нашёл слов. Вот и сейчас Хамид мучительно пытался найти доводы, чтобы возразить Хайбуле, но не находил их. Ошеломлённый и потерянный Хамид сидел с остановившимся взглядом, не в силах осмыслить услышанное. Хайбула понимая состояние Хамида, не мешал ему.

— И что теперь нам делать? — Голос Хамида был как у ребёнка потерявшегося в горах.

— Не знаю Хамид. Я так же, как и ты, потерял смысл своей войны и не знаю, что делать. Мы с тобой, как вожди, которым верят люди, не можем просто так посылать их на смерть ради чужих выгод. Поэтому я сижу и думаю, как жить дальше. Я понимаю цель Абдулах-амина, но я не понимаю, что я должен делать находясь рядом с ним.

— Значит ты не поедешь на встречу с Абдулах-амином. — Сделал свой вывод Хамид.

— Нет, пока я не решу, как жить дальше, я не буду встречаться с ним. Он скажет, что я предатель. Я не предатель Хамид. Я с уважением отношусь к тебе и поэтому откровенно говорю с тобой, ничего не скрывая.

— Я услышал тебя, Хайбула. Мне нужно ехать.

Они говорили несколько часов. Хамид отказался разделить трапезу с Хайбулой и хмурый уехал с двумя воинами, которые сопровождали его.

— Что ты сказал Хамиду, что он отказался разделить хлеб с нами. — спросил озабоченный Гасан.

— Правду, брат. Она ему не понравилась. Поехали, мы и так потеряли много времени.

Дауд войдя в комнату сказал.

— Пора, Иван, нас ждут.

Мы выехали из селения. Не доезжая версту до вершины перевала, свернули на мало заметную тропу. Помимо Дауда со мной были Паша, Аслан, Савва и Эркен. Дауд прекрасно знал аварский и должен быть переводчиком. Тропа действительно была непростая, но вполне проходимая. Только несколько раз приходилось осторожничать и вести Черныша в поводе. К вечеру мы спустились и через час подъезжали к селению Арди, у начала дороги на перевал. Нас встретили и провели в дом старейшины селения. Мы с Даудом вошли в большую комнату в которой сидело больше десятка старейшин. Никто не встал. Нам указали наши места. После того как мы расселись, все продолжали настороженно изучать меня. Не все старейшины были старцами убелёнными сединой. Были мужчины сорока, пятидесяти лет. Старейшина, лет шестидесяти, наконец прервал молчание.