Скучная Жизнь 6 (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 19

— Я помню такое… только в качестве фокуса, а не научного эксперимента. — говорит Старший: — на этом эффекте основана боль в игре?

— Что-то в этом роде. — кивает Бон Хва: — я не знаю всех подробностей, но если ты начинаешь верить в то, что это тело — твое, то ты начинаешь чувствовать боль, когда тебя копьем проткнут, например. А вся эта шкала регулировки боли — она на самом деле не регулируется, регулируется микротранзакции между пользователем и виртуальной реальностью, прерываются пакеты, и окружающая виртуальная реальность ощущается… ну как через вату, что ли…

— Через вату. — повторяет за ним Старший: — то есть и реакция не такая быстрая?

— Да, да. Поэтому профи никогда не выкручивают ползунок уменьшения болевых ощущений, иначе не будешь получать обратную связь, реакция снизится и не сможешь действовать быстро. Тут же не как в старых играх, где все на экран выводилось, например те же проклятья можно раньше почувствовать раньше, чем на интерфейсе предупреждение выскочит, да и порез от меча раньше чувствуешь, чем хп отнимается. Вот скажем ударят в спину тебя ножом, так если ползунок боли в ноль выкручен — то и не поймешь куда ударили, только повреждения на интерфейсе считаешь и все.

— Вот как… значит поэтому ты никогда этот ползунок не трогаешь, всегда он у тебя на максимуме… — задумчиво тянет Старший.

— Именно! Я — профи! — гордо говорит Бон Хва: — к сожалению ты в этом мире не ориентируешься, старенький ты наш, так что тебе придется слушаться меня.

— Ты слишком не зазнавайся. — хмыкает Старший: — а то мало ли что с тобой ночью может случится… у меня фантазия богатая и знакомых по городу много.

— Ладно, ладно. Но признай, что ты все равно ничего не понимаешь в… этом всем! — Бон Хва обводит рукой окружающий мир: — не так ли?

— Признаю. — легко соглашается Старший: — ошеломлен прогрессом. Все это чувствуется так реально… а кстати, насчет секса — насколько все тут по-настоящему ощущается и…

— Вот поэтому старых хорни сюда и нельзя пускать! У таких есть свои программы. Та же «Развратная Школа-Монастырь», например…

Интерлюдия Ядвига, разбойница из Славного Города Бартам

Она заприметила эту парочку еще на выходе из парка. Двое, одна жрица из новообращенных, таких сразу видно — еще не научилась со своим посохом ходить, задевает за все, не привыкла что такой дрын за плечом все время. Да и роба новенькая, необмятая, ни разу еще она в ней за пределы города не выходила, только вот из Церкви Света вышла. И не то, чтобы у таких новообретенных в кармане было хоть что-то особо ценное, но зато и за кошелем своим новенькие жрицы не следили. Выдавали в Церкви Света помимо робы и посоха еще немного денег и кое-какие вещички на первое время — парочку дешевых эликсиров, немного еды, баклажка с святой водой, обычные мелочи. Однако, кроме этого, каждой неофитке Церкви Света выдавали и парочку Портальных Камней. А это — достаточно ценная вещь. Откуда у Церкви такие деньги, чтобы каждой новообращённой жрице Портальный Камень выдавать и почему они свои ресурсы вот так бездарно разбазаривают — ее не волновало. Так было всегда — в кошеле на поясе у новеньких, наивных жриц помимо двух-трех флакончиков с красным и синим эликсирами, помимо нескольких медных монеток, — лежало два сине-зеленых камня с печатью Церкви. Портальные камни позволяли выйти из любой передряги. Переместиться в Бартам из любой невообразимой дали, достаточно лишь было сломать печать и все — через пару секунд ты уже стоишь на Аллее Героев и озадачено осматриваешься вокруг.

Такие вот вещи очень ценились на черном рынке и стоили достаточно дорого, чтобы можно было рискнуть. Однако разница в силе между авантюристами и обычными горожанами была слишком велика, чтобы рискнуть напасть и ограбить обладателя Портального Камня. И только Ядвига, девушка-разбойница, юная воровка из Нижнего Города — смогла сопоставить все факты и найти способ заработать деньги на неофитах Церкви Света. Все очень просто — напасть на авантюриста в черте города — самоубийство, тут же стражи прилетят, да и сам город защищен магией, которая предотвращает такие вот нападения. За городом — можно, однако там уже вовсю разворачиваются умения пришлых, которые на голову выше обычных горожан. Плюс авантюристы очень уж быстро развиваются и уже через некоторое время становятся очень сильными… а свои предметы хранят в инвентаре, который пропадает вместе с их телами. И только на выходе из Церкви Света новообращенные жрицы некоторое время носят кошель на поясе. Потому что так им выдали все… и сразу насчет инвентаря редко кто сообразит. Но первая же добыча, первый же бой и любая из «беленьких» начнет закидывать все в инвентарь. И наконец самое главное — добыть камень в бою не получится. А вот украсть…

Ядвига легко спрыгивает с карниза дома и превращается в Тень, скользит за намеченной парочкой, одновременно оценивая спутницу молоденькой жрицы. Охотница, из эльфов… а это плохо. Если кто и может заметить разбойницу, скользящую в Тенях, так это охотница. Но ее ищеек рядом не было видно, она не вертела головой по сторонам, сканируя местность, ее глаза не горели синим светом, выдавая наложенный бафф на «Всевидящий Глаз Гора». Значит — расслабилась. Еще бы, они в городе, тут праздник, толпы народа… немудрено. Украсть что-либо у авантюриста, который несет все в инвентаре — практически невозможно. Так что охотница ничего и не ожидает. В городе никто на нее не нападет, никто ничего не украдет… можно расслабиться.

Она скользит за идущими, стараясь не пересекать открытые и освещённые пространства, прячась в Тенях и обходя праздных гуляк, легко вспрыгивая на карнизы домов и пробегая по подоконникам, свисая с перекинутых через улицу веревок с флагами и праздничными символами, бесшумно спрыгивая вниз и снова — взлетая наверх.

Все, что ей нужно — это чтобы парочка остановилась. Хотя бы на несколько секунд. Чтобы они остановились, а она тем временем — срезала бы кошель с пояса жрицы одним выверенным движением. Потом — отскок назад, прыжок в Тени и бегом отсюда, бегом, пока светлая не спохватилась, а ее спутница не вызвала своих ищеек, натравив их на след разбойницы. Минута и она в безопасности. А через пять минут она уже сидит в трактире «Под Синей Луной» и скидывает кошель с Камнями старому Лу на оценку. Через десять — горланит песни с буйными посетителями. И наконец сможет позволить себе купить тот самый кинжал из Зеленого набора. Так и будет. Потому что во время этого праздника новообращенная жрица обязательно остановится где-нибудь, раззявив рот. Например, на яркий, многоцветный фонтан с живыми магическими рыбками. Или на представление на площади. В конце концов на фейерверк, который стоит уйму денег и для которого пригласили кучу волшебников из Академии Магии… например эту проклятую Адияну!

Она стискивает зубы, вспоминая свои дни в Академии и тут же — расслабляется. Не время сейчас предаваться воспоминаниям, тем более таким неприятным. Было и было, быльем поросло. Давно уже она не ученица Академии Магии, юная и наивная дочь Дома Тард, дочка своего отца, живущая в богатом особняке и беззаботно проводящая дни в учебе и развлечениях. Нет, та девчонка давно мертва. Сейчас она — просто одна из отбросов Нижнего Города. Никто из аристократов Верхнего Бартама, и уж, конечно, не сама Адияна — не доверит ей даже ломанный грош. Достаточно взглянуть на ее одежду, на ее татуировки, на два кривых ножа, свисающих с пояса и на черную повязку, что болтается у нее на шее, повязку, которая в любой момент может закрыть лицо. Теперь она — другая. И ей нужен этот кошель на поясе у светлой… а, вот она и остановилась.

Ядвига смотрит на то, как парочку останавливают двое — один в кожаной одежде, рукояти ножей и повязка на шее выдает в нем коллегу по ремеслу. Вторая в паре — высокая и статная блондинка в тяжелых позолоченных доспехах. Рыцарь-паладин. Она уже совсем близко и слышит каждое слово…

— Вот ты где! — говорит ее коллега по ремеслу: — уже познакомилась с кем-то? А это вот — Тиен, но тут у него другое имя. Алисандрия. Он у нас паладин. Я же говорил, что у тебя глаза выпучатся. Посмотри на его аватарку.