Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 364

– Неужели всем нам не хотелось бы знать, что с нашими безвременно ушедшими близкими все хорошо, что они находятся под защитой Господа нашего, и ничто не в состоянии причинить им вред? Хотим ли мы знать это наверняка, а не просто надеяться? Тем, чья вера сильна, и этого достаточно, но давайте спросим себя, таковы ли мы все? Или все-таки мы хотим своими глазами увидеть, что наши родные в действительности покоятся на крыльях ангелов?

В этот момент, словно по волшебству, экран за сценой ожил: на нем появились два гигантских ангельских крыла, неожиданно раскрывшиеся во всей красе прямо за спиной проповедника. Создавалась иллюзия, что крылья принадлежат ему – так реально они выглядели, и Белкину даже показалось, что он может сосчитать пушистые белые перышки. Крылья трепетали на несуществующем ветру, проповедник говорил нараспев, и вот уже Шурик с удивлением осознал, что вместе с другими зрителями тянет руки вверх по его призыву. Это показалось ему удивительным, но он быстро перестал об этом размышлять.

– … каждому необходимо место, где он сможет жить, не опасаясь пересудов и молвы, где душа его найдет отдохновение и покой, а в окружении его будут лишь братся и сестры по духу, люди, на которых можно положиться, которым можно доверять и которые не бросят в трудную минуту, а подставят плечо, – продолжал вещать своим проникновенным голосом проповедник. – Обитель Святого Ангела, которую мы строим вдали от людских глаз и беспощадной государственной машины, превращающей нас в роботов на службе безликому гегемону, призвана дать нам все это. И даже больше! Братья и сестры, каждому из вас сейчас раздадут флаеры с молитвой нашему Святому Ангелу. Давайте же помолимся о спасении души и о том, чтобы божественный свет снизошел на нас и осенил своей благодатью!

Молодые люди в темных одеждах, сильно смахивающих на монашеские облачения, быстро прошли между рядами, раздавая красочные листки. На их титульной стороне были изображены раскинувшиеся ангельские крылья и написаны слова: «Молитва Святому Ангелу о заблудших душах». Строчки отчего-то расплывались перед глазами, и Белкину пришлось несколько раз сморгнуть, чтобы восстановить фокус. Молитва была написана в стихотворной форме. О смысле ее опер не задумывался – он ощущал приятную легкость в голове и решил, что это, должно быть, от медовухи. Он старательно делал вид, что читает, шевеля губами, но женщины по правую и левую руку от него действительно произносили строчки вслух, нараспев. Только теперь парень заметил, что в зале играет тихая, умиротворяющая музыка, и чтение «молитвы» стало казаться хоровым пением. Белкин слышал, что людям, поющим в хоре, необходимо «спеться», но сейчас, в толпе абсолютно незнакомых людей, вряд ли присутствовали профессиональные певцы. Тем не менее ему казалось, что пения красивее он не слышал за всю свою короткую жизнь! На него снизошло удивительное состояние, какого он раньше не испытывал – покоя и одновременно жажды бурной деятельности. В зале зажегся неяркий свет, и молодой опер спросил себя: как же он раньше не заметил, насколько красивы и одухотворены лица вокруг него! А молодые парни и девушки в монашеских одеяниях, стоявшие справа и слева от проповедника, и вовсе показались ему ангелоподобными. Один из них, высокий и стройный, со светлыми, слегка вьющимися волосами, стоял прямо напротив Белкина. Его лицо сияло – в прямом смысле, словно изнутри его лился яркий золотистый свет. Его внешность почему-то показалась оперативнику смутно знакомой, но он никак не мог вспомнить, где видел раньше эти прозрачные серо-голубые глаза… Какая-то женщина – из тех, кому не досталось места на стульях, вдруг громко всхлипнула и упала на колени, протягивая руки к сцене. И она была не одинока в своем порыве.

«Хорошо, что ночи еще довольно светлые, – думал Мономах, продираясь сквозь лесную чащу. – Впотьмах ни за что не нашел бы дорогу!» Ему вспомнилось детство и игры с братом. Они носились по лесу, неподалеку от которого его дедушка по отцовской линии имел маленький домик, строили шалаши, представляя себя то индейцами, то путешественниками, потерпевшими кораблекрушение и вынужденными поэтому жить в диких условиях. Они жгли костры, пекли картошку в углях, а в теплую погоду катались на ничейной лодке по речке Рыбинке. В лодке была дыра, но Олег придумал замазать ее смолой, и братья могли плавать по узкой речушке, не боясь утонуть, даже если заплатка окажется нестойкой и отвалится: в Рыбинке даже в самые лучшие времена воды было по грудь.

– Пап, – раздался тихий окрик.

Мономах вздрогнул от неожиданности, но тут же испытал облегчение: он не потерялся и добрался до условленного места в срок.

Отец и сын обнялись. Отстранившись, Мономах осмотрел Артема с головы до ног, как будто пытаясь уловить изменения, которые могли произойти в его облике за время пребывания в общине. К счастью, ничего подобного он не заметил.

– Ну, как оно? – спросил он, когда они оба уселись на поваленное дерево. Видимо, в него ударила молния: один ствол разошелся на две толстые ветви, и одна из них сломалась, вторая же продолжала стойко возвышаться над своим поверженным братом-близнецом. И почему Мономаху вдруг пришло в голову это сравнение с братом…

– Да все нормуль, – беспечно ответил Артем. – Я, кажется, понял, что нужно делать, чтобы казаться одним из них.

– И что же? – скептически изогнул бровь отец.

– Делать вид, что счастлив. Брать себе побольше работы, соглашаться на все предложения Досифея…

– Э-э, постой-ка, какие еще предложения?

– Да ничего такого, пап, мне ж не двенадцать лет, в самом деле!

– С этого места поподробнее, сын! – потребовал Мономах.

– Можно и поподробнее – я все равно собирался тебе рассказать, потому что это важно! Вчера мне впервые удалось пообщаться с Досифеем.

– А что, до этого не выходило – он сидит взаперти и не выходит к своей, гм… пастве?

– Нет, он постоянно в гуще событий, но вокруг всегда полно людей. Некоторых он выделяет, видимо, считая полезными для своих целей. Вот вчера мне и повезло, считай: Досифей пригласил меня к себе и предложил поучаствовать в «коллективном молебне».

– Это что еще такое?

– Ну, ты, наверное, слышал или по телику видел всяких проповедников? Евангелистов, там, адвентистов седьмого дня…

– Досифей, что, этим же занимается – бабки собирает?

– А на что, ты думаешь, существует его община? – пожал плечами Артем.

– И ты вместе с ним выманивал деньги у людей?

– Ага. В смысле, выманивать ничего не пришлось: все давали добровольно, никто не возражал. Суммы были разные, но одна тетка, прикинь, положила в мою корзинку для сбора пожертвований аж три пятитысячных купюры! Другие, правда, не были столь щедры, но Досифей выглядел довольным, когда я отдал ему добычу, и сказал, что я – самый результативный его помощник!

– Какая неслыханная честь! – фыркнул Мономах.

– А еще он сказал, что, возможно, вскоре поручит мне какое-то важное дело.

– Расскажи, как у них там все устроено, в общине.

– Ну, как ты знаешь, Досифей там главный. Его правую руку зовут Константином – не знаю, настоящее имя или нет.

– И что он из себя представляет?

– Настоящее чмо: каждый раз, когда он на меня смотрит, мурашки по телу!

– Что, такой страшный?

– По-моему, он сидел: иногда у него такие словечки вырываются, какие в ходу у бывших зэков… Хотя обычно он держится в рамках. Община состоит из двух частей, мужской и женской. Разделение чисто условное: есть семейные пары и, насколько я понимаю, Досифей поощряет браки и рождение детей.

– Мужской половиной руководит Константин?

– Да. Он раздает задания каждое утро.

– Чем вы там занимаетесь?

– В общине дел хватает. Во-первых, много живности – коровы, козы, свиньи, овцы, птица разная… Даже лошади есть. За всем этим скотом, как ты понимаешь, нужен уход, поэтому установлены дежурства: сегодня ты, скажем, в свинарнике, а завтра – в курятнике. Кроме того, есть дежурные по кухне, но это – люди особые, те, кто умеет готовить, и они меняются только между собой. А еще могут в оранжерею послать. Женской половиной заправляет Марфа, у нее те же функции, что и у Константина. Здоровенная такая бабища, с меня ростом – не хотел бы я попасть ей под горячую лапищу размером с ковш экскаватора!