Антидемон. Книга 21 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 40

Значит, второй вариант — стандартный, к которому я уже прибегал раньше. Ворваться к Гареюку, использовать «Болтун», заставить письменно признаться во всех грехах против Аргента. Отнести или подкинуть это письмо Келерту, который, ознакомившись с ним, немедленно начнет действовать. Пошлет людей арестовать Гареюка, который будет мирно спать в своем доме, не подозревая, что очнется уже в королевской тюрьме Аргента.

Но! В этом случае у ректора Королевской Академии Магии могут быть неприятности. Келерт немедленно доложит королю, что в его академии с разрешения его брата обосновались шпионы Нумеронга. Ничего хорошего для отца Джоан. Особенно учитывая тот факт, о котором я узнал, что он и пригласил этого Тезеруса поработать в академии, не подозревая, что он шпион Нумеронга. А Нумеронг ведь и секту «Новых практиков» поддерживает, как я догадывался раньше, а теперь точно знаю из показаний призраков. Нет, мне точно не стоит так подставлять ректора. Неохота проверять, насколько радикальные действия разгневанный король может предпринять. Он сильно нервничает из-за секты, уже и сына своего потерял. Мало ли вообще выгонит брата из академии, лишив его поста ректора. Нам новый ректор ни к чему… С герцогом Картаном в качестве ректора нам в академии максимально уютно.

Значит, нужен третий вариант… Пойти, что ли, прямо сейчас к герцогу Картану и рассказать ему, что наш клан ликвидировал этой ночью трех шпионов Нумеронга? А также почему ему стоит хорошенько подумать, прежде чем бежать с этой информацией к королю…

Нет, тоже не вариант. Ректор, конечно, мне доверяет. Но идти к нему с информацией, что ночью мы убили профессора его академии и двух его помощников, без веских доказательств, что они шпионы Нумеронга, все же не стоит. Любое доверие небезгранично… Конечно, я могу предложить схватить Гареюка и выяснить все у него на допросе, но тут тоже возможны варианты. Пока мы все это с ним будем обсуждать, Гареюк может сбежать из города. Он же профессиональный шпион, у него чуйка на неприятности должна быть хорошая. Или, если его все же схватят, он может помереть на допросе у палача. Мало ли у него сердце больное… Или есть способ самому себя убить, чтобы не сболтнуть лишнее. У убитых Эрли этой ночью магов такие способы были… Шпионы все же, их такому учат на всякий случай. Всем выгодно — и королевские секреты останутся скрыты в случае их добровольной смерти, и пойманные шпионы, прекрасно понимая, что никто с ними цацкаться не будет, избегают длительных пыток… Ну да, учитывая, что сейчас никто призраков не умеет поднимать, чтобы с ними пообщаться, схема вполне рабочая…

Так что третий вариант тоже не годится. Тем более, как же мне сразу не пришло в голову! Не должен Гареюк живым попасть в руки королевских палачей. Он же знает про то, что нам известен секрет «Могучих»! Это не та тайна, которую стоит выдавать в чужие руки… Даже Драску точно не стоит знать об этом, тем более что пока ему сообщат по цепочке, об этом узнает куча народу. К кому тайна попадет в итоге, если станет известна слишком большому кругу лиц, не хочется даже проверять… В Нумеронге, вон, сам король решил послать шпионов по нашу душу. И такая же реакция возможна от слишком многих других могущественных лиц… Устанем убивать посланных за нами похитителей и убийц… А ведь однажды у них все же может получиться задуманное…

Ладно, не буду терять время, нужно срочно отправляться в дом Гареюка… Детали буду уже на ходу додумывать… Нужно больше времени для размышлений, голова работает туго — неудивительно после бессонной ночи…

Было уже десять часов утра, так что эспандер использовать для быстрого перемещения по крышам было невозможно. Пришлось загримироваться и скакать на лошади. Еще двадцать пять минут.

В дом Гареюка я постучал, сильно опасаясь, что уже опоздал. Но нет, его слуга открыл мне. Пароль я у призраков выведал. Конечно, предполагалось, что после операции с резидентом свяжутся по коммуникационному порталу, но резервные способы тоже были запланированы. Мало ли какие проблемы будут с портальной связью. Все же Королевская Академия Магии Аргента одна из самых могучих и древних во всем мире, после такого чрезвычайного происшествия, как исчезновение одной из студенток, администрация может задействовать что-нибудь совсем неожиданное, благо под рукой один из древнейших усадебных артефактов в мире. Так что я назвал пароль:

— Карстер из Лунного братства передает привет!

Кивнув мне, слуга тут же повел меня внутрь дома к Гареюку.

Тот, увидев по лицу слуги или данному им знаку, что я сообщил пароль, тут же взволнованно кинулся ко мне с вопросом:

— Ну что? Какие вести?

И закашлялся, вдохнув порошок «Болтуна», что я швырнул ему в лицо. Сделав это, впрочем, незаметно для слуги, стоявшего за моей спиной. Для него все выглядело так, словно господин внезапно подавился. Нервничает, горло пересохло, бывает…

Шагнув от него назад и в сторону, чтобы не вдохнуть случайно собственного порошка, я обеспокоенно велел слуге:

— Тащи стакан воды! Быстро!

Тот моментально исчез, а Гареюк уже был в моем полном распоряжении.

— Чем я могу быть полезен господину? — спросил он, щерясь в старательной и оттого противной улыбке. Есть люди, которым улыбаться совсем не идет…

Я подождал возвращения слуги, велел Гареюку выпить воду и сказал, обращаясь к слуге:

— Уйди из дома до завтра. Переночуй в городе. У нас важные секреты.

— Выметайся! Быстро! — заорал на него Гареюк, радуясь возможности мне услужить.

Слугу как ветром сдуло. Только хлопнула через несколько секунд входная дверь. Уж этот точно понимает, что не надо злить своего опасного хозяина…

Конечно, я буду мстить за попытку убийства моей сестры. Поэтому следующие десять минут, очень спеша, я посвятил допросу Гареюка, выясняя, кто в Нумеронге и Аргенте оказывал содействие в этой операции. Узнал также имена предателей среди аристократии и в Королевской Академии Магии Аргента, что оказывали содействие Нумеронгу. Ну хоть в академии это были мелкие сошки, двое слуг и один повар, а вот что касается аристократов, то среди них на Нумеронг работали аж два графа и один барон. Причем один из графов пользовался большим доверием канцлера… Это ж сколько грязи придется вычищать…

Выяснил и про тайники с фондами на проведение операций и со всякими секретными бумагами. Кое-что было в доме, кое-что придется забрать позже из других мест.

Конечно, у резидента шпионской службы Нумеронга бумага и чернила всегда были при себе, и в изобилии. Так что мы переместились к его столу, и я потребовал от него написать письмо на имя посла Нумеронга в Аргенте, с которым он так плотно работал. Мол, раскаивается во всем том зле, что раньше принес людям, уходит в одну из сект, которая проповедует мир и ненасилие, а чтобы раскаяние его было полным, выдал Тезеруса и его подручных Королевскому корпусу стражей Аргента. Мол, именно это задание по похищению, пыткам и убийству молодой беззащитной девушки заставило его понять, какими ужасными делами он занимался и как злы на него боги…

Кажется, что полная ерунда, но нет. Мне ли не знать! Много мне историй в будущем в армии рассказывали о жестоких и свирепых преступниках, которые совершенно неожиданно для окружающих вдруг раскаивались и начинали вести праведный образ жизни. Я сам сражался с несколькими из них бок о бок. Так что есть шанс, что посол поверит. И тогда вопрос о том, кто виновен в таком ужасном провале шпионской службы Нумеронга, будет иметь ответ, в котором будет фигурировать вовсе не мое или Эрли имя. Что нам и надо…

Но это ладно, это для посла. Он знает, чем должны были заниматься шпионы Нумеронга в Аргенте. И письмо это никто в Аргенте кроме него не прочитает. А вот какое признание Гареюк должен написать для ректора и короля? Сразу решил, что никак упоминать в нем Эрли нельзя. Это привлечет к ней ненужное внимание. Даже если изъять упоминание про тайну «Могучих», станет ясно, что у нее есть какая-то другая тайна, что понадобилась нумеронгцам. Драск может решить, что ему это тоже надо. Не стоит давать уже ему основание для похищения и пыток Эрли, чтобы узнать эту тайну. Человек он циничный, он вполне может отдать такой приказ, рассуждая, что раз это так понадобилось королю Нумеронга, то пригодится и ему.