В Тридевятое царство попаданкам вход запрещен! (СИ) - Рысенок Леся - Страница 11

И сама поняла, как нелепо моя фамилия прозвучала в этой снежной пустоши. Прямо таки вызывающе. Женщина тоже, видимо, так подумала, потому что оглядела меня внимательно и даже критично, мол, точно Радостева? Потом ее взгляд снова на поясок устремился и замер там.

И вот клянусь, этот взгляд я изо всех узнаю. У меня так клиентки в лавке смотрели на вещь, которую ну очень хочется, аж ладошки зудят, но взять почему-то не решаются, к концепции наряда не подходят или просто изначально не планировали. Бывало, что в угоду таким желаниями и костюм менялся, и образ переделывался. Я сощурилась.

— Вот, подарок для вас, госпожа, — хотелось добавь “Метелица”, но кто эта дама, я не знала. Догадывалась лишь, что хозяйка этого ледяного безобразия.

— Мне? — искренне удивилась женщина, которая представляться и не собиралась.

Она даже руку протянула, но одернула, так и не решаясь взять вещицу.

— Зачем? — подозрительно спросила вместо этого.

— Просто так. У вас тут красиво, но очень однотонно. Этот пояс оживит ваш образ. А если такую же отделку по кокошнику пустить, то глаза можно подчеркнуть. Вам синий вообще изумительно идет, поверьте, я в этом разбираюсь. Жаль нет зеркала, я бы показала.

Я не врала, женщине на вид было лет за тридцать, и была она довольно красивой — тонкие черты лица, нежная фарфоровая кожа, темные ресницы, брови и волосы, стройная фигура.

Она взмахнула рукой, воздух дрогнул и появилось зеркало.

— Вы позволите? — я протянула поясок.

Женщина медленно кивнула.

На ней был простого кроя белый сарафан с искрящейся чуть голубоватой отделкой по подолу, имитирующей морозные узоры. Я не церемонясь, (будем считать что это моя клиентка, заказавшая костюм метелицы, пришла на примерку), повязала ей сплетенный из атласных лент пояс, обозначив тонкую талию.

— Видите, монохромность вам вовсе не к лицу. Сюда можно добавить немного вышивки и весь наряд иначе заиграет, — комментировала я свои действия.

Женщине определенно нравилось то, что она видит. Хотя лицо она держала замороженным, но это угадывалось по ее движениям, как она приосанилась, расправила плечи, разгладила складки у талии. Странно, что она не блондинка, тогда вообще бы просто пятном была белым в белом же царстве, а так действительно сразу ярче стала.

— Что ты хочешь за пояс? — спросила Хозяйка Метелей, как я мысленно про себя ее назвала.

— Ничего, — пожала я плечами. — Я же сказала, что это подарок. Просто так.

Я отступила, давая женщине налюбоваться на себя. И посмотреть на нее со стороны. И не выдержала:

— Простите, что лезу с непрошенными советами, но у вас такая талия, что вам бы не сарафаны бесформенные носить, а платья приталенные, можно даже белые, но с голубой отделкой и узорами. Хотите я вам нарисую несколько моделей?

Женщина только брови приподняла в молчании. Ну нет, так нет. Попробовать-то в любом случае стоило. Надо подумать, что ей еще предложить.

— Ты голодна? — вдруг спросила меня хозяйка.

— Вы знаете, да, я уже довольно давно тут, и изрядно проголодалась.

Та чему-то усмехнулась про себя и неспешно двинулась на кухню. Я пошла за ней. Если еще не заморозила, может и нет в этом такой необходимости. Может ей тут одной скучно, я так вообще чуть с ума не сошла.

— Садись, — сказала незнакомка, кивнув на лавку.

Я послушно села, не в том я положении, чтобы права качать. Накормят, значит не заморозят сразу, тоже ведь плюс.

— У вас очень красивый дом, уютный. Даже несмотря на один цвет. Если бы я когда-нибудь смогла, я бы создала коллекцию костюмов по мотивам этого места, назвала бы ее “Хозяйка Метелей”.

Женщина снова только вздернула бровь, и промолчала. Вскоре передо мной появилась вполне обычная еда, булочки и чай. Не горячий, но теплый. И то хорошо.

— Благодарствую, — сказала я и дальше ели мы в тишине.

Глава 12. По одежке встречают

Расскажи о себе, откуда ты и как тут оказалась, — потребовала снежная леди сразу после еды, взмахнула рукой и со стола все исчезло.

— Ладно, — согласилась я. — Но пока рассказываю, давайте я все-таки нарисую кое-что для вас. Не понравится, просто выбросите эскизы, а придется по душе — думаю, что с созданием нарядов у вас проблем нет.

Снова взмах руки и передо мной оказался лист бумаги и палочка типа уголька. Непривычно, но не в моем положении капризничать. Взяла, что дали, и принялась рисовать и рассказывать.

Женщина была красива и создавать для нее образ доставляло мне удовольствие. К тому же я поняла, кого она мне напоминает — царевну лягушку. Та тоже вот так махала руками и из рукавов доставала разное, то лебедей там с озерами или еще чего.

Рассказ неожиданным образом позволил и самой мне все расставить по местам — и ту, свою прошлую жизнь, и попадание, и как на обряд согласилась, и как в колодец упала. Даже на кикимору пожаловалась, что подозреваю, что она специально мышей подговорила мою работу портить.

— Жалко только, что каша в печке осталась, — закончила я, — сгорит, наверное. И перед парнем неудобно, он хороший, просто понял меня неверно.

Затем протянула женщине эскизы. Она смотрела с удовольствием и несколько отложила в сторону. Вздохнула.

— Я не могу делать цветные ткани, — сказала она.

— Но вот же у вас на подоле голубой, — возразила я, показывая на наряд хозяйки.

Его там было немного, совсем чуть-чуть, но был же! Я глянула на эскизы и поняла, что смутило женщину. На всех платьях были узоры и непонятно, как они будут смотреться на платье в бело-голубом варианте, рисовала-то я черным.

— Можно сделать так, — я снова протянула женщине один из эскизов. — Только будет более нежно смотреться, не так контрастно, как здесь нарисовано. Давайте попробуем?

Я правда готова была сшить ей платье, потому что самой интересно было, мне бы только машинку. Можно и ручками, но дольше. Я снова перебрала эскизы.

— Вот этот самый простой вариант, — подала я хозяйке один лист. — А вот этот вам больше всего пойдет, но тут долго возиться. Видите, тут вышивка ручная должны быть, а вот тут мережки можно сделать, — рассказывала я свою задумку. — Можно еще кружевом, но вам чуть более строгий образ лучше подойдет.

— Сможешь сделать? — прищурилась женщина.

— Не знаю, — пожала я плечами. — Дома бы смогла, а тут… Я даже не знаю, сколько времени мне осталось. Там, — кивнула я наверх, — …до заката, а тут?

Хозяйка Метелей задумалась, перебирая листы.

— Я отпущу тебя, но возьму выкуп за твою жизнь, — сказала она после некоторой паузы. — Каждый год будешь шить мне по наряду, ткань я тебе дам. Но одно платье сошьешь здесь, чтобы я оценила твои умения.

— Тут сошью, мне не трудно, — согласилась я. — Но насчет по наряду каждый год, боюсь, не получиться. Я же говорила, свекровь моя несостоявшаяся велела избу в порядок привести и ужин сготовить, а сама же и вредит. Так что задание я провалю, узы она с меня не уберет и скорее всего меня, как только я наверх вернусь, огонь сожжет.

Я приподняла рукав, сдвинула свой самодельный браслет и продемонстрировала огонек на запястье.

— Я все улажу, у тебя будет время выполнить ее задание. И дам помощника, — добавила она, подумав. — Чтобы было честно.

— Готова творить для вас, госпожа, — склонилась я.

И вот тогда женщина первый раз улыбнулась. Да она красавица! Глаза сияли, лицо без маски неприступности стало живым и мне самой не терпелась создать для нее что-нибудь особенное.

— Есть чем шить? — спросила я.

Мне дали все. Ткань, тонкие кружева, напоминающие хоровод из снежинок, иглы и тончайшие нити. С упоением я взялась за дело. Справилась даже раньше, чем обычно, в руках буквально все порхало на душевном подъеме. Платье было готово в тот же вечер. Ну, мне так кажется, что это был вечер. Не знаю, как тут время идет, солнца нет, как и луны. Светло и светло, а почему — кто ж знает? И я не стала голову ломать. Расспрашивать хозяйку тоже опасалась, она занималась своими делами, то уходила, то возвращалась, иногда просто сидела и смотрела, как я работаю. Она ничего не говорила, и я тоже не лезла к ней в душу. Огонек грел меня, прогоняя холод, я шила, мысленно напевая про оренбургский пуховый платок.