Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - МакКарти Кит - Страница 1445

Через окошко виднелось трио, играющее на скрипке, флейте и мандолине. Столы располагались по периметру комнаты, а посредине на невозможно маленьком пятачке прыгали пять танцоров. Три женщины двигались вполне сносно, но молодая пара просто переминалась с ноги на ногу, расплескивая пиво на все подряд в радиусе полутора метров. Никто не обращал на них внимания.

Гарри обняла футболиста, и он растворился в толпе. Я удивилась, как Райану удалось сохранить для нас стулья. И зачем. Я еще не решила, раздражает меня его уверенность или радует.

– Слава Богу, – сказал Райан, когда заметил нас. – Рад, что вы таки выбрались, леди. Присаживайтесь и наслаждайтесь.

Ему пришлось кричать, чтобы мы его услышали.

Райан подцепил ногой один из свободных стульев, подтянул его поближе и похлопал по сиденью. Гарри без промедления сняла куртку, уложила ее на стул и уселась сверху.

– При одном условии! – прокричала я.

Он поднял бровь, на меня уставились голубые глаза.

– Прекрати изображать ковбоя.

– Добрая ты, как камень в шоколаде.

Райан говорил так громко, что на шее вздувались вены.

– Правда, Райан.

Я бы никогда не смогла сравниться с ним по мощности голоса.

– Ладно-ладно. Садись. Я пошла ко второму стулу.

– Я угощу вас газировкой, мэм.

Гарри захихикала.

У меня открылся рот, потом Райан вскочил и расстегнул мою куртку. Положил ее на стул, и я села.

Райан помахал официантке, заказал "Гиннес" себе и диетическую колу для меня. Я снова обиделась. Неужели я настолько предсказуема?

Он посмотрел на Гарри.

– Мне то же самое.

– Диетическую колу?

– Нет. Второе.

Официантка исчезла.

– А как же очищение? – проревела я в ухо Гарри.

– Что?

– Очищение?

– От одного пива не отравлюсь, Темпе. Я не фанатик.

Чтобы разговаривать, приходилось кричать, поэтому я сосредоточилась на музыкантах. Я выросла на ирландской музыке, и старые песни всегда будили во мне детские воспоминания. Бабушкин дом. Пожилые дамы, ирландский акцент, канаста. Складная кровать. Дэнни Кей на черно-белом экране. Засыпаю под пластинку Джона Гэри. Наверное, музыканты играли слишком громко, на бабулин вкус. Утрированно.

Группа запела балладу об отчаянном пирате. Я узнала песню и обхватила плечи. На припеве ладони сами захлопали в пятикратном стаккато. Хлоп! Хлоп! Хлоп! Хлоп! Хлоп! На последнем ударе появилась официантка.

Гарри болтала с Райаном, слова терялись в общем шуме. Я потягивала колу и оглядывалась. Высоко на стене в ряд висели резные деревянные щиты – тотемы древних семей. Или кланов? Я поискала "Бреннан", но из-за темноты и дыма большинство прочитать было невозможно. "Карга"? Нет.

Музыканты заиграли мелодию песни, которая бабушке понравилась бы. О молодой женщине, туго перевязывавшей волосы черной бархатной лентой.

Я посмотрела на фотографии в продолговатых рамках: портреты людей в воскресной одежде крупным планом. Когда их снимали – в 1890-м? 1910-м? Лица такие же угрюмые, как и в Беркс-Холле. Может, мешали жесткие воротники.

Настенные часы показывали время в Дублине и Монреале. Десять тридцать. Я проверила свои. Точно.

Через несколько песен Гарри начала размахивать обеими руками, чтобы привлечь мое внимание. Она походила на судью, который показывает нерезультативный бросок. Райан поднимал пустую кружку.

Я покачала головой. Он сказал что-то Гарри, потом поднял два пальца над головой.

Ну вот, подумала я.

Когда музыканты заиграли быстрый танец, я заметила, что Райан показывает в ту сторону, откуда мы недавно пришли. Гарри слезла со стула и исчезла в толпе. Цена узких джинсов. Даже думать не хотелось, сколько она простоит в очереди. Еще одно доказательство неравенства полов.

Райан снял куртку Гарри, положил ее на свое место, сел на стул моей сестрички, придвинулся ближе и прокричал мне в ухо:

– Ты уверена, что вы родились от одной матери?

– И отца.

От Райана пахло смесью рома и талька.

– Давно она живет в Техасе?

– С того момента, как Моисей вывел евреев из Египта.

– Моисей Мэлоун?

– Девятнадцать лет.

Я повернулась и уставилась на лед в стакане с колой. Райану не запрещено разговаривать с Гарри. У меня в любом случае не получится с ним пообщаться. Что же я так злюсь?

– Кто такая Анна Гойетт?

– Что?

– Кто такая Анна Гойетт?

Музыканты остановились на середине куплета, и имя прозвучало в относительной тишине.

– Боже, Райан, почему бы тебе еще и объявление не повесить?

– Мы сегодня какие-то раздражительные. Слишком много кофеина?

Он ухмыльнулся.

Я ответила злым взглядом.

– Вредно в твоем возрасте.

– В любом возрасте. Откуда ты знаешь об Анне Гойетт?

Официантка принесла напитки и подарила Райану не менее ослепительную улыбку, чем моя сестра. Он заплатил и подмигнул ей. Черт возьми.

– Общаться с тобой не сахар, – заявил он, поставив одну из кружек с пивом на стойку.

– Я исправлюсь. Откуда ты знаешь об Анне Гойетт?

– Столкнулся с Клоделем в деле о байкерах. И мы о ней поговорили.

– С чего бы?

– Он меня просил.

Никогда не пойму Клоделя. Он дает мне от ворот поворот, а потом обсуждает мой звонок с Райаном.

– Так кто она?

– Анна учится в Макгилле. Тетя попросила меня найти девочку. Дело не из разряда уголовных.

– Клодель сказал, она очень интересная молодая леди.

– Как-как?

Гарри выбрала именно этот момент, чтобы присоединиться к нам.

– Ух, ребятки. Если захотите писать, лучше занимайте очередь заранее.

Она оценила перемену мест и скользнула на бывший стул Райана. Будто по заказу, музыканты запели о виски в кувшине. Гарри раскачивалась и хлопала, пока какой-то чудак в кепке и зеленых подвязках не протанцевал к нам и не взял ее за руку. Она спрыгнула и пошла за ним в боковую комнату, где два молодых человека все еще изображали цапель. Партнер Гарри обладал основательным животиком и мягким круглым лицом. Надеюсь, она не уморит парня.

Я посмотрела на часы. Одиннадцать сорок. Глаза горели от Дыма, а горло скребло от криков.

Я наслаждалась.

И хотела выпить.

Серьезно.

– Слушай, у меня разболелась голова. Как только Джинджер Роджерс вернется с танцпола, я ухожу домой.

– Как хочешь, хвастунишка. Неплохо для первого раза.

– Боже, Райан. Я была здесь и раньше.

– Слушала рассказчиков?

– Нет!

Мне нравится ирландский фольклор.

Я наблюдала, как Гарри прыгает и извивается, длинные светлые волосы метались в воздухе. Все смотрели на нее. Чуть погодя я прокричала в ухо Райану:

– Клодель знает, где Анна?

Он покачал головой.

Я сдалась. Шансы на разговор нулевые.

Гарри с чудаком продолжали танцевать. Его лицо покраснело и покрылось потом, галстук на зажиме болтался под прямым углом. Когда Гарри в джиге повернулась ко мне лицом, я провела пальцем по горлу. Закругляйся. Конец съемки.

Она радостно помахала в ответ.

Я ткнула большим пальцем в сторону выхода, но она уже отвернулась.

О Боже!

Райан наблюдал за мной с веселой ухмылкой.

Я подарила ему взгляд, способный заморозить Эль-Ниньо, он откинулся назад и поднял руки в знак раскаяния.

В следующий раз, когда Гарри пролетала мимо меня, я снова замахала ей, но она со странным видом уставилась на что-то позади меня.

В двенадцать пятьдесят мои молитвы были услышаны: музыканты взяли перерыв. Гарри вернулась, раскрасневшаяся, но сияющая. Ее партнер выглядел так, будто нуждался в реанимации.

– Ух! На мне будто воду возили.

Она провела рукой по воротнику, запрыгнула на стул и проглотила пиво, заказанное Райаном. Когда чудак попытался сесть рядом с ней, она похлопала его по кепке:

– Спасибо, большой парень. Увидимся позже.

Тот склонил голову набок и по-щенячьи жалобно посмотрел на нее.

– Пока.

Гарри помахала ручкой, парень пожал плечами и растворился в толпе.