Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - МакКарти Кит - Страница 1419

Я отложила в сторону носок и вопросительно изогнула бровь.

— Он тоже со сдвигом, но, возможно, не представляет для окружающих опасности.

— То есть?

— Этот тип — школьный учитель, собирает коллекцию скелетов животных для своих занятий, вам все это известно.

— Убийство Альсы — его рук дело?

— Он говорит, что нашел ее на улице уже мертвой. Принес домой, разрезал, потом прочитал статью в газете, испугался, сложил все в сумку и отнес к автовокзалу. Возможно, мы никогда не узнаем, кто выпустил ее из лаборатории.

— Именно Тэнгуэй — постоянный клиент Жюли?

— Верно. Он ловит кайф, когда видит женщину в ночной сорочке своей мамаши. Кстати… — Он в нерешительности замолчал.

— Что?

— Тэнгуэй и есть убийца чучел.

— Неужели? Тот самый тип, который проникает в чужие спальни?

— Точно. Вот почему он чуть не обделался от страха, когда мы поймали его и начали допрашивать. Бедняга. Сам во всем признался. Потребность в убийстве чучела, очевидно, обострялась в нем в те моменты, когда у него не получалось подцепить шлюху.

Кое-что еще никак не давало мне покоя.

— А телефонные звонки?

— Позвонить женщине и повесить трубку — к этому трюку наш чокнутый прибегал, если ему не удавалось предаться ни первому, ни второму своему удовольствию.

— Откуда у него появился мой номер телефона?

— Возможно, от Гэбби. Он следил за ней и подглядывал.

— А тот рисунок, который я нашла в мусорной корзине? Кто его нарисовал?

— Тэнгуэй. Его восхищает искусство аборигенов. Эту картинку он перерисовал из какой-то книги. Специально для Гэбби. Таким образом ему захотелось попросить ее не исключать его из проекта, над которым она работала в Мейне.

— Выходит, — я подняла голову, — Гэбби преследовали сразу двое придурков.

На глаза навернулись слезы. Я потихоньку начинала свыкаться с тем, что потеряла ее, но еще не до конца осознала это.

Райан поднялся со стула.

— Где Кэти? — поинтересовался он, желая сменить тему.

— Поехала купить лосьон для загара.

Я затянула шнурок на сумке и опустила ее на пол.

— Как она себя чувствует?

— По-моему, нормально. Ухаживает за мной, как персональная сиделка. — Я машинально подняла руку и почесала шрам на шее. — Но мне кажется, что она воспринимает происшедшее гораздо серьезнее, чем дает понять. До настоящего момента насилие представлялось ей чем-то отстраненным, ее не касающимся. Она знала о нем из выпусков новостей. Кого-то убивают в Лос-Анджелесе, в Тель-Авиве и Сараево. Кого-то незнакомого, далекого. Мы с Питом умышленно не посвящали ее в особенности моей работы. Теперь она обо всем узнала, и мир как будто перевернулся под ее ногами.

— А вы?

— Я в порядке. Честное слово.

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга.

Потом Райан взял пиджак, перекинул его через согнутую в локте руку и неестественно небрежным тоном спросил:

— Собираетесь понежиться на пляже?

— На куче пляжей. На Кейп-Коде, Кейп-Мее, на пляжах Виргинии. А к пятнадцатому планируем быть уже в Нэгз-Хеде.

Там нас должен был встретить Пит.

Райан положил руку мне на плечо. В его глазах я прочла отнюдь не профессиональный интерес.

— Вы вернетесь в Монреаль?

Этот вопрос я задавала себе в течение целой недели. А что, собственно, ждет меня здесь? Работа? В состоянии ли я продолжать работать? Выдержу ли столкновение с очередным психопатом? И нападки Клоделя? А моя семейная жизнь? Я оставила ее в Штатах и еще не знала, что почувствую, когда вновь повстречаюсь с Питом.

Я решила, что отвечу на этот вопрос позднее, а сейчас полностью посвящу себя отдыху.

— Конечно я вернусь. Хотя бы для того, чтобы закончить все отчеты и дать свидетельские показания.

— Хорошо.

Последовала напряженная пауза. Мы оба понимали, что Райан спросил о другом.

Он кашлянул, опустил руку в карман пиджака и извлек из него коричневый конверт:

— Клодель попросил меня передать вам вот это.

Я взяла конверт, положила его в карман и последовала в прихожую вслед за Райаном.

— Райан…

Он обернулся.

— Занимаясь день за днем, год за годом тем, чем вы обязаны заниматься, вы еще не потеряли веру в человечество?

Его взгляд сосредоточился на какой-то точке в пространстве между нами. Райан о чем-то поразмыслил и посмотрел на меня:

— Время от времени в человеческом обществе непременно появляются паразиты, питающиеся кровью окружающих. Эти паразиты — не человечество. Они мутанты. По моему мнению, с ними даже кислородом-то нельзя делиться. Но от них никуда не денешься, вот я и помогаю вылавливать этих гадов и упекать за решетку, откуда они никому уже не могут причинить вреда. Я стремлюсь сделать безопаснее и спокойнее жизни тех людей, которые поднимаются утром, идут на работу, выращивают детей или помидоры, разводят рыбок, а по вечерам смотрят дома телевизор. Эти люди и есть человечество.

Я проводила его, еще раз восхитившись его задом, обтянутым джинсой. И его мозгами.

Может быть, подумала я. Может быть!

В тот же день вечером мы с Кэти купили мороженого и отправились на гору, на одно из моих самых любимых мест, откуда видна вся равнина и река Святого Лаврентия.

Я взглянула на панораму залитого огнями Монреаля, ощущая себя участницей невероятных приключений в голливудском духе. Только мое приключение подходило к концу. Возможно, я вижу этот город в последний раз и прощаюсь с ним.

Доев мороженое, я опустила руку в карман за платком и, дотронувшись до бумажного прямоугольника, вспомнила о письме Клоделя.

«Черт, надо бы прочитать», — промелькнуло у меня в голове.

Я вскрыла конверт и достала написанную от руки на английском языке записку. Странно. Я думала, что свою жалобу на меня он оформит в соответствии со всеми правилами.

На вершине горы мягко поблескивал крест, благословляя всех жителей равнины. Как там говорил Коджак? «Кто-то непременно любит тебя, детка».

Мы с Райаном и Клоделем и вправду были последней инстанцией.

Я взглянула на город внизу. Останься здесь. Кто-то любит тебя.

— A la prochaine, — сказала я, обращаясь к летней ночи.

— Что это означает? — спросила Кэти.

— До следующей встречи.

Лицо дочери вытянулось.

— Поедем-ка скорее на побережье!

Кэтти Райх

Смерть дня

Всем, кто пережил снежную бурю в Квебеке в 1998-м.

Nous nous souvenons[216]

Герои и события этой книги вымышлены и существуют лишь в воображении автора. Дело происходит в Монреале, Северной Каролине и других штатах. Упоминаются некоторые существующие организации, но герои и события не имеют ничего общего с реальностью.

1

Если тела и тут, я не могу их найти.

На улице завывал ветер. В старой церкви эхом отдавались лишь скрип моей лопатки да жужжание переносного генератора и обогревателя. Высоко над головой, впиваясь в фанеру, по заколоченным окнам скребли ветви.

Позади меня стояли люди. Съежившись, но не прижимаясь друг к другу, крепко сжимали руки в карманах. Я слышала, как они переминаются с ноги на ногу. Ботинки скрипели на замерзшей земле. Все молчали. Холод не давал нам открыть рта.

В десятисантиметровом сите исчезает пирамидка земли, я осторожно разглаживаю ее лопаткой. Приятно удивляет зернистая подпочва. По состоянию поверхности я ожидала обнаружить на глубине вечную мерзлоту. Однако последние две недели в Квебеке было не по сезону тепло, снег растаял и растопил землю. Хотя намек на весну сдул следующий же порыв арктического ветра, волшебные чары сделали землю мягкой и податливой. Хорошо. Прошлой ночью температура упала до минус четырнадцати. Плохо. Земля не замерзла, но воздух дышит морозом. У меня от холода уже не сгибаются пальцы.