Договор (СИ) - Видум Инди - Страница 50

Настало время проверить кристаллы, которых набралось у меня куча мелких и шесть крупных. Все я так торопливо прятал, что даже не успел понять, пустые они или нет. Из шести крупных со сродством оказался только один. И сродство это было к Земле, два кристалла с заклинаниями к которой у меня лежали.

Из мелких два оказались с заклинаниями Природы: Цепкие лапки (позволяют карабкаться по любой поверхности) и Природная регенерация (восстанавливает днем магическую энергию, ночью — здоровье, пассивное умение, действует одновременно с регенерацией обычной). Если вспомнить, сколько раз я контактировал с хищными растениями, то со сродством к Природе, я мог бы заполучить эти и другие навыки без использования кристаллов. Однозначно, сродство к природе нужно брать, и срочно. Как только Валерон вернется, сразу у него заберу кристалл с Природой и использую, благо месяц после использования кристалла со сродством к Тени уже прошел.

Один кристалл содержал алхимический рецепт Живая смола. Использовать его без сродства к алхимии смысла нет.

Еще два кристалла были со схемами механики. И если по одной, Вечное огниво, у меня вопросов не было, то вторая использована быть не могла, потому что внезапно она оказалась всего лишь частью рецепта. К ней следовало добавить еще одну и использовать слияние, которое бы дало целый рецепт «Железный паук». Этот кристалл выглядел целым, то есть не был ломом, в отличие от половинок, соединив которые я получил Валерона. Такого варианта мне не попадалось до прокачки навыка Видящий на следующий уровень. Что если раньше у меня просто не было возможности обнаружить такие и они шли как пустые обычные? Это требовало проверки. Для которой нужны кристаллы. Как показала практика, легче всего их получить из тварей зоны. При этом есть еще вероятность зацепить нужные навыки.

Но практика, опять же, показала, что моих навыков и экипировки не хватает даже для прогулок по окраине. Я вспомнил стоимость одежды для зоны и загрустил. Это мне еще минимум пятьсот рублей только на нее нужно. А артефакты? Теоретически их можно взять в аренду, но на это тоже деньги нужны. Сделать самому пока не вариант.

Из оружия у меня, опять же, только топорик, купленный у Матвея. Топорик хороший, не спорю, но к нему бы ножик и арбалет хотя бы. Оружие лжевоенного я решил не использовать, пока не узнаю, есть на его вещах привязка.

За размышлениями я чуть было не забыл про молебен. Хорошо, он сам о себе напомнил раскатистым колокольным звоном. Я еще раз проверил, убралось ли Сокрытием сути все ненужное для внешнего показа, после чего запер дом и калитку и направился в церковь, куда редкими ручейками уже стекалась паства.

Надо сказать, что в этом мире благодать Божья была не фигуральным понятием, а вполне себе имеющим внешние проявления, отличные от проявлений магии. Стоило тому же толстенькому отцу Тихону начать молебен, как он сразу преображался, становясь выше, плечистей и внушительней, а от его фигуры начинал исходить золотистый свет. Поговаривали, что это признак истинной веры и, если свет исчезал, то священник отправлялся в монастырь, где молитвой и постами возвращал себя в нужное состояние. Монастыри стояли на так называемых местах Божественной силы, поэтому для меня это действие походило на подзарядку. Я подозревал, что достаточно просто так там находиться, без постов и молений, чтобы получить нужный эффект. Своими размышления, разумеется, ни с кем не делился. Прослыть безбожником проще простого, а отмыться от этого будет куда сложнее.

— Благословен Бог наш всегда, ныне и присно, и во веки веков!

Зычный голос летел по церкви в полную силу, потому что все остальные звуки пропадали, лишь только начиналась молитва. Вспыхивал огонь в лампадах, озаряя иконы, скорбно глядящие на грешащих людей. Вспыхивали буквы на страницах Евангелия, отбрасывая тени в форме ангельских крыльев. Вспыхивала вода в чаше, превращаясь в живительную исцеляющую влагу.

Молебен закончился благословением, при котором на верующих сошел золотистый туман благодати. И если раньше он просто давал толику бодрости, то нынче я почувствовал выжигание внутри меня чего-то темного. Чего-то, принесенного из зоны. Неприятное открытие. Вот почему артельщики никогда не пропускают молебны — боятся заразиться Скверной, а вовсе не испортить отношение с церковью.

Об этом я осторожно поинтересовался перед началом занятий у Уварова. Мол сходил в зону, а потом почувствовал на молебне странность.

— Это кто ж тебя взял? — внезапно возмутился он. — Ты ж не готов к зоне-то.

— Да мне фактически экскурсию устроили к лесу, — пояснил я. — Мне нужно было дерево для изделия, они меня взяли с собой и охраняли так, что муха не проскочила.

Проскочил только пустотник, и тот — с подарком.

— А, деминские? — сообразил Уваров. — Они как раз заказ у алхимиков взяли.

— Они.

— Много заплатил за сопровождение?

— Ничего не платил.

— Быть того не может, — изумился он. — Чтобы Демин — и бесплатно кого-то вел?

— Они посчитали себя должными мне за продажу проблемного дома. Конфликт у меня с астафьевскими вышел.

— Да ты чо? — вытаращился на меня Уваров.

Я рассказал и ему, и подошедшим к этому времени Прохорову и Никитину события того дня, не забыв упомянуть о ментальной атаке. И что справка у меня от целителей есть, тоже сказал.

— А в полиции чо?

— Говорят, вторую сторону допросить не удалось — артель Астафьева рано утром из Дугарска ушла. Демин на контроле держит, потому что Мазин был из их артели.

— Эт когда астафьевские слиняли?

— Аккурат в тот день, когда украли куски реликвии, — осторожно наводил я собеседников на нужные мысли. — То есть скоро вернуться должны.

— Должны да не обязаны, — задумчиво заметил Уваров. — Сдается мне, они как-то в краже замешаны.

— Как пить дать, — согласился Прохоров. — Сволочи они. А ихний Михайлов — ваще первостатейная сволочь. За простенький ремонт дерет, как за изготовление новья. Да и остальные — то еще дерьмо. Правду значит, болтали-то, что воздействуют как-то на людев, чтобы в зону вытащить. Повезло тебе, Петр, что отбился и с ними не пошел.

— С кем попало ваще в зону не ходи, плохо закончится, — резюмировал Уваров.

— Я не собирался. Но не мог такую возможность упустить.

— Заказал бы им деревяшку-то.

— А как же собственноручно добытые материалы?

— То есть тебе железяки не нужны? — уточнил Прохоров, вытаскивая две довольно длинных трубки. — Припер, как договаривались.

— Нужны, как не нужны, — возразил я и забрал у него трубки. — Но это под другой проект пойдет. Под мой использую собственноручно добытое, чтобы качество получше было.

— Сказки то, — насмешливо хмыкнул Уваров.

— Не знаю. Я вон за первый ремонт бонус получил, хочу сделать всё, чтобы и за первое изделие получить бонус. И само изделие тоже чтобы его получило.

Насколько я понял, бонус будет получать первое изделие каждого типа, главное соблюсти все условия по материалам и особо не косячить при изготовлении.

— Что делать-то собрался?

— Арбалет. Схему с кристаллов механизмусов получил, что у Демина купил.

— Хорошая задумка.

— Согласен. Так что всё-таки делает молебен? Выжигает Скверну?

— Не, не Скверну, — авторитетно ответил Уваров. — Со сродством к Скверне люди на молебен ходят — и ничо у них не выжигается. Но что-то чистят, это точно. Для здоровья пользительно, все болячки выжигает-то.

— Сродство к Скверне? — удивился я. — В справочнике его нет.

Скептические ухмылки появились на лицах у всех собеседников.

— Церковь не одобряет, считает эти умения грязными, потому и нету. О них вообще не принято распространяться, если кто получил — молчит. Но, вишь, человек-то не выбирает, сродство к чему получит. К Скверне — редкое, но там заклинания чуть ли не самые мощные. Даже первого уровня хорошо лупят-то. А уж прокачанные…