Наследник Мудрецов. Том 3 (СИ) - Романович Роман - Страница 39

Эх, сколько всего закручивается в тугой узел. С кем бы поспорить, что всё опять не по плану пойдёт?

Семейные разборки получили продолжение на следующий день. Логично. Как-никак, ситуация и правда сложная образовалась. Кристине нужно, чтобы я присмотрел за ней за Гранью. Её мать наверняка жёстко против этого. Дед вообще Игоря приложил. Как такое оставить в подвешенном состоянии? Да никак.

К нам отправили служанку и передали, что дел зовёт на общее собрание. Савелий никуда убежать не успел. Мне тоже дали выходной перед вылазкой. Тащить Кристину на полигон сегодня не имело смысла. Сомневаюсь, что она в принципе нормально ходить сможет. После такой нагрузки-то. Пусть отдыхает сегодня и завтра. От этого больше толку будет, чем от очередной тренировки. У матери тоже выходной сегодня. Проблемы в том, чтобы пойти всем вместе, не было. Единственный, кого не пригласили, — пропавший отец Савелия. Сам я его отцом перестал считать и особо не вспоминал об этом алкоголике. Пропал и пропал. Скатертью дорожка. Сава тоже вряд ли переживал.

Когда пришли, дверь была открыта. Служанка куда-то запропастилась. Возможно, отправили погулять или домой сразу. Мысль дельная. Вряд ли сегодня разговор пройдёт безобидно.

— Ради чего собрание? — спросила матушка, зайдя в гостиную. — Что ещё ты удумал, отец?

— Садись, — глянул дед на дочь. — Разговор будет тяжёлый. Сегодня я хочу сообщить четыре вещи.

«Аж целых четыре», — отметил я. Глянул, кто как реагирует. Дядя выглядел встревоженным, но на фоне супруги — образцом спокойствия. Анна Фёдоровна сидела мрачнее тучи, то ли зная что-то, то ли закономерно опасаясь подставы. Кристина изображала послушную дочь и улыбнулась мне. Игорь выглядел нейтрально, но угадывалось, что это маска. Внутри брат волновался. С обострёнными чувствами это легко определить.

— Что за четыре вещи? — недовольно спросила матушка. — Если опять какая-то гадость…

— Ты можешь меня просто выслушать? — глянул на неё дед сердито.

— Зависит от того, что скажешь.

Отличное начало разговора. Всё настолько плохо, что дед не может уговорить его выслушать. Я положил ладонь матери на плечо, и та, фыркнув, села. Мы с братом устроились по обе стороны от неё.

Дед выждал какое-то время, убедился, что никто перебивать не станет, и начал речь.

— Целитель сказал, что мне осталось не так много. Год, от силы два, если тратиться на целителей и избегать напряжения, — выдал первую новость он.

— Отец? — растерянно спросил Антон Юрьевич.

— Дедушка? — обеспокоенно спросил Кристина.

На этом выражение беспокойства закончилось. Анна Федоровна сверкнула глазами, и что-то я сомневаюсь, что это проявление любви к свекру.

— Этот момент обсудим потом, — выставил ладонь дед. — Поверьте, это меньшая из наших проблем, которые я сегодня озвучу.

— Но отец… — попытался не согласиться Антон Юрьевич.

— Второе, что хотел сказать, Игорь лишён статуса главного наследника.

Надо отдать деду должное. На этот раз речь он подготовил куда лучше, хорошо понимая, как и кто будет реагировать. Первая новость выставила его больным стариком, с которым нельзя жёстко. Вторая — произвела эффект разорвавшейся бомбы. Остаётся только удивляться, как все причастные к этому моменту не узнали эту новость.

— Да ты спятил… — прошипела Анна Фёдоровна, поднимаясь со стула.

— Анна, тебе как раз лучше помолчать, — холодно ответил Юрий Матвеевич.

— Отец… — сказал его сын.

Дядя уже в третий раз это слово говорил, но каждый раз — с новой интонацией.

— Что «отец»? — ответил дед. — Ты теперь глава, после моей смерти сможешь изменить этот пункт, но завещание я сегодня переписал. Есть у меня ещё такое право.

Это получается, полной передачи власти сыну после отставки деда с поста главы не произошло. Имею в виду в юридическом плане, с оформлением всех документов. А так момент для Игоря… Не то чтобы критический. Разве что репутационно. Статус главного наследника накладывал определённую ответственность. Привилегий при этом особо не давал. Так, если Сава начудит — всем плевать. Если Игорь — то это куда серьёзнее, урон чести рода, всякое такое. Тем не менее, если общественность узнает, что его турнули… Ну, это как заявить, что Игорь — слабак и неудачник в глазах собственной родни. Жизнь осложнит.

— Перед тем как задавать вопросы и возмущаться, может, выслушаете оставшееся, что я хочу сказать? — ледяным тоном сказал дед, до того как поднялась буря.

Народ притих, но это не значит, что никаких реакций не последовало. Тётя посмотрела с ненавистью сначала на свёкра, потом на меня. Досталось и мужу, на которого она бросила взгляд, который при желании можно интерпретировать как недовольство матери по поводу того, что отец ребёнка плохо отстаивает интересы последнего. Кристина, распахнув глаза, уставилась на меня. Игорь криво улыбнулся, впервые посмотрев на меня прямо. Что интересно, я не видел на его лице вызова или ненависти. Даже показалось, что Игорь подуспокоился и начал получать удовольствие от происходящего. Матушка же к такому не была готова, в смысле, к заявлениям деда, и крепко сжала мою руку. Я легонько сжал в ответ, давая понять, что всё под контролем.

— Третья новость следующая, — продолжил дед. — Игорь два раза пытался убить Сергея.

— Да как ты смеешь… — снова вскочила Анна Фёдоровна.

— Анна, ты не на базаре, — отбрил дед. — Вспомни о воспитании, в конце концов, и прояви сдержанность.

— О какой сдержанности ты говоришь, старик, обвиняя моего сына в таком и лишая его наследства⁈

— Обвинения я озвучил, — ответил дед. — Игорь, что скажешь?

Игорь улыбнулся.

— Есть смысл что-то говорить? Ты уже напал на меня. Уже лишил статуса. Теперь вот обвиняешь в попытке убийства. Какой смысл в оправданиях?

— Не играй словами, Игорь, — сухо ответил дед. — Я даю тебе возможность признаться.

— Не свидетельствовать против себя — одна из базовых вещей, с которой знаком любой юрист.

— У тебя есть доказательства⁈ — победно спросила Анна Фёдоровна.

Это она зря. Моя матушка поднялась со стула. Посмотрела на меня.

— Это правда?

— Да, — спокойно ответил я.

— Кто поверит этому лживому ублюдку⁈ — разъярилась тётушка.

— Если ты ещё слово скажешь в сторону моего сына, — спокойно произнесла мать, — я возьму нож и отрежу твой поганый язык.

— Марина, это переходит все границы, — поднялся дядя. — Во-первых, я тебе этого не позволю. Во-вторых, думай, что говоришь.

— Кхм… — прокашлялся я, привлекая внимание. — Если моя матушка захочет это сделать, то у неё будут для этого все возможности. А если кто-то думает, что может помешать… Рекомендую вспомнить, как я обошёлся с человеком, который поднял на мою мать руку. Притушите свою Власть, дядя. Не усугубляйте.

— Иначе что? — спросил он с вызовом.

Молодец дядя, на самом деле. Ситуация очень непростая, но он защищает свою семью. Достойно, пусть и бессмысленно в плане реализации.

— Кхм… — теперь прокашлялся Савелий и поднялся со стула. — Пока не дошло до драки, позвольте вставить свои три копейки. Дед, — кивнул он старику, тем самым спрашивая дозволения. — Вопреки воплям тётушки, обвинения вовсе не являются лживыми. Разумеется, в таких делах нужны железные доказательства, и они у нас имеются. По возвращении мы с Сергеем провели расследование и нашли доказательства того, что два года назад Игорь сделал на нас заказ. Есть показания посредников и исполнителя. Если Игорь до сих пор не избавился от последнего, мы можем организовать встречу и вы сами послушаете подробности. Также, когда Сергей вернулся, было сразу же организовано второе покушение. Как понимаете, неудачно.

— Исполнители, наниматели… — прошипела тётя. — Да это же чушь! Всем известно, какими делами ты занимаешься! Подкупить парочку бандитов для тебя не проблема!

— Мам, хватит позориться, — сказал Игорь.

И это подействовало куда лучше любых увещаний.