Медицинский триллер. Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - МакКарти Кит - Страница 1250

— А вы об этом полиции говорили, миссис Степни? — спросил Стивен.

— Он сказал, чтобы я не беспокоилась об этом, — женщина кивнула в сторону мужа.

— А где именно находится почта? — поинтересовался Данбар.

Оба стали давать объяснения, но ему все же удалось сделать вывод, куда надо ехать.

— Большое спасибо. Вы очень помогли! — Он снова сел в машину, оставив обоих Степни спорить в саду.

Стивен притормозил у въезда в переулок, как раз рядом с почтой, и, развернувшись, заехал туда. Теперь у него был хороший обзор на Элм-стрит, но при этом другие его не видели. Элм-стрит… что-то знакомое… Данбар снова сверился с файлом, лежащим рядом. Здесь жила семья Никола! Он еще раз заглянул в документ с датой смерти Никола. Быстрое вычисление в уме, и он узнал, что мужчина погиб в четверг.

Сложив дважды два, Стивен выругался. Кто-то, один или несколько, сидели здесь в красной машине, когда миссис Степни навещала свою подругу в четверг вечером, и, вероятнее всего, вычисляли распорядок дня Алана Никола. Должно быть, они установили, в какое время он брал собаку на прогулку и каким маршрутом ходил, и использовали эту информацию, чтобы перехватить его по дороге. Вполне вероятно, что Алана Никола убили.

Тринадцать

Уже не в первый раз за время своей карьеры в «Сай-Мед» Стивен обнаружил, что категорически не желает признавать то, что ему открывалось. Это очень неуютное ощущение, казалось, подрывало все, за что он боролся. Он уже давно перестал верить, будто правительство Великобритании в принципе нельзя было втянуть во что-то тайное или откровенно незаконное. Здравый смысл твердил, что они должны быть безжалостными, как и любой потенциальный противник, когда дело доходит до вопросов национальной безопасности. Но для Данбара было важно верить, что он по-прежнему работает на «хороших парней». Однако различие, казалось, становилось все менее и менее отчетливым.

На ничего не подозревающих школьниках провели некий эксперимент, да еще и с согласия правительства. Плюс ко всему добавилось убийство ученого, связанного с этим делом. Все это уже ни в какие ворота не лезло. Испугался ли Никол того, что натворил, и решил пролить свет на происходящее? Может, его «заткнули» из-за этого? Может, в Эдинбурге Скотта Холдейна убили потому, что тот тоже заподозрил, что творятся какие-то неэтичные или и вовсе незаконные дела?

Стивен никак не мог поверить в убийство, санкционированное правительством. Но, с другой стороны, самоубийство доктора Дэвида Келли[192] ни разу не показалось ему достаточно убедительным. С утра в первую очередь он наведет справки о состоянии здоровья всех детей с «зелеными наклейками». Если еще у кого-нибудь развилось заболевание, как у Кита Тэйлора или Триш Лионс, времена осторожных расспросов будут окончены. Нравится это Макмиллану или нет, но ему придется взять за горло Минздрав и потребовать объяснений. Что касается самих объяснений… по спине Стивена пробежал холодок, когда ему в голову пришла мысль: а ведь кто-то может решить, что выгоднее будет избавиться от «Сай-Мед», чем придумывать эти объяснения.

Он набрал номер Талли.

— Привет. Ты как? Где сейчас находишься?

Стивену было приятно, что голос женщины зазвучал радостно, когда она узнала его.

— Я недалеко от Кембриджа. Захотелось услышать тебя.

— Как мило! — произнесла Талли. — Рада, что ты позвонил. Есть особый повод? — Она не смогла скрыть подковырки в вопросе.

— Основы моей жизни трещат по швам, и я подумал, что ты могла бы помочь…

— Как?

— Крепкая выпивка и плечо, чтоб всплакнуть — сойдут для начала.

— Но ты же в Кембридже?

— У меня «Порш».

Талли рассмеялась и сдалась:

— Хорошо, хорошо, приезжай. Но если не успеешь до десяти вечера, можешь обо всем забыть, и даже не пытайся звонить. У меня завтра напряженный день.

— Уже еду.

Стивен нажал кнопку домофона на двери дома Талли. Было чуть больше половины десятого. Наградой для него стало приглашение войти. Он бегом поднялся по лестнице и обнаружил, что она стоит у входной двери, прислонившись к косяку. На ее губах играла улыбка. Она слегка покачала головой и сказала:

— Для человека, чьи жизненные устои трещат по швам, ты двигаешься довольно бодро.

— Данбары всегда были крепкими орешками, — улыбнулся в ответ Стивен, обвивая ее руками и крепко обнимая. — Рад тебя видеть!

— И я тебя…

Талли налила ему большую порцию джина с тоником и наполнила свой бокал вином.

— Ну-с, — начала она, присаживаясь рядом на диван, — расскажи тетушке Симмонс, что там у тебя стряслось?

Стивен криво ухмыльнулся.

— Я попытаюсь не сгущать краски, но все в высшей степени серьезно, да и не шутил я насчет своих переживаний. Кажется, что почва уходит из-под ног…

Талли видела, что у него на самом деле наступил какой-то кризис.

— Продолжай, — мягко попросила она.

Данбар рассказал, что ему удалось накопать и какие он сделал выводы, признавшись:

— Я просто не знаю, под каким еще углом посмотреть на все это!

— Но это просто возмутительно! — воскликнула Талли. — Опыты на детях? Просто в голове не укладывается!

— Уверен, когда правда всплывет наружу, все будет не так уж и жестоко, — заметил Стивен. — Наверняка кто-нибудь, как всегда, желал лучшего, но облажался по-крупному. Обычно тут на сцене появляется Правительство Ее Величества… но два убийства, чтобы ничего не выплыло? Все это продвигает ситуацию на совершенно иной уровень.

— Но ты не можешь быть абсолютно уверен, что этих людей убили, — произнесла Талли.

— Нет, но со стороны все выглядит именно так.

— Есть идеи, что именно ввели детям?

Стивен покачал головой.

— Нечто, что, по их мнению, должно было пойти на пользу, — нараспев произнес он.

— Как вакцина?

— Как вакцина. Только очень сложно представить, каким образом вакцина могла вызвать то, что я увидел. Тебе доводилось видеть некротический фасциит?

— Нет, слава богу! Ни разу.

— И не захочешь, поверь мне.

— Но если именно «вакцина» стала его причиной, разве это не означает, что всем детям угрожает опасность?

— Этого-то я и боюсь, — поджал губы Стивен. — Я собираюсь с утра проверить всех детей, попавших под раздачу. Хочу узнать текущее положение вещей.

— А если будут еще заболевшие?

— Тогда мы получаем национальную катастрофу в самом разгаре, которая может низвергнуть правительство… если они допустят подобное.

Талли посмотрела на него.

— Ты хочешь сказать, раз они уже убили двоих, чтобы не допустить огласки, они могут и не остановиться?

— Это-то и не дает мне покоя. Я думал, что работаю на «белые шляпы»…[193]

— Понимаю, в чем проблема, — задумчиво сказала Талли, отводя взгляд.

— Никто не знает, что я здесь, — сказал Стивен. — Никто в моем мире не знает, что ты вообще существуешь. Ты в безопасности.

— Ты читаешь мои мысли. — Талли смущенно улыбнулась.

— А ты мои можешь прочесть? — мягко поинтересовался Данбар, беря ее за руки.

— Стивен… я думала, мы оба решили, что это не очень хорошая идея…

— Я считаю, что это очень хорошая идея.

— Понимаю. Я просто вижу тебя во время национального кризиса?

— Если мы оба этого хотим, у нас может все получиться…

— Стивен…

Он притянул ее к себе, и первый же нерешительный поцелуй пробудил в них бурю страсти.

— Блииин… — прошептала Талли, обвивая его руками, — утром я пожалею об этом…

— Доброе утро, — произнес Стивен, протягивая кофе заспанной Талли, все еще лежащей в постели.

— О, боже! — встревожилась она. — Который час?

— Начало седьмого.

Талли расслабилась.

— Боже, на минуту показалось, что ты собираешься сказать «девять».