Я инвалид попал в мир магии и меча. Том 1 (СИ) - "Prosto" - Страница 36

Турнир окончен, но это была лишь разминка. Лишь песочница. Настоящая игра, жестокая и взрослая, только начинается. Что ждет Кайла на личном уроке с Архимагистром Ворном? Какие новые враги и союзники появятся на его пути? И как он распорядится той пугающей силой, которую он показал?

Ответы на эти вопросы мы узнаем очень скоро. А пока — просто знайте: каждая следующая глава пишется в первую очередь для вас.

Спасибо, что вы есть.

Искренне ваш, Автор.

Глава 24 Анатомия Хаоса

Я стоял в центре зала, похожего на внутренности гигантского механизма. Архимагистр Ворн положил свою ладонь мне на лоб. Я ожидал чего угодно: боли, вспышки света, магического разряда. Но то, что произошло, было гораздо хуже. То, к чему меня не готовил ни один из моих кошмаров.

Это было вторжение.

Холод. Не физический холод кожи, а ментальный, абсолютный ноль, который хлынул в мое сознание. Не было никакого давления, никакого грубого взлома. Сознание Ворна, острое и тонкое, как игла из обсидиана, просто вошло в меня, разрезая мои примитивные ментальные щиты, как шелк.

Я ощутил себя стеклянным сосудом, который подняли на свет, чтобы изучить каждую трещинку, каждое помутнение. Его разум был как луч света, методично, слой за слоем, просвечивающий мою душу. Он пронесся по лабиринтам моей памяти, не задерживаясь на кровавых картинах резни — они его не интересовали. Его целью было ядро. Источник. Мое озеро маны.

И когда он достиг его, я услышал его мысленный вздох. Это не было слово. Это было ощущение. Ощущение безграничного, почти религиозного изумления ученого, который только что открыл новый, неизвестный науке вид.

— Поразительно… — его голос прозвучал не снаружи, а прямо у меня в голове, спокойный и гулкий, как далекий колокол. Это была не телепатия. Он резонировал с моей собственной маной, используя ее как проводник. — Твой резервуар… он не однороден. Это не озеро. Это вулкан. Живой, дышащий, первозданный.

Я увидел свой дар его глазами. Девяносто процентов моего естества представляли собой кипящий, бурлящий котел темно-красной энергии. Это был чистый Хаос, каким он был в момент сотворения мира. И я почувствовал, как его мысль-скальпель касается самой сути этой энергии.

— Он питается твоими эмоциями, — констатировал Ворн. — Каждая вспышка ярости, каждая крупица ненависти, каждое воспоминание о твоей потере — все это топливо для него. Это опаснейшая, нестабильная симбиотическая связь, Кайл. Ты не просто используешь магию. Ты и есть магия.

Его ментальное «щупальце» двинулось дальше, исследуя мой внутренний мир. И тут оно замерло, наткнувшись на нечто иное. На тот маленький, чистый источник, который я с таким трудом выковал ночами. На островок порядка посреди океана хаоса.

— Но здесь… — в его мысленном голосе прозвучало неверие, сменившееся восторгом. — Анклав. Анклав Порядка. Крошечный остров чистой, стабильной, идеально структурированной эссенции. Оранжевое пламя свечи посреди бушующего инферно. Ты сам, инстинктивно, без учителей и учебников, научился переплавлять руду в сталь. Ты занимаешься «Закалкой Хаоса». Техникой, которая считается утерянной со времен первых магов. Как?

Он не ждал ответа. Он просто впитывал информацию, сканируя структуру моего уникального навыка. Спустя целую вечность, которая в реальности длилась не больше минуты, он отступил.

Я пошатнулся и тяжело опустился на пол, хватая ртом воздух. Тело было целым, но душа чувствовала себя вскрытой и выпотрошенной. Я был полностью опустошен.

Ворн смотрел на меня сверху вниз. И в его глазах больше не было простого интереса. Там был азарт. Азарт ученого, который нашел живой образец невозможного.

— Твои три месяца обучения, — произнес Ворн вслух, и его голос вернул меня в реальность, — будут посвящены не тому, чтобы сделать тебя сильнее. Они будут посвящены тому, чтобы ты не взорвался, забрав с собой половину столицы.

Он начал излагать суть программы. Теперь это была не просто лекция. Это было похоже на оглашение условий контракта, который я уже подписал кровью.

— Первый месяц, — чеканил он слова, — мы не сотворим ни единого боевого заклинания. Ты забудешь про свои «Цепи» и «Рои». Ты будешь только читать. И медитировать. Ты изучишь фундаментальные законы магии, теорию Порядка и Хаоса, принципы термодинамики и мана-резонанса. И каждый день ты будешь по восемь часов сидеть в этом зале и «закалять» свой Хаос под моим наблюдением. Пока не научишься отделять чистое пламя от грязного дыма по щелчку пальцев. Твоя цель — контроль. Абсолютный, тотальный, безусловный контроль над каждой искрой в твоей душе.

Он сделал паузу, давая мне осознать масштаб задачи.

— Второй месяц мы посвятим эффективности. Я научу тебя придавать твоей очищенной мане идеальную, геометрически выверенную форму. Ты будешь создавать заклинания, которые тратят в десять раз меньше энергии, но бьют в десять раз точнее. Ты научишься не просто швыряться силой, а использовать ее как хирург использует лазерный скальпель. Мы будем резать волос твоим огненным клинком.

— И только на третий месяц, Кайл, — его голос понизился, — когда твой контроль станет продолжением твоей воли, я покажу тебе, что такое настоящая сила. Я дам тебе доступ к закрытой секции библиотеки. К тем фолиантам, что описывают заклинания, способные менять саму реальность. Но не раньше. Сначала — узда для твоего зверя. Можешь идти. Жду тебя завтра утром.

Я молча поднялся и, шатаясь, побрел к выходу. Мой разум был перегружен.

Вернувшись в комнату, я застал Лиама. Он сидел за столом и при помощи тонких серебряных инструментов что-то гравировал на сложном металлическом амулете. Увидев меня, он быстро накрыл свою работу тряпицей. Его веселость исчезла, уступив место проницательному любопытству.

— Судя по твоему виду, урок с Архимагистром прошел… продуктивно, — сказал он. Я молча рухнул на свою кровать.

— Я тут подумал о твоих боях, — продолжил Лиам, не дожидаясь ответа. Его голос был спокойным и аналитичным.

— То, что ты сделал с Йориком, а потом с Боргом… а потом и со мной… это не было просто силой. Это были три совершенно разные тактические доктрины. Против Йорика — психологическое давление и использование чужой слабости. Против Борга — подготовка поля боя и использование окружения. Против меня — смена парадигмы и силовой прорыв в ключевой момент. Против Серафима использовал что-то четвертое, верно? Ты не дерешься, Кайл. Ты решаешь задачу. Это восхищает.

Я был поражен глубиной его анализа. Он видел не просто драку. Он видел то, что было скрыто за ней.

— А потом еще и усиление воина, — он покачал головой. — Я думал, такие гибриды — это просто сказки, которыми пугают адептов-пуристов. Откуда это у тебя? Твой наставник в деревне да?

Его вопросы были острыми, как иглы. Он не лез в душу. Он вскрывал ее логикой. — Он был хорошим учителем, — это все, что я смог ответить. Лиам усмехнулся.

— Понятно. Свои секреты есть у каждого. Просто знай, что твои секреты гораздо интереснее, чем у большинства здесь. Отдыхай, чемпион.

Он снова вернулся к своему таинственному амулету. А я смотрел на него и понимал, что мой сосед — такая же аномалия, как и я сам. «Он видит не просто бои видит "тактические доктрины". Он говорит об этом так, будто сам их изучал. Кто ты такой, Лиам из дома Вал'Терон, веселый сын лорда, который на досуге гравирует артефакты и анализирует сражения как генерал?»

На следующий день я снова стоял в кабинете-обсерватории Ворна. Страшная ментальная и физическая усталость никуда не делась. Архимагистр не обратил на это никакого внимания. Он подвел меня к парящей в воздухе модели нашей солнечной системы.

— Забудь о стихиях, Кайл, — сказал он. — Огонь, вода, земля, воздух… это лишь «цвета». Грубые, примитивные проявления фундаментальных законов мироздания, доступные для понимания неразвитым умам. Есть только две истинные, изначальные силы. Порядок, который стремится к структуре, стабильности, закону. И Хаос, который стремится к изменению, разрушению, свободе.