Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 91

— А она — что?

— Посмеялась, мол, да что вы, баба Зина, в самом деле, он хороший… А вот этот «хороший» взял да и убил ее!

— Ну, этого мы пока не знаем, — поспешил поправить пожилую женщину Дамир.

— Да убил, точно убил — не смог вынести, что Янка от него сбежала! Дениска, в общем-то, парень неплохой, когда трезвый, только вот трезвым он редко бывает. А как выпьет, так и лупит ее почем зря. Наверняка и когда убивал, тоже пьяный был…

— А вы в курсе их совместной жизни!

— Так Янка ко мне прибегала, когда Дениска распоясывался. Я ее чайком отпаивала, на бланши компрессы накладывала. Мать-то померла, и девка одна осталась. Я вот тоже одна, и Янка мне помогала. В магазин сходить, газетку в киоске купить… И я ей, чем могла…

— Яна не пыталась выгнать ублюдка? — поинтересовался Ахметов. — Дом ведь ее матери принадлежал?

— А как же, пыталась! Несколько раз выгоняла, только Дениска не уходил. Она и вещи его паковала, и за порог выставляла.

— А он?

— Приходил, бился в дверь. Яне приходилось либо его впускать, и они мирились, либо он уходил к соседу, Макарычу, и там ночевал. А с утра — все по новой. Не могла Янка с ним справиться. Или с собой… Но в конце концов она его выперла!

— Неужели?

— Где-то с месяц назад. Ой, тут такое было — полиция приезжала, Дениску уводили… С тех пор тихо стало, благодать!

— А Касатонов больше вернуться не пытался?

— После полиции-то? Пару раз приходил. И ко мне приходил, скулил, мол, баба Зина, поговорите с Янкой, скажите, что я больше не буду… Детский сад прям! Но Янка держалась.

— Вы знали, что она беременна?

— А как же? У нее такой токсикоз был!

— Откуда вы…?

— Говорю же, она частенько ко мне захаживала. Как-то сидим мы, чай пьем, и вдруг она подскакивает, словно подорванная, ладошку ко рту — и на крыльцо! Я за ней, а Яна через перила перегнулась да и… В тот раз я подумала, отравилась она, но через пару дней опять ее затошнило. Я прямо спросила, не беременная ли. Она поначалу возражать пыталась, но потом все-таки призналась.

— А отец кто, Касатонов?

— Да кто ж еще-то? Только Янка, насколько я поняла, не желала ему ничего рассказывать, совсем порвала! А вскоре после того нашего разговора исчезла. Я решила, что и к лучшему — по крайней мере, Дениска не найдет…

— Так вы не знали, что в последнее время Яна жила в Питере, на съемной квартире?

— Да ну? — удивилась соседка. — Зарплата в магазине всего ничего, где уж тут жилье отдельное в городе снимать?!

Дамир уже собирался уходить несолоно хлебавши, но у самого порога обернулся и спросил:

— Баба Зина, а Яна в магазине одна работала?

— Со сменщицей, с Розой. Роза Полякова.

— А как мне эту Розу найти?

— Чего ее искать-то, она целыми днями в магазине торчит теперь, когда Янки-то не стало… Магазин тут прямо по дороге, мимо не пройдете!

Мономах волновался. Два мужичка, которых привел с собой Сархат, и сам «прораб» уже часа два зависали на крыше. Стемнело, и по правилам техники безопасности, да и следуя здравому смыслу, работать на высоте не стоило — даже несмотря на большой фонарь, который Мономах откопал в кладовке и отдал рабочим. Он вернулся около девяти, и гастарбайтеры уже были наверху. Рабочим не запрещалось заниматься халтурой, но делать это приходилось впотьмах, жертвуя сном и питанием. Мономах наварил им картошки и сделал бутерброды, чего строители не ожидали, а потому прямо-таки по-детски обрадовались, но он все равно чувствовал себя виноватым.

В доме Мономаху не сиделось, и он вышел на воздух, чтобы посмотреть, как продвигаются дела. Едва он распахнул дверь, как прямо перед ним возникла сухопарая фигура Сархата. В полутьме белки его глаз и зубы сияли белизной.

— Все хорошо, хозяин, — бодро объявил он. — Дыру мы заделали, теперь протекать не будет! Завтра займемся вентиляцией, а на сегодня — все.

— Слава богу, — пробормотал Мономах. — Сколько я должен вам за день?

— Нет-нет, хозяин, вы ничего не должны, — замотал головой парень. — Мы же договаривались, что оплата — после окончания работ…. Ой, забыл сказать: хозяйка ваша оставила письмо, велела вам передать, — и Сархат протянул Мономаху слегка помятый запечатанный конверт.

Парень попрощался и вместе с приятелями двинулся к воротам. Жук проводил их и вернулся, виляя хвостом и таща в зубах огромный сук, подобранный по дороге. Мономах отобрал добычу, пропустил собаку вперед и вошел следом, плотно прикрыв за собой дверь. Оказавшись в светлой прихожей, он вскрыл конверт, на котором не было обратного адреса, только какая-то печать с мелким шрифтом по ободку. В его руках оказалась красочная открытка-приглашение. «Дорогой Владимир Всеволодович Князев! Приглашаем Вас принять участие в вечере встречи выпускников тысяча девятьсот девяносто четвертого года, который состоится в здании отеля «Коринтия» в субботу, 24 ноября. Начало в 18.00. Ждем Вас с нетерпением и надеемся, что Вы прекрасно проведете время в компании бывших сокурсников!» Дальше следовали многочисленные подписи устроителей встречи. С момента окончания меда Мономах пару раз получал подобные приглашения, но игнорировал их: те из бывших однокашников, кто поддерживал с ним отношения, делали это регулярно по телефону или по Интернету, а другие его, честно говоря, интересовали мало. С другой стороны, случайно столкнувшись с Павлом Трубниковым возле больницы, он ощутил ностальгию — в большей степени по юности и беззаботности, нежели по людям, с которыми учился. Интересно, получил ли Павел приглашение? Знают ли устроители вечера, что он вернулся в Северную столицу, или отправили письмо по старому адресу?

Задавшись этим вопросом, он прошел в гостиную, взял мобильник и набрал номер, который дал ему Трубников.

— Зураб говорит, что не отпускал Касатонова, — сообщил Белкин, когда Суркова снова собрала их на летучку. — Тот пытался отпроситься, но Зураб отказал, так как получил новую партию товара. Они поругались, и Касатонов, бросив работу на полпути, все-таки ушел, оставив Зураба самого разбираться с проблемой. И Зураб его уволил — благо Денис работал без трудовой. Какие трудовые книжки на рынке-то!

— То есть мы не знаем, где находился подозреваемый, когда погибла его бывшая девушка? — подытожила Алла. — Значит, у него была возможность убить Четыркину, а вот был ли мотив?

— Был, — закивал Дамир. — Я поговорил с соседями Яны и нашел старушку, которая близко с ней общалась. Она рассказала, что Касатонов частенько побивал погибшую, пока она не дала ему от ворот поворот. Даже о беременности ему не рассказала… Я вот что подумал, Алла Гурьевна: а вдруг дите не от него?

— Точно — не от него, — задумчиво кивнула Алла.

— Как это?

— Пришел анализ плода. Помните, я говорила, что заказывала? ДНК не совпадает. У остальных жертв — тоже, так что если Касатонов и убийца, то, скорее всего, только своей бывшей сожительницы, он не имеет отношения к другим погибшим. Однако после вашего сообщения у нас есть основания подержать его у нас подольше.

— Кто его адвокат?

— Общественный защитник, он не станет ломать хребет, добиваясь освобождения под залог. Он избивал сожительницу — за это и посидит!

— Получается, мы так и не выяснили, кто папаша ее ребенка? — спросил Белкин.

— Погоди, я не закончил, — сказал Дамир. — Старушка-соседка предложила мне поболтать со сменщицей Четыркиной, Розой Поляковой, с которой они вместе работали в магазине. Эта самая Роза говорит, что Яна долгое время ходила как в воду опущенная, опасаясь очередного налета Касатонова. Потом в одночасье все изменилось: Четыркина воспрянула духом, стала глядеть веселей, щебетать что-то о новой жизни. Похоже, Роза была единственным человеком, которому Яна рассказала, что сняла квартиру в Питере и что намерена продать родительский дом и переехать в город окончательно.

— А Роза не поинтересовалась, с чего такие перемены? — задал вопрос Шеин.