Тактик 2 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 29

Это была не битва в классическом понимании, а скорее затяжная, изматывающая перестрелка с периодическими яростными короткими стычками. Орки не оставляли нас в покое ни на минуту. Они постоянно маневрировали, как стая голодных гиен, кружа вокруг нас, пытаясь найти слабое место в нашей обороне, обходили по кручам, использовали любую особенность местности, любую нашу ошибку, чтобы нанести урон.

«Эти ребята не так тупы, как их описывал тот бородатый командир в Алаторе, — думал я, уворачиваясь от очередной стрелы, просвистевшей у самого уха, и одновременно высматривая, откуда она прилетела. — Они учатся. Они адаптируются. И они очень, очень настырные. Прямо как мобы-переростки в какой-нибудь ММОРПГ, которые адаптируются под твою тактику».

— Приподнять щиты, движение вперёд плавным шагом!

Гномы слушались, мы продвинулись на три десятка шагов, что дало возможность арбалетчикам собрать болты и стать ближе к оркам.

Орки заметались, теперь они снова были в зоне досягаемости наших арбалетов, они потеряли строй и попытались сбежать в сторону.

При этом их настигали болты, а мои щитовики воспользовались паузой, чтобы перевязать раны и поменяться.

— Отдохнули, первая линия? Снова перемещение!

Бронированный строй гномов снова двинулся и снова собирал арбалетные болты, выбивал орков и прижал довольно большую ватагу к скале.

Орки решили, что им надоели постоянные и бесполезные потери и попробовали снова атаковать, навалиться на щиты.

— Арбалетчики — беглый огонь!

Арбалеты били, орки снова навалились на щиты, но уже без огонька, в этот раз они уже понимали, что ничего не могут поделать с гномами и, потеряв половину убитыми, принялись убегать.

Само собой, арбалетчики били им в спину.

— Держим строй! Это может быть ложное отступление! — орал я.

Орки сбежали, но явно недалеко. Те гномы, кто пошустрее, собирали болты, я дал отряду десять минут передышки, и мы двинулись за основным войском, отчётливо осознавая, что по пятам идут и орки.

Но теперь игра в кошки-мышки стала сложнее.

Орков стало больше, но они стали заметнее.

Я выделил четыре двойки самых шустрых гномов, которые постоянно перемещались по местным скальным выступам и отслеживали перемещение орочьей армии.

Таким образом не только они видели нас, но и мы — их.

Теперь гномья армия не просто отступала, а огрызаясь неожиданными выпадами.

Я заставлял гномов использовать любую особенность местности, любую возможность для контратаки.

Узкое ущелье, где едва могли разойтись двое? Отлично, устраиваем засаду, пропускаем головной отряд орков, давая им почувствовать вкус близкой победы, а потом бьём им во фланг и тыл из заранее подготовленных укрытий.

Крутой, осыпающийся склон, усеянный крупными камнями? Прекрасно, несколько дюжих гномов с помощью рычагов из копий обрушивают на головы преследователей небольшой, но очень неприятный камнепад, заставляя их шарахаться в стороны и ломать строй.

Гномы, сначала недоверчиво косившиеся на мои «новаторские» и, по их мнению, «не по-гномьи» хитрые идеи, ужасались, но убеждались в их эффективности.

Их тяжёлые щиты, которые они привыкли использовать только для пассивной обороны, по моим командам превращались в тараны, сбивающие орков с ног и открывающие бреши для атаки.

Их короткие, но увесистые метательные топорики, которыми они раньше пользовались лишь от случая к случаю, больше для устрашения, теперь летели в цель с удивительной точностью, находя уязвимые места в орочьей защите — шеи, лица, незащищённые суставы.

Глава 14

Юные поджигатели

Особенно им понравилась тактика «ложного отступления», которую я подсмотрел в учебнике про монголов и Чингисхана. Да, тем было легче, они были на конях, но и мои парни могли здорово побегать.

Несколько раз, когда орки видели наш авангард и подбирались слишком близко я приказывал своим гномам имитировать панику и начинать «беспорядочный» отход, кричать и оглядываясь с «ужасом». Орки, предвкушая лёгкую добычу и возможность наконец-то поквитаться с назойливыми бородачами, с радостным улюлюканьем и гиканьем бросались в погоню.

И тут же попадали в заранее подготовленную ловушку. Гномы, достигнув какой-то заранее присмотренной точки, как правило, на возвышенности, образовывали стену щитов и жестоко били беспорядочно бегущих на нас орков из арбалетов и в ближнем бою.

Орки действительно плохо были знакомы с дисциплиной и массово гибли, не успевая понять, что бегущие в панике вовсе не бегут, а скорее «поджидают», чтобы с яростью голодных и обманутых волков набрасываться на опешившего врага, рубя и коля направо и налево.

— Смотри-ка и старая тактика людей работает, — усмехнулся я, когда гномы в очередной раз собирали с убитых арбалетные болты, а отряд орков, потеряв две трети своих, откатывается в беспорядке, неся потери и проклиная нас на своём гортанном языке. — Но против этих прямолинейных, уверенных в своей силе рубак работает безотказно. Главное — не переборщить с артистизмом, чтобы они не раскусили уловку раньше времени. И чтобы свои не запаниковали по-настоящему.

Гномы, поначалу с трудом понимавшие смысл этих манёвров и считавшие их трусостью, быстро вошли во вкус, когда увидели результат.

В их глазах, раньше горевших лишь упрямой, тупой яростью, теперь появился азарт, блеск тактического превосходства.

Они начали понимать, что война — это не только тупое махание топором и крики «За короля! Барук Казад!». Это еще и хитрость, расчёт, умение использовать свои сильные стороны и слабости противника. Это игра, в которой можно и нужно выигрывать, даже если противник сильнее и многочисленнее.

— А ты не так прост, человек, — прохрипел мне как-то Зобгин, вытирая с лица орочью кровь и грязь после очередной удачной засады, в которой мы уложили тридцать орков, выйдя из нападения без единой царапины. Он тяжело дышал, но в его глазах светилось удовлетворение. — Голова у тебя варит получше, чем у многих наших старых вояк, которые только и умеют, что орать да в лоб атаковать. Откуда ты всё это знаешь?

— Трудно объяснить, что такое тактические симуляторы, друг, — усмехнулся я, перевязывая ему неглубокий порез на предплечье. — Просто поверь, что там, знаешь ли, без тактики — никуда. Противник не дремлет, постоянно ищет твои слабые места.

Зобгин непонимающе посмотрел на меня, нахмурив свои густые брови.

Слово «игры» явно не вязалось у него с той кровавой мясорубкой, в которой мы участвовали.

Но спорить он не стал. Главное — результат.

А результат был налицо: мы несли потери, да, без этого на войне не бывает, несколько гномов получили серьёзные ранения, двоих мы потеряли убитыми, когда оркам всё же удалось прорвать наш строй в одной из стычек.

Но в этот весьма долгий день мы положили по моим оценкам шесть сотен орков, причём больше половины — арбалетным огнём.

И мы всё ещё были живы, основная армия отступала, а орочий отряд уже не был так уверен в себе.

Этот адский переход, который для нас состоял из коротких перебежек, яростных стычек, засад и снова перебежек, продолжался весь день.

Вечером Ростислав Голицын выкинул ещё одну козырную карту.

Мы вычислили, где остановился их основной отряд и, надо сказать, подобраться в эту ложбину было бы крайне сложно, её прикрывали отряды и скальные выступы.

Но мои-то носатые-бородатые вояки, как я заметил раньше, неплохо владеют огнём.

Вечерело. Большая часть нашего отряда отдыхала. Двойка, которая нашла стан врага, и я с Зобгиным наблюдали за тем, как орки пытаются отдохнуть после бешеной пляски от нас и за нами по местным горам.

Лагерь был внутри довольно высокого и плотного хвойного леса.

— Скажи мне, мой боевой друг Зобгин, а ты смог бы поджечь этот лесочек, который вокруг них?

— Зачем это?

— Затем, блин, что там они, а я обожаю запах напалма по утрам, — раздражённо заворчал я. — Но как видишь, у нас есть и проблема, мы не можем спуститься вниз. Сможем отсюда?