Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - МакКарти Кит - Страница 1317

— Когда тебе кажется, что уже нечем больше жертвовать, мистер Данбар… на самом деле, черт побери, есть чем, так что шевелись и давай попробуем еще раз!

Остановившись в двух метрах от вентилятора, Стивен щелкнул фонариком. И вот оно, самое прекрасное зрелище на свете — небольшой круглый контейнер! Пусковой механизм оказался примитивным: проволока, идущая от контейнера, крепилась к одной из лопастей вентилятора. Когда вентилятор начнет вращаться, проволока сорвет крышку контейнера и его содержимое будет распылено в воздухе.

Стивен продвинулся ближе и внимательно осмотрел все, чтобы ничего не пропустить. Сняв защитный колпачок с одного из скальпелей, он перерезал проволоку, идущую к вентилятору.

— Ну, вот и все, — пробормотал он, уронив голову на вытянутые руки. Он пролежал так без движения почти минуту, ожидая, пока дыхание успокоится и станет поверхностным, как у спящего человека. Пот по-прежнему стекал по лицу, но Стивена это больше не волновало — он даже получал детское удовольствие, отслеживая дорожку каждой капли, которая выбирала максимально короткий путь вниз. Все закончилось. Он справился. Они спасены. Через несколько секунд он начнет долгий путь обратно, извиваясь ногами вперед, и скоро вернется в лабораторию. Потом они безбоязненно откроют дверь, войдут в шлюзовую камеру и вышибут заблокированную входную дверь.

Чувствуя физическое опустошение, но огромное моральное облегчение, Стивен собрался с силами, чтобы начать отступление. Как он и боялся, двигаться назад оказалось еще труднее, чем вперед: требовалось совершать другие движения, более неестественные, отчего он почти выдохся к тому времени, как добрался до разветвления. Стивен чуть не потерял самообладание при мысли о том, как трудно будет повернуться назад под прямым углом — ему казалось, что ноги слишком длинные для этого.

Исчерпав весь свой словарь ругательств, используя их во всевозможных комбинациях, он наконец смог обогнуть угол. Пришлось немного отдохнуть, чтобы успокоиться. Легчайшее дуновение холодного ветра коснулось его щеки…

Дуновение превратилось в ураган — это заработал вентилятор. Стивен попытался закричать, но вынужден был пригнуть голову под сильным напором ветра. В следующую секунду он понял, что все это означает. Монк вернулся, он сейчас внизу — как раз когда Стивен уже вышел на финишную прямую… Монк победит — он все равно сможет инсценировать несчастный случай и уйти безнаказанным.

Второй раз за несколько часов Стивен оказался перед лицом смерти без малейшей надежды спастись. Дженни вырастет и будет рассказывать друзьям, что ее папа погиб в результате несчастного случая, когда она была маленькая, зато хотя бы Талли не придется говорить людям, что она вдова.

— Прости, любимая, — пробормотал он. — Ты была права, а я нет.

По какой-то прихоти сознания перед его глазами вдруг возник тот сержант.

— Пока все не закончилось — это еще не конец, мистер Данбар! — прокричал он.

Стивену пришлось признать, что недостаток литературности этого изречения с лихвой компенсировался его влиянием на образ мыслей. Он не собирается встретить смерть с достоинством и смирением, как в машине скорой помощи! Нет, он встретит ее как воин, который верно служил своей стране, и использует любую возможность, чтобы продолжать бой до самого конца.

Стивен оставил фонарик и остальные вещи возле вентилятора — когда решил, что его задание выполнено — но у него остался один из скальпелей, которые он сунул под браслет часов. Скальпель будет его единственным оружием, если ему представится шанс им воспользоваться — тонкая стальная рукоять с узким трехсантиметровым лезвием, которое сломается при малейшем нажатии, но настолько острое, что разрежет плоть до костей прежде, чем человек это почувствует.

Стивен понимал, что он не в том физическом состоянии, чтобы вступить в борьбу с Монком. Кроме сохраняющихся до сих пор побочных эффектов отравления газом, смелая выходка в вентиляционном канале отняла у него все оставшиеся силы. Монк — пограничный психопат, получивший полноценную подготовку в разведслужбе и, скорее всего, вооруженный, хотя он вряд ли собирается стрелять, если по-прежнему планирует обставить все как несчастный случай.

— Вылезай, Данбар, ты же не собираешься просидеть там целый день, — донесся снизу крик, когда Стивен приблизился к люку настолько, что ступни повисли в воздухе.

Судя по интонации, говоривший забавлялся. У Стивена стиснуло горло от мрачных предчувствий. Он повернулся на локтях — ноги при этом болтались над импровизированным помостом — и попытался разглядеть внизу опору.

— Полегче, мы не хотим, чтобы ты упал и ушибся!

Стивен живо представил, как Люкас и Макмиллан сидят на стульях со связанными за спиной руками. Он не видел Монка, а это было важно, поэтому он продолжал торчать в проеме, ожидая, пока тот заговорит снова. Ему нужно было определить, где находится противник, чтобы, спускаясь, скрыть от него наличие скальпеля.

— Нет смысла оттягивать неизбежное, Данбар, — донесся снизу ленивый голос.

Звук шел слева.

Собрав свои — как он опасался, последние — силы, Стивен сполз в проем так, чтобы к Монку была обращена наружная поверхность его левой руки. Его нога нашла поверхность помоста, который слегка качнулся, приняв на себя весь вес Стивена. Монк в расслабленной позе стоял в метрах четырех от него, держа в правой руке пистолет. Стивен, обессилевший, обнаженный по пояс, мокрый от пота и с головы до ног покрытый грязью, был близок к тому, чтобы сдаться, но голос сержанта снова зазвучал у него в ушах. «Еще не конец…»

Он опустил голову, словно остался совсем без сил, но на самом деле высматривая самый безопасный участок помоста, место, которое послужит самой крепкой точкой опоры, чтобы спрыгнуть, если ему представится шанс совершить свой последний гамбит.

Монк сделал шаг к нему.

— Мне говорили, что ты служил в спецавиации, Данбар. По-моему, это был девчачий скаутский отряд…

Еще один шаг вперед, на который и надеялся Стивен, и Монк оказался в пределах досягаемости… Сейчас или никогда! В одном последнем, исключительно на адреналине сделанном рывке, Стивен выхватил скальпель из-под браслета часов на левом запястье, шагнул на безопасную часть помоста, которую присмотрел заранее, и бросился на Монка.

Монк не ожидал этого, совершенно уверенный в том, что полностью контролирует ситуацию. Он и представить себе не мог, что стоящий перед ним измученный человек вдруг превратится в мчащегося на него девяностокилограммового мстителя. Впрочем, у него не было времени осознать свою ошибку. Взмахнув скальпелем, Стивен перерезал ему горло, и в тот момент, когда они оба рухнули на пол, Монк был уже мертв.

Стивен и не собирался пробовать другие варианты. Не было ни малейшего смысла пытаться справиться с Монком, чтобы затем отдать его в руки правосудия. Такое возможно только в комиксах для школьников и в сказках. Единственный шанс выжить заключался для Стивена в том, чтобы убить Монка одним ударом, и он успешно сделал это — а в следующую секунду его стошнило в лабораторную раковину. Немного придя в себя, Стивен освободил Макмиллана и Люкаса. Едва успев закончить, он снова метнулся к раковине.

Почувствовав ободряющее похлопывание по плечу, он обернулся и увидел Макмиллана.

— Рад, что ты так себя чувствуешь, — сказал начальник, а затем оставил Стивена наедине со своими мыслями и совершенно пустым желудком.

Макмиллан взял на себя руководство ситуацией. Он занялся телефонными переговорами и попросил руководство Министерства внутренних дел проследить, чтобы место происшествия как можно скорее привели в порядок, не информируя соответствующие службы. Стивен и Люкас тем временем переместились из лаборатории в комнату для персонала.

Ученый был в шоке. За прошедшие десять минут он не сказал ни слова, просто сидел, уставясь в пол, словно погрузившись в размышления, но на самом деле просто был в ступоре от увиденного. Стивен с переменным успехом пытался отвлечься, разглядывая признаки «обычной» жизни — глянцевые журналы на столике, развешенные по стенам открытки курортов, ряд кофейных чашек с именами персонажей мультфильмов, коробка с пакетиками чая и кофе… Эти вещи принадлежали нормальным людям, которые не делали то, что он только что сделал… должен был сделать, напомнил себе Стивен, вынужден. Но он боялся, что это утверждение снова и снова будет ставиться под сомнение — в те предрассветные часы, когда остаешься наедине со своей совестью…