Медицинский триллер-2. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Градова Ирина - Страница 291

– С одной стороны, да, но вы просто не представляете себе, как начальство контролирует врачей и медсестер! А вот к Инге наш главврач даже подступиться не может – она на особом положении.

– Понятно… Скажите, а не мог ли кто-то из ее коллег затаить на нее обиду или злобу?

– Почему вы спрашиваете?

Расспрашивая коллег Цибулис, Шеин не вдавался в подробности, объясняя, почему именно задает свои вопросы, ведь Суркова просила не распространяться, а исподволь выяснить, какова ее репутация среди работников центра и нет ли среди этих людей тех, кто желал бы ей зла – немудрено, что Аня понятия не имела о причинах его визита. И все же он решил не скрывать правду, ведь именно от этой девушки он, возможно, получит нужные сведения.

– Дело в том, что у вашей докторши, похоже, есть серьезный недоброжелатель, – сказал он. – Она жалуется на письма с угрозами, проколотые шины и так далее. Только вот Цибулис даже не представляет, кто бы это мог быть.

– Надо же… – протянула Аня, мгновенно посерьезнев. – По правде сказать, я думала, что вы из-за того скандала пришли, а вот, оказывается, в чем дело!

– Погодите-ка, что за скандал такой?

– А вы не в курсе? Ой, тут такое было!

– Расскажете поподробнее?

– Парнишка прибегал, молодой совсем, спрашивал, как найти Цибулис. Я в тот день работала, спрашиваю, по какому вопросу, а он разорался, что хочет в глаза убийце поглядеть, представляете?!

– Это он Цибулис называл убийцей?

– Ну, а я о чем!

– Вышла к нему Цибулис?

– Не-а, медсестру прислала. Струсила она, вот я что думаю!

– И что сделала медсестра?

– Не знаю, как ей это удалось, но каким-то образом она сумела утихомирить паренька и вывести его на улицу… Хорошая девка была, просто ужас, что с ней такое случилось!

– С кем, с медсестрой? – встрепенулся Антон. – И что же с ней случилось?

– Так убили ее!

– Убили? Точно?

– Да уж куда точнее-то! – развела руками администраторша. – Зарезали, можете себе представить?!

– Да ну? Ограбили?

– Вроде бы, да. Совсем рядом – она и квартала пройти не успела… И чего ее потянуло на ночь глядя на улицу, ведь со смены сорвалась!

– Как считаете, тот парень мог ее… того?

Аня ненадолго задумалась.

– Думаю, да, – наконец ответила она. – Он прям бешеный был, красный весь – такой на все способен! Только вот… – она вдруг умолкла.

– Только вот что? – поощрил ее вопросом Антон. – Вас что-то смущает?

– Он на школьника был похож, честное слово! С другой стороны, школьники сейчас такие, что и ножичком по горлышку могут ничтоже сумняшеся…

– Но за что же ему медсестру-то убивать, ведь терки были с докторшей, так?

– Да, но Ольга ведь с ней и работала – может, он решил, что, раз до самой Цибулис добраться не может, то и ее помощница сойдет? От вас человек приходил, я ему все про того парнишку рассказала, но он, по-моему, не впечатлился. Только спрашивал, не видела ли я здесь, в центре, какого-то Князева – кажется, он любовник Ольгин был. Даже фотку показывал – ничего такой мужчинка…

– От нас приходил? – удивился Антон.

– Ну, может, и не от вас, но он следователем представился, удостоверение показывал. Я ему сказала, что никакого Князева знать не знаю, и он сразу же потерял ко мне интерес…

– Что ж, спасибо за ценную информацию, Анюта, – пробормотал Шеин. – Вы единственная, кто хоть что-то прояснил, остальные только славословят Цибулис или говорят очень мало, будто боясь сболтнуть лишнее.

– Еще бы, ведь Инга у нас священная корова… То есть я не хочу сказать, что она толстая, даже, скорее, наоборот…

– Милая моя, я понял, что она неприкасаемая, – прервал администраторшу опер.

– Точно!

– А почему же вы не боитесь гнева начальства?

– Да потому что работаю последнюю неделю! – радостно сообщила девушка. – Подруга нашла мне место в дорогущем косметическом салоне, вот!

– А что, разве в «Светоче» плохо платят?

– Когда я сюда устраивалась, золотые горы обещали: двадцать тысяч стабильно плюс ежемесячные премии в размере зарплаты. А на самом деле премию только два раза дали, а так – двадцать тысяч и ни копейкой больше, мне оно надо?! Знаете, какая здесь нервная работа? Постоянные звонки, периодически прибегают недовольные клиенты, и мне или сменщице приходится все разруливать. А все шишки тоже на нас сыплются, ведь начальники не любят решать проблемы, они предпочитают, чтобы проблем вовсе не было, а если они есть, значит, мы и виноваты!

Ох, как же это знакомо Антону: видимо, все начальники одинаковы!

– А я могу вам позвонить, если вспомню еще что-нибудь полезное? – спросила Аня, пристально глядя прямо в глаза Шеину. Неожиданно, но приятно: Антон знал о том, как действует его привлекательная внешность на большинство женщин, но в последнее время ему стало казаться, что пора переходить в другую, более возрастную лигу – похоже, молоденькие девицы теряют к нему интерес. Ан нет, есть еще порох в пороховницах!

– Конечно, – широко улыбнулся он, вытаскивая из кармана визитку. – В любое время, Анечка! У меня только еще один вопросик: вы, случайно, не помните фамилию того паренька, который скандалить прибегал?

– Не знаю я фамилии, но… Если это важно, я могу попытаться выяснить. Я позвоню?

Дамир с Антоном поделили коллег Цибулис на две группы – тех, кто трудился с ней в одном центре, и тех, кто сталкивался с ней за его пределами, так как Суркова хотела услышать об онкологе стороннее мнение. Она решила, что проблема Инги может иметь более глубокие корни, нежели те, что успели прорасти за время ее нахождения в частном медицинском центре. Пока что Ахметов успел встретиться с двумя коллегами Цибулис, и они твердили одно: онколог – успешная, даровитая женщина, всего добившаяся собственным трудом, работающая не покладая рук и пользующаяся заслуженным авторитетом. Поэтому и от последнего, с кем намеревался поговорить Ахметов, он не ожидал ничего иного. Геворг Вазгенович Гаспарян работал в НМИЦ онкологии и оказался очень занятым человеком: Дамир дважды договаривался с ним о встрече, и каждый раз она срывалась из-за срочных дел доктора медицинских наук, профессора Гаспаряна. Лишь на третий раз, как в русских сказках, все «срослось», и доктор пригласил Дамира встретиться в своем кабинете в отделении абдоминальной онкологии, которым он заведовал.

– Инга Цибулис – мошенница! – практически сразу заявил Гаспарян, ввергнув Ахметова, привыкшего к положительным отзывам в адрес онколога, в состояние шока.

Взяв себя в руки, Дамир задал законный вопрос:

– Почему вы так говорите?

– Да потому, что ее, с позволения сказать, методы – чистой воды профанация! – фыркнул Гаспарян. Его лицо с большим носом и глазами слегка навыкате выражало презрение к предмету разговора. – Немудрено, что она не выносит их на медицинские конференции и не пишет статей – ее бы подняли на смех!

– Но… послушайте, Геворг Вазгенович, у нее же стопроцентные показатели излечения!

– То-то и оно! – Доктор даже вскочил со стула, словно какие-то бурные процессы внутри его маленького тела мешали ему усидеть на месте. – Вы хоть представляете себе, какова смертность от онкологии в нашей стране?

Дамир покачал головой: к счастью, у него не было причин это выяснять. Профессор и не ожидал ответа, тут же воскликнув:

– Двадцать процентов! По данным Минздрава, более двадцати процентов онкологических больных умирают в течение года после постановки диагноза! Между прочим, рак груди по смертности занимает второе место – шестнадцать процентов…

– А у кого же первое? – не успев подумать, спросил Дамир.

– У рака легких и бронхов, – ни на секунду не задумавшись, ответил Гаспарян: похоже, тема медицинской статистики была ему близка. – А у Цибулис – почти сто процентов выживаемости, – продолжал он на одном дыхании. – Где это видано, спрашивается?!

– Может, она везучая? – предположил опер. – Или ее методы, которые вам не нравятся, все же дают определенные пло…