Человек-Паук. Майлз Моралес. Крылья ярости - Моррис Бриттни - Страница 16

– Не надо! – испуганно вскрикиваю я. Я не могу позволить Питеру думать, что не справлюсь сам. Это мой шанс! Первое серьезное происшествие, возможность закончить школу и из ученика превратиться в настоящего супергероя.

– Не надо, все в порядке, – выпаливаю я, стараясь говорить спокойно и расслабленно, хотя теперь металлический Голубь сверлит меня взглядом из-под маски и постепенно приближается. Я понимаю, нужно быстро заканчивать разговор и, уверен, произношу следующую фразу как одно слово. Надеюсь, Питер разобрал.

– Послушай-а-вот-гипотетически-если-бы-очень-высокий-парень-в-красном-металлическом-костюме-напал-на-башню-ЩИТа-такой-в-маске-знаешь-двух-метров-ростом…

– Ты про Тони Старка? – спрашивает Питер.

Я не успеваю ответить: в меня стреляют крюком и цепляют за ногу. Я кричу и стараюсь уползти, но не выходит. Меня тащат по полу среди степлеров и мячиков-антистрессов, по пути попадается недоеденный кекс, и я понимаю, что, возможно, на ситуацию стоит посмотреть под другим углом.

Сопротивляться Голубю сейчас для меня провальная тактика, поэтому я переворачиваюсь на спину, стреляю паутиной в холодильник и резко дергаю. Злодей слишком поздно понимает, что я пытаюсь сделать, и когда он поворачивается в сторону аппарата, тот уже летит в него со скоростью больше трехсот километров в час. Холодильник сбивает преступника с ног, они сметают одну за другой стены боксов и, наконец, вылетают из здания.

Начинаю паниковать.

Боже мой.

Неужели я его убил?

На автомате несусь к дыре, через которую выпали мой противник и холодильник, выпрыгиваю и лечу за ними. Ветер трепет губы и шлепает ими по зубам, но думать об этом некогда, нужно добраться до Голубя, пока он не упал на землю. Человек-Паук способен на многое, но он никогда не убивает, даже злодеев.

– Майлз! – почти в ужасе кричит Питер в моем наушнике. Я уверен: он уже наполовину натянул на себя костюм и торопится ко мне. Точнее, был в этом уверен, пока не услышал где-то рядом с ним лязг металла.

– Питер! – кричу я. – Что там происходит?

Я понимаю, что не успею вовремя добраться до металлического гигантского Голубя, поэтому стреляю паутиной вниз в последней попытке спасти ему жизнь, но тут злодей расправляет красные крылья и сворачивает налево. Теперь прямиком к асфальту несусь я.

Снова стреляю паутиной, теперь уже вверх, неважно куда, главное, зацепиться, и пролетаю по дуге, едва уклоняясь от людей, собак и деревьев. Еле-еле избегаю столкновения с почтовым грузовиком и врезаюсь прямиком в чью-то деревянную изгородь, отчего всю улицу засыпает листвой и ветками.

– Простите! Пропустите! Человек-Паук не может остановиться!

С моими новыми способностями мне иногда хочется, чтобы у гравитации были тормоза. В трубке раздается незнакомый мне голос.

– А-ха-ха! Человек-Паук, наконец мы снова встретились, но при несколько более искристых обстоятельствах.

– Питер! – кричу я, чудом огибаю фонарный столб и врезаюсь в пышный кустарник в чьем-то заднем дворе.

Мир будто вертится колесом, и я не упускаю возможности отдохнуть и встряхнуть головой хотя бы в кустах. В наушниках раздаются крики и звуки сильных ударов. Теперь в панике я.

– Кто это? Что происходит?

– Эм. Майлз, мне сейчас неудобно говорить. Но с тобой ведь все хорошо?

– Вообще мне нужен был твой совет, – говорю я, стараясь проморгаться и замечая расплывчатое красное пятно, которое снова летит к крыше башни ЩИТа. – Так вот. Как бы ты поступил с этим парнем? Гипотетически, конечно. Если бы у него были… огромные крылья… и острые крюки-кошки, и такое ощущение, что сегодня у него особенно плохое настроение…

– Вообще у меня тут примерно такая же ситуация, – бурчит Питер, а значит, возможно, он летит на паутине. – Мэри-Джейн, отведи людей в безопасное место и жди меня вместе с ними, – говорит он. – Майлз, Стервятник, похоже, сбежал из тюрьмы.

Я в ужасе замираю, но испугали меня не слова Питера, а чей-то настойчивый взгляд. Чей? Седовласый старичок в кепке, очках и с густыми усами, которыми он недовольно шевелит. Он почему-то одет в шорты и футболку. Мне-то казалось, что наступила осень, но этому типу до сих пор тепло, и он спокойно поливает растения в одних шортах, будто ждет, когда они по-летнему зацветут.

– Ох. – Я выбираюсь из кустов, которые царапают костюм, стараясь демонстрировать как можно больше достоинства. – Прошу прощения.

Старичок переводит взгляд с меня на свои растения. Посреди идеального ряда кустов зияет темная дыра шириной с меня, а по длине – два моих роста. Старичок снова смотрит на меня, скорее недовольно, чем наоборот.

– Мне очень-очень жаль. Я просто… Давайте я просто уйду.

И как можно быстрее я уношусь на паутине на крышу соседнего дома, затем следующего, а потом снова мчусь вверх по стене башни ЩИТа на липких руках и ногах.

Третий раунд.

«Ну ты и молодец, Майлз», – думаю я. Следующая пачка газетных заголовков будет: «Спасибо тебе, Человек-Паук: борец с преступностью теперь ломает кусты». Судя по виду старичка, его сад – самое дорогое в его жизни, а я испортил ему весь день. Я вздыхаю и решаю, что, если воздам по заслугам металлической пичуге, это хотя бы было не зря. Но, добравшись примерно до тридцатого этажа здания, я нигде не замечаю злодея.

– Я знаю, что ты здесь!!! – изо всех сил кричу я, хотя понятия не имею, куда делся мой враг.

И все же надеюсь, что он поблизости. Ведь я не усну, если он сбежал, пока я мял кусты и ломал изгороди. Все это время из телефона доносился шум: билось стекло, выл ветер, раздавались гулкие удары.

– Питер? – шепотом спрашиваю я. – Что там? Ты сказал, Стервятник вернулся?

– Ну да, – бурчит он. – Эффектно как никто.

– И что нам делать? – спрашиваю я. – У меня тут один – я его Голубем прозвал – что-то хочет забрать из башни ЩИТа. И он просто разносит ее в щепки.

К слову.

Из недр здания, с нижних этажей, раздается громкий шум.

На этот раз нельзя упустить врага.

Я прыгаю в щель, пронзающую несколько этажей, миную столы и кресла, оборванные провода и искры коротких замыканий. И тут – какое везение! – на одном из этажей показывается Голубь с чемоданом в руках и поднимает голову вверх. Я ухмыляюсь.

Попался.

Обхватываю его за шею и тяну за собой в дыру, но чувствую сопротивление, будто в спину врезается поезд и вышибает дух, оставляя меня кашлять в пыли среди обломков. Голубь нависает надо мной и прижимает мои плечи к полу, но к этому я был готов. Я вскидываю ноги, бью врага под ребра и перекидываю через себя, надеюсь, с силой как у тысячи рестлеров. Перекатываюсь и вскакиваю на ноги. Надо признать, для первого месяца в роли Человека-Паука это было сильно. Но долго радоваться мне не пришлось. Голубь угрюмо поднимается в сидячее положение, хватается за голову, и только тут я понимаю… что с него слетел капюшон.

И теперь мне видны пучки из темных волос в мелких кудряшках.

Я немало удивлен.

Голубь – это… она?

– Кхм, – говорю я в надежде, что Питер меня все еще слышит. – Слушай, этот высокий парень, оказывается, девушка.

– Правда? – доносится до меня звонкий голос из красной металлической брони. – И чего?

Снова показываются когти, и вот я опять лихорадочно от них уворачиваюсь. Из телефона раздается самый сильный за сегодня удар.

– Ты живой? – спрашиваю я, стараясь случайно не назвать Питера по имени.

– Стервятник сбежал! – кричит Питер. – А я не могу выбраться.

– Ты как?

Фью-с-с-с-ш-ш! – снова разрезает воздух когтистая лапа. На меня надвигается металлическая птица и теснит к стене, а я продолжаю уворачиваться.

Я задаю совсем другой вопрос:

– Тебе помочь?

О, какое это прекрасное чувство! А ведь я весь день думал, что это мне придется просить о помощи.

– Нет, скоро полиция приедет. Но Стервятник украл один из экспонатов. А я… не смог его остановить. Он хорошо подготовился… а я нет.