Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - МакКарти Кит - Страница 1474

Я сделала замеры для статистического анализа, но уже могла сказать, что женщина – белая.

Измерила длинные кости, скормила данные компьютеру и заложила регрессивные уравнения.

Я отмечала примерный рост в бланке, когда зазвонил телефон.

– Если я останусь тут еще хотя бы на один день, придется заново учить язык, – сказал Райан, потом добавил: – Целый год.

– Садись на автобус и езжай на север.

– Я думал, все дело в тебе, но теперь вижу, что ты не виновата.

– Трудно заглушить голос предков.

– Точно.

– Узнал что-нибудь новенькое?

– Обнаружил сегодня утром громадную записку на бампере.

Я молчала.

– Иисус любит тебя. Все остальные считают ослом.

– Ты позвонил, только чтобы сказать мне это?

– Так говорилось в записке.

– Мы религиозный народ.

Я посмотрела на часы. Два пятнадцать. Я сообразила, что умираю с голоду, и потянулась за бананом и "Мун-пай", которые захватила из дома.

– Я тут наблюдал за маленькой коммуной Дома. Бесполезно. В четверг утром трое верующих загрузились в фургон и уехали. Больше ничего.

– Катрин?

– Ее не видел.

– Проверил номера?

– Да, мэм. Оба фургона зарегистрированы на Дома Оуэна на адрес в Адлер-Лайонс.

– У него есть права?

– Выданы в великолепной Южной Каролине в восемьдесят восьмом. Записей о предварительном разрешении нет. Преподобный явно пришел и просто сдал экзамен. Тогда же оплатил страховку. Наличными. Заявлений нет. Дорожных нарушений или повесток в суд нет.

– Коммунальные услуги?

Я пыталась не шуршать целлофаном.

– Телефон, электричество, вода. Оуэнс платит наличными.

– Номер социального обеспечения?

– Выдан в восемьдесят седьмом. Но здесь он не проявлял никакой активности. Ничего не оплачивал, не требовал никаких пособий.

– В восемьдесят седьмом? Где он был раньше?

– Хороший вопрос, доктор Бреннан.

– Почта?

– Наши ребята не любят переписку. Получают обычные поздравления, адресованные "получателю", счета за услуги, и все. У Оуэнса нет ящика, а может, и есть, но на другое имя. Я немного поохотился на почте, но ничего не нашел.

В дверях появился студент, я покачала головой.

– На брелоке от ключей есть отпечатки?

– Три красавчика, но ни одной зацепки. Дом Оуэнс прямо мальчик из церковного хора.

Мы погрузились в молчание.

– Там живут дети. Социальную службу проверял?

– Да, а ты соображаешь, Бреннан.

– Просто часто смотрю телевизор.

– Я заскочил в социальную службу. Примерно полтора года назад им звонила соседка, беспокоилась за детей. Миссис Эспиноза. Они прислали своего человека. Я читал отчет. Чистый дом, улыбающиеся здоровые дети, все дошкольного возраста. Специалист решила, что все в порядке, но порекомендовала повторную проверку через шесть месяцев, которую так и не провели.

– Ты говорил с соседкой?

– Умерла.

– А собственность?

– Тут такое дело.

Прошло несколько секунд.

– Ну?

– Я весь вечер в среду сидел над бумагами на собственность и налоговыми документами.

Райан снова замолчал.

– Пытаешься вывести меня из себя? – поторопила я его.

– У нашего клочка земли богатая история. Знаешь ли ты, что с начала тысяча восемьсот шестидесятых до конца века там располагалась школа? Одна из первых средних школ исключительно для черных детей в Северной Америке.

– Не знала.

Я открыла диетическую кока-колу.

– И Бейкер прав. С тридцатых до середины семидесятых годов землю использовали для рыбалки. Когда владелец умер, собственность перешла к его родственникам из Джорджии. Наверное, им не слишком нравились морепродукты. Или замучили налоги. Так или иначе, они продали землю в восемьдесят восьмом.

На сей раз он не выдержал паузы первым.

– Покупатель – Ж.Р. Гильон.

Я вспомнила имя за долю секунды.

– Жак Гильон?

– Oui, madame.[249]

– Тот самый Жак Гильон?

Я крикнула так громко, что посреди коридора остановился и обернулся на меня студент.

– Скорее всего. Налоги оплачивал...

– Официальным чеком "Ситикорп", Нью-Йорк.

– Верно уловила.

– Черт возьми!

– Хорошо сказано.

Ничего себе новости. Владелец собственности в Адлер-Лайонс имел еще и сгоревший дом в Сен-Жовите.

– Ты говорил с Гильоном?

– Мсье Гильон еще не вышел из уединения.

– Откуда?

– Его еще не обнаружили.

– Черт! У нас и правда есть зацепка.

– Похоже на то.

Прозвенел звонок.

– И еще.

Коридор наполнился гулом голосов, студенты переходили из аудитории в аудиторию.

– Просто чтобы не отступать от правил, я отослал имена в Техас. На преподобного Оуэнса ничего, но догадайся, кто у нас владеет ранчо?

– Нет!

– Мсье Ж.Р. Гильон. Два акра в графстве Форт-Бенд. Оплачивает налоги...

– Официальными банковскими чеками!

– В конце концов я его вычислю, а пока пусть им займется местный шериф. Гильон мог отметиться и в жандармерии. Я послоняюсь тут еще пару дней, подействую на нервы Оуэнсу.

– Найди Катрин. Она звонила, но я снова опоздала. Она явно что-то знает.

– Если она здесь, найду.

– Катрин в опасности.

– Почему ты так думаешь?

Я собралась было рассказать ему о культах, но решила, что пока не узнала ничего относящегося к делу. Даже если Дом Оуэнс руководит сектой, он не похож ни на Джима Джонса, ни на Дэвида Кореша, тут я уверена.

– Не знаю. Только предчувствие. Она так нервно говорила по телефону...

– Как мне показалось, мисс Катрин даже краснеть толком не умеет.

– Она не такая.

– А ее подружка Эль явно не блещет интеллектом. Ты все работаешь?

Я помялась, потом рассказала о нападении.

– Черт! Мне жаль, Бреннан. Мне нравился твой кот. Знаешь, кто это сделал?

– Без понятия.

– Тебе дали охрану?

– Проезжают мимо время от времени. Все в порядке.

– Не гуляй по темным улицам.

– Сегодня утром привезли тела с Мертри. У меня куча дел в лаборатории.

– Если трупы завязаны на наркотиках, тобой могут заинтересоваться большие шишки.

– Вот так новость, Райан.

Я кинула банановую шкурку и обертку от "Мун-пай" в мусорную корзину.

– Обе жертвы – молодые белые женщины, как я и предполагала.

– Как-то не похоже на драг-дилеров.

– Верно.

– Но версию пока отбрасывать не стоит. Некоторые из этих парней используют женщин как презервативы. Девушки могли оказаться не в то время не в том месте.

– Могли.

– Причина смерти?

– Я еще не закончила.

– Тогда вперед, тигрица. Только не забывай, ты еще нам понадобишься в деле Сен-Жовита, когда я прижму ублюдков.

– Каких ублюдков?

– Еще не знаю, но все впереди.

Когда нас разъединили, я уставилась на свой отчет. Потом встала и принялась расхаживать по лаборатории взад-вперед. Снова села. Еще немного походила.

В голове все крутились образы из Сен-Жовита. Одутловатые белые младенцы, нежно-голубые веки и ногти. Простреленный череп. Перерезанные горла, руки, покрытые ранами самозащиты. Обугленные тела, руки и ноги перекручены, деформированы.

Что связывает смерти в Квебеке с клочком земли на острове Святой Елены? Почему младенцы и немощные старухи? Кто такой Гильон? Что в Техасе? С какой злобой столкнулись Хайди и ее семья?

"Думай, Бреннан. Молодые женщины в твоей лаборатории тоже мертвы. Оставь убийства в Квебеке Райану и займись своей работой. Они заслуживают твоего внимания. Узнай, когда женщины умерли. И как".

Я надела вторую пару перчаток и обследовала каждую косточку второй жертвы под увеличительным стеклом. Ничто не подсказывало, почему она умерла. Ни следов удара тупым предметом, ни пулевых отверстий, ни ножевых ран, ни гиодных повреждений, чтобы констатировать удушение.

Единственное, что я нашла: укусы животных, обнаруживших труп.